Ноша Хрономанта. Книга 3 - Мясоедов Владимир - Страница 8

– Изабелла, ну ты же понимаешь, что даже в том маловероятном случае, если ты права, твои слова ничего не изменят, – сделал замечание я, когда девушка отвлеклась на то, чтобы счистить с ножа порцию моей щетины. – Психические отклонения нельзя купировать так просто, иначе не был бы так востребован на Земле труд психиатров… И вообще, ни один по-настоящему больной на голову человек не признает, что с ним что-то не так. А мне понятно, что в глазах окружающих иногда из-за своего стремления все контролировать, дабы самому не подохнуть по глупости и других от бед удержать, я выгляжу жадным до власти социопатом. Значит, все не так уж и плохо!

– Значит, ты не совсем безнадежен… Но причина, по которой многие не хотят заключать с тобой долговременные соглашения о найме, как раз в том и заключается, что сложно доверять свою судьбу человеку, явно имеющему проблемы с головой. – Изабелла вернулась к процессу моего бритья. – Ты смог собрать сотню человек лишь потому, что у людей по большому счету не было выбора… И из-за этого же многие из них вели себя во время найма достаточно импульсивно, чтобы нарваться на отказ от чего-либо, кроме совсем уж кабального контракта, связывающего их по рукам и ногам.

– А выбора у них и дальше особо не будет, если продолжат плыть по течению вместо того, чтобы взять судьбу в свои руки и добиться если и не успеха, то по крайней мере достаточных результатов, дабы не только отправиться на Землю, но и выкупить своих иждивенцев, – буркнул я, снова улучив момент, когда к моему горлу не прикасалась холодная сталь лезвия. – Ты думаешь, это сейчас людям плохо, и оттого они становятся глупыми и злыми? Ха! Подожди немного – и увидишь, на что эти индивидуумы, плохо приспосабливающиеся к реалиям нового мира, станут похожи после трех месяцев на голодном пайке, когда таймер, установленный бесконечной вечной империей, станет подходить к концу, а сами они так и не скопят сумму, требуемую для билета обратно или выкупа иждивенцев. Ради свободы себя или своих детей эти некогда мирные обыватели прольют столько крови ближнего своего, сколько и не снилось ни маньякам, ни организованной преступности… Ведь убить и ограбить товарища по несчастью будет намного проще, чем идти на охоту в полный голодного зверья страшный лес или пытаться обыскать какие-нибудь руины на предмет завалявшихся там ценностей, отмахиваясь от стражей сокровищ.

– Не каркай! – даже топнула ногой от избытка чувств испанка, закончившая меня брить и потому опасности своими эмоциями больше не представляющая. К ней подскочила одна из немногочисленных женщин, вошедших в мой отряд, и забрала как нож, так и миску с чуть подогретой водой, использовавшуюся для смыва щетины. Изабелла была назначена старшей над всеми представительницами прекрасного пола, которые старались взять на себя побольше бытовых забот в обмен на то, что мужчины проявляли больше активности при охоте на монстров, стараясь подпускать к дамам лишь тех чудовищ, которые либо сами по себе не представляли особой угрозы, либо были основательно ослаблены ранами. И пока бывшая учительница пения справлялась, пусть и не без огрехов.

– Был бы рад ошибиться, – примиряюще поднял я руки, стараясь отогнать подальше воспоминания о ближайшем будущем. И они пугали… Настолько пугали, что последние дни пребывания в тренировочном лагере лучше провести как можно дальше от любых населенных пунктов… Если только я не буду их штурмовать и захватывать, дабы наложить руки на рабов и казну. Видеть тысячи людей, осознавших свою печальную судьбу и умоляющих о спасении, а тем более отбиваться от самых отчаявшихся из них, защищая свою собственное имущество и жизнь, – это страшно. Избытков денежных средств и стоимости того, что хотя бы со скрипом может быть признано не самыми нужными вещами, никогда не хватит на всех. А возвращаться на Землю без предметов первой необходимости, цена которых, между прочим, тоже не спасет даже одного из сотни, – примерно столь же «умная» идея, как прыжок в бассейн с голодной акулой, когда всего тебя покрывает свежая кровь, а ноги плотно зафиксированы в тазике с цементом. – Но мы же оба тут разумные взрослые люди и понимаем, что как раз этот сценарий и будет самым вероятным. Причем не только вблизи Серого Оплота, но и во всем мире тренировочного лагеря. Максимум, которого реально можно добиться, – это всего лишь минимизировать потери.

Изабелле, кажется, было что сказать, но я коварно совершил тактический маневр отступления, спрятавшись в своей личной палатке, выгодно отличающейся от стоящих по соседству шалашей отсутствием щелей, через которые внутрь могли бы пролезть комары и прочие насекомые. А также магической системой внутреннего освещения и даруемой плотными стенками приватностью… Жаль только, последнюю я использовал не для того, чтобы уединиться с какой-нибудь готовой на сексуальные эксперименты красоткой, а для тайного бдения над картами. Ну и магических тренировок еще. Свой интерес к местам, пригодным для основания поселения, требовалось тщательно скрывать, дабы не оказаться раскулаченным. Скорее всего, посмертно. Да и слишком высокие темпы прогресса в освоении волшебства могли натолкнуть окружающих на нехорошие подозрения и более-менее адекватную оценку моих возможностей. А последнего нам не надо, точно не надо… Я больше люблю, когда меня недооценивают… Фатально.

– Так-так-так, – пробормотал я, раскладывая испещренные пометками и надписями листы бумаги на небольшом откидном столике. – Ну и что тут у нас вырисовывается…

Деревеньки, полукругом расположенные к северу от Серого Оплота, утопали в холмах и лесах. Если удаляться прочь от города, то растительность становилась гуще, а возвышенности – круче. Вплоть до многокилометровых скал, где каждый квадратный метр, который не был вертикальной глыбой, оказался занят непроходимой чащей. Причем флора и фауна довольно быстро набирали уровни по мере удаления от поселений. Если тролль, которого я убил, являлся редким исключением на общем фоне и своеобразным рейд-боссом, то в предгорьях подобные чудовища бродили уже стадами. Ну если верить путешественникам, сдуру сунувшимся в те края и сумевшим вернуться обратно. Скорее всего, пересечение этой природной преграды позволило бы попасть в иной «лягушатник», со своими бонусами и уникальными наградами, а также одарило бы соответствующим достижением, но совсем не уверен, что игра будет стоить свеч…

На западе климат становился суше и жарче. Было твердо известно о наличии там степей, несколько странно смотрящихся так близко от лесных чащ и высоких гор, а если двинуться дальше, то наверняка можно найти и пустыню с соответствующим биоценозом… И наградами, сильно облегчающими быт каких-нибудь бедуинов. Бесконечная вечная империя любила разнообразие и позволяла проявить себя обитателям любых климатических зон, пусть даже стартовые локации и относились к тем территориям, где новым подданным надо постараться, чтобы помереть от жажды или там насмерть замерзнуть. Доказательством этого служила холодная тундра востока. С вершины дерева, росшего на высоком холме, вроде бы даже видели вдалеке то ли лед, то ли снег… Проверять я не собирался. Не люблю мерзнуть, да и не знаю о каких-либо особых преимуществах, которые могут быть получены на холоде.

Юг представлял собой влажную низменность, полную ручейков, озер и речушек, переходящих в сплошные болота… До их конца еще никто не дошел, но в моих воспоминаниях о прошлом варианте будущего за краем подобных территорий располагалось море. Возможно, нечто подобное будет и здесь? Ну, для любителей понырять за жемчугом или там поиграть в пиратов. В принципе, туда можно было бы добраться по реке, которая текла мимо Серого Оплота… Но на пути имелись многочисленные пороги, несколько водопадов разных размеров и зоны обитания высокоуровневых монстров, а в гости к ним лично я бы не стал просто так соваться и стоя на палубе ракетного крейсера, не говоря уж о самодельных плотах или каких-нибудь лодочках. Больше всего внушал страх какой-то земноводный гибрид бульдога с осьминогом, чья пасть могла бы заглотить лесного слоника целиком, а чуть ли не стометровые щупальца умели метко стрелять покрывающими их костяными иглами. Одну такую мне показывали – ее приспособили на роль меча, или, скорее, рапиры, просто присобачив рукоятку. Причем железное оружие оставляло на этой штуке зарубки с большим трудом. Но от стайки крайне территориальных водяных элементалей или островного поселения рыболюдей-зомби, несмотря на свой статус покойников, весьма шустро двигающихся в воде и умеющих пользоваться оружием, проблем ожидалось не сильно меньше, нежели от занявшего чем-то приглянувшуюся ему излучину титана.