(не) измена, (не) развод (СИ) - Серпента Евгения - Страница 46

Ночью я проснулась, Лешки рядом не было. Встала, выглянула на кухню. Он стоял у окна и смотрел во двор.

- Знаешь, - сказал, даже не обернувшись, - я, конечно, никогда не прощу. Невозможно простить. Но хочу перешагнуть через это и жить дальше. Оставить в прошлом. Не думать. Не вспоминать.

- Леш, ты справишься. – Я обняла его. – Мы вместе справимся.

- Если вместе – справимся. – Он поцеловал меня в висок. – Пойдем спать, Лера.

Глава 62

Я задержалась еще на несколько дней в городе, несмотря на то, что началась жара. Не хотелось оставлять Лешку одного.

По правде, я боялась, что все это какая-то шляпа. Что найденный под Тверью труп какой-то бомж, а вовсе не братец Дима. Мне он представлялся маньяком из ужастиков, которых убивают, а потом приходится еще пять раз добивать. Ну что там мать могла опознать через столько времени? Отпечатки пальцев? Да там не только линий, но и самих пальцев, наверно, не осталось. Или, может, генетическую экспертизу делали?

Выяснять что-то у матери Лешка не стал. Тёма уточнил через отца. Оказалось, что документов никаких у погибшего не было, но в остатках куртки в потайном кармане нашли банковскую карту. Установили владельца, пробили данные по розыску. Запросили в колонии зубную карту, и она стопроцентно совпала. Этого было вполне достаточно.

Я немного выдохнула. Ну хотя бы на три ближайших года – если, конечно, Макса не выпустят раньше за хорошее поведение. Но я-то да, выдохнула, а вот Лешке было тяжело, я видела. Как будто снова окунулся с головой в это дерьмо. И хотя на этот раз в депру на впал, и все же я не хотела оставлять его одного.

А Леонида увольнять не стали.

- Когда научишься водить по-человечески, куплю тебе тачку, - сказал Лешка. – А пока Леня будет вас с Марусей возить. И учить тебя ездить.

Права у меня были, но водила я и правда ужасно. Егор пытался учить и сказал, что нафиг, машина ему дороже. Мы тогда здорово поругались – что, машина тебе дороже жены?! Сейчас было смешно.

Мы потихонечку отходили от этого кошмара, и я лишь теперь до конца поняла, в каком напряжении пришлось жить все эти месяцы. Иногда не только на Лешку, но и на меня накатывала обратка: у каждого из нас был свой маньяк. Не хотелось утром вставать с постели, рвало в клочья от, казалось бы, беспричинной тоски. ПТСР в чистом виде.

Мы договорились все это проговаривать. Не жаловаться, нет, не ждать сочувствия. Именно озвучивать.

Мне сегодня плохо. Нет, мне хуево сегодня, именно так.

И ведь помогало же!

В августе у Лешки был отпуск, и ему на две недели выдали Саньку. Первую половину мы провели у моих на даче, потом поехали в Сочи. Вчетвером, с детьми. Это был квест и челлендж в одном флаконе, я страшно боялась, но все обошлось. Какие-то мелкие проблемы бывали, но Лешка все так ловко разруливал, что я толком не успевала испугаться.

- Какая вы красивая семья, - однажды рассюсюкалась соседка на пляже. – И вы с мужем, и детки такие замечательные.

Вот бы она удивилась, узнав, что мы не женаты, что я вообще замужем за другим мужчиной, и что детки у каждого свои. Хотя я воспринимала все именно так, как она сказала. И что мы семья, и что детки общие. И надеялась, что Лешка тоже. Во всяком случае, никаких различий между Санькой и Марусей он не делал.

При этом Лешка вовсе не был идеальным принцем. Режим ядовитой гадины действительно прошили в него при заводской сборке. И далеко не всегда он был выключен. Иногда мог сказать такое, что я зависала с открытым ртом. Хотелось ответить в том же ключе. Бывало, что и отвечала. А он еще. И я еще. Не при детях, разумеется.

В общем, розовых пони и прочую дегенератскую слюнявую фауну в наш мир не подвезли. Возможно, и к лучшему. Никаких иллюзий, всё с открытыми глазами. Все живые, все обычные, со своими недостатками и достоинствами. Причем недостатки заставляли ценить достоинства, а достоинства, в свою очередь, позволяли более терпимо относиться к недостаткам.

Когда мы вернулись, оказалось, что внезапно наступила осень. Ну да, теплая, солнечная, но все же осень. Меня ждали на работе, все так же, по свободному графику. Мама уговорила не забирать Марусю, пусть побудет еще на воздухе. Я решила, что пока буду проводить по две экскурсии три дня в неделю. Утром мы с Леонидом ехали в город, а утром следующего дня возвращались.

Мы с ним научились общаться так, чтобы обоим было комфортно. Раньше меня сильно напрягало, что он непрошибаемо молчит. Вроде бы и болтушкой не была, хватало того, что на экскурсии надо говорить и отвечать на вопросы, но мертвая тишина рядом раздражала. Однако со временем выработался какой-то минимум общения, который устраивал обоих.

Жизнь обретала определенные очертания, словно мы попали в колею и ехали в ней. Вот только колея эта уходила в туман. Что там впереди? Неопределенность.

- Лера, ну что ты дергаешься? – поморщился Лешка после очередных моих стонов на эту тему. – Вернется твой Белов, никуда не денется.

- А если нет?

– Ну и хер с ним. Тебе слово «блядь» пишут на заборе из-за того, что мы не женаты? Это называется «казус». Я знаю пару, которые вместе живут девятнадцать лет, сын школу закончил. Но они не женаты, потому что муж вот так же женат на женщине, которая уехала за границу и забила болт на то, что у нее есть муж.

- Леш, им проще. А я хочу, чтобы у нас ребенок был. Общий.

Кажется, я впервые сказала об этом в лоб. Мы это не обсуждали.

- Я тоже хочу, - ответил он так, словно это было чем-то само собой разумеющимся. Или правда было? – Ну и что?

- Как что? – я вдохнула слюну и закашлялась. – Ты хочешь, чтобы твоему ребенку записали отцом Белова?

- Не запишут. Ну да, придется оформлять через суд, но я знаю, как это делается. Если есть документальное подтверждение, что твой законный супруг свалил ко всем херам, проблем не будет. И вообще прекрати уже психовать. У него на два года контракт, да? А прошел всего один. Вот если через год не вернется, тогда и будешь страдать.

Но страдать не пришлось. Потому что Егор вернулся раньше.

Глава 63

Мы забрали Марусю с дачи. Как раз ехали в город, когда ожил мой телефон. Я даже не сразу сообразила, кто такой Николай Валентинович и что он делает у меня в контактах.

- Валерия Сергеевна, добрый день. Вы просили сообщить, если что-то станет известно о Егоре, - сказал собеседник, и только тогда я сообразила, что это начальник его отдела.

- Добрый день. – Я в самом буквальном смысле поджалась изнутри. – И… что?

- Он возвращается через неделю. Разорвал контракт досрочно по состоянию здоровья.

Вообще-то Егор был неприлично здоров, мне казалось, люди не бывают такими здоровыми. Он даже простудами практически не болел. Подцепил какую-нибудь местную гадость? Или панды что-нибудь откусили? Я бы не огорчилась.

- И что с ним случилось?

- Надеюсь, узнаем, когда вернется. Пока больше порадовать нечем.

- Спасибо.

- И? – покосился на меня Лешка. – Готовность номер раз?

- Трусы, противогаз, - буркнула я. – Надеюсь, он вернется глубоким инвалидом.

- А вот это зря. Во-первых, с пенсии по инвалидности алименты хоть и высчитывают, но это три копейки.

- Пусть в жопу заткнет себе свои алименты.

- Ладно, пусть заткнет. Но, во-вторых, он сможет потребовать алименты с Маруси, когда та станет совершеннолетней.

- Что?! – Меня аж подкинуло.

- Лера, я тебе об этом говорил, но ты, наверно, мимо ушей пропустила. Если сейчас не инвалид, то может им стать. Никто не застрахован. А дети обязаны содержать недееспособных родителей. Поэтому при любом раскладе нам надо упирать на лишение родительских прав. И вот эта его поездка к пандам, когда он оставил вас с ней без копейки, очень даже веский аргумент. Не зря я тебе говорил, чтобы ты всю переписку заскринила. Не все удоды кнопочки путают, некоторые нажимают «удалить для всех».