Моя. По праву истинности (СИ) - Кузьмина Виктория Александровна "Darkcat" - Страница 24

Седые волосы. Видимо, от стресса, от пыток. Его взгляд скользнул по мне, а затем упал на Пушка. Он приподнял бровь, и в его глазах мелькнуло нечто среднее между изумлением и раздражением.

— И кто, — произнес Агастус сухим тоном, — пустил сюда этого оборотня в обличии зверя?

Он метнул на Пушка пронзительный взгляд. Пес, как ни в чем не бывало, лишь глубже зарылся головой мне в футболку на груди, прижимая мои бедра своими тяжелыми лапами, и посмотрел на меня самым невинным, преданным и доверчивым взглядом, какой только можно себе представить.

А у меня в голове, словно отголосок давно забытого урока, медленно и четко проявилась мысль, которую я раньше отгоняла: Оборотня. Он назвал его оборотнем. Не просто зверем. Оборотнем. Ну нет… Это же точно не может быть… Да нет…

P.S Дорогие девочки! Ловите ещё одну главу как и обещала. Иллюстрации не могут передать все величие и размеры Пушка-Снежка) Он намного больше по книге)

16. Истинная

— Оборотня? — я фыркнула, все еще гладя Пушка между ушами. Его шерсть была такой мягкой, такой... собачьей. — Да нет, это просто пес Бестужева. Он всегда с ним.

Агастус покачал головой, его взгляд был безжалостно трезвым, лишенным моих наивных иллюзий.

— Это оборотень, Мая. Не бывает таких огромных «собак». Взгляни на него. По-настоящему.

Я замерла, и моя ладонь застыла на его макушке. Пушок, почувствовав прекращение ласк, недовольно хрюкнул и лизнул мою кожу, оставив влажный, теплый след. Его синие, бездонные глаза смотрели на меня с таким простодушием, что сердце сжалось. Нет. Ну просто нет... Не может же это быть? Это было слишком нелепо, слишком фантастично, даже для моего нового, искаженного мира. Бестужев лижет мне руку? Бред.

— Ты уверен? — мой голос прозвучал слабо, почти умоляюще.

— Мая, это точно твой защитник, — Агастус говорил мягко, но неумолимо. — В Сибири только один клан, в котором есть представители белых волков, и насколько я помню, их было двое. Может, конечно, за это время Селеста Бестужева явила на свет еще одного щенка, но я в этом очень сомневаюсь.

От этих слов я нахмурилась, пытаясь ухватиться за логику в этом хаосе. В этот момент информация казалась мне важнее возможного нахождения рядом со мной Бестужева.

— Почему ты сомневаешься?

Он тяжело вздохнул, словно перебирая в памяти тяжелые, давно закопанные воспоминания, и присел на стул рядом с моей кроватью. Его взгляд стал отрешенным, устремленным в прошлое.

— В их клане все не так просто было. Селеста... она приезжала к нашему отцу несколько раз до смерти своего отца, Адара. Просила помочь восстановить справедливость и дать ей с щенком защиту.

Он замолчал, задумчиво глядя на Пушка, который насторожил уши, словно слушая его рассказ.

— Отец начал тогда копать и что-то действительно нашел. Но меня в дела не посвящали — я мелкий был. Одно помню: отец злющий ходил, пиздец. Грозился бошки старым пням оторвать за то, что те натворили. Скандал сильный назревал, и отец не мог доказательства найти. А потом Адар умер, а следом, через полгода, и Руслан скончался.

На этом имени я нахмурилась, пытаясь найти в памяти хоть какую-то зацепку.

— Кто такой Руслан?

— Бывший Альфа клана Мори.

— А Мори тут причем? — я не понимала, какая связь между кланом медведей и тайнами Бестужевых.

— Скандал назревал как раз там. Между кланами была молчаливая, кровавая вражда.

— Причина? — не унималась я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

— Исчезновение старшего сына Руслана. Ходили слухи, что тот скрутился с Селестой, и проходу ей не давал. А потом Наследник исчез. Без следа.

От этой информации я впала в шок. Картина начинала складываться в мозаику, настолько мрачную и запутанную, что стало не по себе. А волк на моих коленях, словно уловив напряжение, нетерпеливо рыкнул, ерзая и тычась мордой в мою руку. Словно говорил: «Продолжай!»

— У Мори было два сына? — переспросила я, пытаясь уложить это в голове.

— Да. Старший, Мстислав, был прирожденным альфой. Там не парень — машина для убийства. Я его еще карапузом был видел. Но на всю жизнь запомнил. Он просто огромный был. Справедливый парень. Лидер. На него столько надежд было. Совсем не похож на младшего брата. Тот — щегол, ссыкливый, вечно за спину старшего тыкался да мамке под юбку. Но когда Мстислав исчез, а Руслан неожиданно отправился к праотцам, именно Илья занял место альфы.

Я сидела, совершенно шокированная и оглушенная. Как же так? Не мог оборотень так просто, без следа, пропасть... Мысли путались, цепляясь за обрывки информации, которую я слышала раньше. Сплетни в институте, обрывки разговоров...

— Сейчас между кланами до сих пор вражда, — тихо произнесла поглаживая пушка за навостренным ушком — Как я еще недавно узнала, Альфа Бестужев отправил в реанимацию Мори.

— Вот это да... — выдохнул брат — А за что?

— Я... я не знаю.

Я и правда не знала, что между ними случилось. Они, по словам их фанаток и куче сплетен, враждовали холодно. Бестужев не реагировал на подначки Мори, и тот, в свою очередь, не сильно лез. Он всегда был немного странным. Нелогично вел себя, словно был не в себе... словно на шарнирах и нитках, под чужими руками. Единственное, что беспокоило меня и касалось клана Мори, — это Лиза и ее малыш.

— У наследника есть ребенок, — тихо сказала я. — Моя подруга родила ему малыша.

Агастус резко повернул ко мне голову, его глаза сузились.

— Он придет за ней. Они истинные.

— Сомневаюсь, — горько усмехнулась я. — Лиза говорила, что она, хоть и человек, чувствовала его, а он ее — нет. Он ее бросил.

Как Бестужев меня….

— Это пахнет очень хуёво, сестренка. Очень, — тихо и хмуро проговорил Агастус, снова глядя в черное окно, за которым кружила снежная пыль. — Илья мог приложить свою липкую лапу к этому. Истинные высшая ценность для любого оборотня. И если оборотень не чувствует и отвергает её - это значит, что с его зверем что-то не так.

— Такое бывало? — тихо спросила я, перебирая пальцами густую шерсть на вставшей холке Пушка. Тот сверлил взглядом моего брата, словно оценивая каждое его слово.

— Были случаи, — коротко бросил он. — Но мне нужно посмотреть записи отца. Они у нас в доме.

От этих слов я вздрогнула, и руки мгновенно похолодели, покрываясь липким, противным потом. Дом. Наш родовой дом. Игнат. Он все еще там. Этот кошмар, это воплощение зла, которое отняло у нас детство, сидело в наших стенах, у себя в кабинете, попивая виски и строя козни.

— Агастус... — мой голос дрогнул. — Что нам делать с Игнатом?

Он медленно перевел усталый, но полный несгибаемой воли взгляд с окна на меня.

— Нам нужно созвать Совет. Все кланы Сибири. Ты, я... и эта старая крыса. Он обставил все так, чтобы получить свободу и власть, нарушив порядок. Он должен заплатить за свои действия. И все причастные — тоже.

В его словах не было ни злости, ни жажды мести. Была холодная, неумолимая констатация факта. Закон, который он был призван вершить. И глядя на него, на этого исхудавшего, но не сломленного человека, я поняла: наша борьба только начинается. И на этот раз мы будем бороться не в одиночку.

— Все это меркнет перед одним единственным вопросом малышка — тихо проговорил Агастус переводя взгляд с окна на меня. Глаза в глаза. — Что такого сделал твой оборотень, что он так боится быть рядом со своей истинной в человеческом обличии?

И только в этот самый миг осознание кислотой пролилось внутри моего тела. Я так зациклилась на проблемах, что окружили меня как стервятники, что упустила одну маленькую деталь. Один кусочек пазла. Я беременна от оборотня. А это значит - я его истинная.