Лекарь из Пустоты. Книга 4 (СИ) - Майерс Александр - Страница 25

Сидящий в кресле Станислав медленно поднял глаза на вошедших. Он не спал вторые сутки, поэтому глаза постоянно болели и слезились. В руке он сжимал хрустальный бокал, и только сейчас обнаружил, что тот пуст. Впрочем, как и бутылка на столике рядом.

— Ваше сиятельство. Необходимо обсудить ситуацию, — без поклона начал капитан Агапов.

Измайлов фыркнул:

— Ситуация. Ты это так называешь? Ну, говори.

— Силы гарнизона на исходе. Боеприпасов почти не осталось, снабжения ждать неоткуда. Курбатовы перекрыли водопровод, как только начали осаду, а сегодня их акваманты провели ритуал и сделали так, что наши скважины пересохли. Запасов воды максимум на неделю. А войска союзников не спешат идти к нам на помощь, — расписал «ситуацию» капитан.

В кабинете повисла тягостная пауза. Станислав чувствовал, как его ладони становятся липкими. Он знал, к чему они клонят. Он ждал этого с того самого момента, как увидел в окно гербы Курбатовых.

— Ну и? — спросил он.

Агапов выдохнул так, будто сделал самый трудный выдох в его жизни.

— Ваше сиятельство, нам придётся капитулировать. Пока ещё есть что и кого спасать.

— Другого выхода нет, — добавил Семёнов. Полозов лишь молча кивнул.

Станислав снова взглянул на пустой бокал в руке. Перевёл взгляд на бутылку. И только затем посмотрел на офицеров и медленно поднялся.

— Ты предлагаешь мне, графу Измайлову, сдаться этим… этому омскому быдлу?

— Я понимаю, Станислав Владимирович. Но у нас нет выбора. Это для сохранения жизней ваших людей. Мы можем договориться об условиях…

— МОЛЧАТЬ! — взревел Измайлов.

Он швырнул бокал на пол, топнул ногой и заорал:

— Мы не сдадимся, понятно⁈ Никакой капитуляции! Все, кто смеет думать об этом — трусы и предатели!

Он шагнул вперёд, к капитану Агапову, который стоял, вытянувшись по стойке смирно. В его глазах не осталось ни капли почтения к господину. И это возмутило Станислава больше всего.

— Ты! Ты первый предлагаешь сдаться? Командир моей гвардии?

— Хороший командир знает, когда стоит вовремя признать поражение. Я не хочу, чтобы наши люди погибали от жажды. Это бессмысленно, — ответил капитан.

Слово «бессмысленно» стало последней каплей. В голове у Станислава что-то щёлкнуло. Он без раздумий схватил со стола один из отцовских револьвер — старый, но рабочий экземпляр. Французский, кажется. Или немецкий. Плевать.

Главное, что в барабане лежали патроны.

Раздался выстрел.

Капитан Агапов отшатнулся, ударился спиной о дверной косяк и медленно осел на пол. На его мундире расползалось алое пятно. Он не сказал больше ни слова, лишь смотрел на Станислава широко открытыми, удивлёнными глазами, которые быстро теряли блеск.

Семёнов и Полозов замерли, как парализованные. Станислав, тяжело дыша, опустил дымящийся ствол.

— Предатель получил по заслугам за неподчинение и пораженческие настроения. Есть ещё желающие обсудить капитуляцию? — спросил он.

— Никак нет, — выдавил Семёнов.

Полозов молча помотал головой.

— Тогда слушайте приказ. Мы не сдадимся. Мы не будем вести переговоры. Курбатовы хотят крови? Они её получат. Поднять весь гарнизон, вооружить слуг! Раздать последние боеприпасы! Приготовить усадьбу к решающему бою. Понятно⁈ — выкрикнул Измайлов.

— Так точно, ваше сиятельство, — кивнул Семёнов.

— Тогда выполнять! Немедленно! — прокричал Станислав.

Офицеры, стараясь не смотреть на тело капитана, вышли из кабинета.

Станислав подошёл к окну, опёрся горячим лбом о холодное стекло и посмотрел на клубящийся внизу дым. Страх никуда не делся. Но его теперь заглушала самоубийственная решимость.

Если ему и суждено проиграть, то он проиграет в бою с оружием в руках, а не с белым флагом над головой!

Глава 10

Российская империя, пригород Новосибирска, владения рода Измайловых

Над усадьбой Измайловых занимался серо-свинцовый рассвет. Мало того, что погода дождливая. Чёрные столбы дыма от тлеющих строений тоже не добавляли веселья.

Я вышел из бронетранспортёра и посмотрел на усадьбу Измайлова. После сражения, которое случилось сегодня утром, выглядела она не ахти. Трудно сказать, зачем Станислав повёл своих людей в отчаянную вылазку. По слухам, он вооружил даже слуг, но это мало помогло. Жёсткие бойцы Курбатовых разбили изнурённый гарнизон в два счёта. После чего уничтожили купол и пошли на штурм усадьбы.

Который, естественно, завершился успехом. Ведь оборонять дом было уже почти некому.

Теперь гвардейцы Курбатовых хозяйничали на территории усадьбы. Они молча обезвреживали мины, стаскивали в кучи трофейное оружие, строили в колонны бледных пленников.

Навстречу мне вышел сам Алексей Васильевич. Он молча пожал мне руку и кивнул на дымящуюся усадьбу.

— Красиво? — усмехнулся он.

— Смотря что вы имеете в виду. Сам дом не в моём вкусе, — пожал плечами я.

Курбатов-старший коротко рассмеялся и объяснил:

— Я про то, что почти вся усадьба под нашим контролем. Этот щенок Измайлов псих какой-то. Победить его оказалось проще, чем пьяную девку в постель уложить.

— Интересная аналогия. А что значит «почти» вся усадьба? — уточнил я.

— Станислав Владимирович изволил запереться в главном зале с горсткой оставшихся гвардейцев. Активировали защиту, сдаваться отказываются. Придётся штурмовать. Не хочется лить лишнюю кровь, но куда деваться, — Алексей Васильевич вздохнул, хотя похоже, что ему только в радость пойти на очередной штурм.

— А вы хотя бы предложили сдаться? — спросил я.

— Конечно. В ответ получили истеричную тираду про «честь рода» и «смерть предателям». У парня крыша окончательно поехала.

— Похоже на то. Жаль. Самого Станислава я бы всё равно не оставил в живых, но вот его люди погибнут зря, — констатировал я.

Курбатов рассеянно кивнул и подал знак своему адъютанту. Тот поднёс ему какой-то навороченный автомат и шлем. От обоих предметов за версту веяло магией.

— Артефактный? — кивнул я на автомат.

— Секретная родовая разработка. Такие есть только у меня и моих сыновей. Оснастил бы ими всю гвардию, но стоят они дороже, чем вся моя артиллерия, — хвастанул Алексей Васильевич, с любовью поглаживая автомат.

— Теперь не терпится взглянуть, на что он способен, — усмехнулся я.

— С радостью доставлю вам такое удовольствие, барон, — Курбатов улыбнулся и нацепил шлем.

Перед его лицом вспыхнуло что-то вроде полупрозрачного магического забрала. Алексей Васильевич приложил палец к виску и отдал команду:

— Внимание, готовимся к штурму! Группа-один и группа-два со мной. Группа-три, контролируйте вход для прислуги. Всем остальным держать периметр!

Через десять минут мы с составе штурмового отряда прошли через засыпанные обломками коридоры усадьбы. Добрались до дверей в главный зал, перед которыми мерцал защитный барьер.

Боевые маги Курбатовых принялись создавать сложное заклинание для взлома щита. В отличие от тех щитов, которыми накрывают большие объекты, взломать такой вполне реально. Просто требуется много времени и ещё несколько условий. Например, что вражеский маг не будет тебе мешать, вовремя меняя структуру заклинания.

Но у Измайлова не осталось боевых магов. Да и в любом случае, здесь я — и я решил немного ускорить процесс.

Когда маги подготовились и начали ломать барьер, я выпустил немного Пустоты. С моей помощью щит рухнул быстро.

— Ого. Какой-то совсем слабый оказался, — пробормотал один из магов.

— Работаем! — приказал Алексей Васильевич.

Он выпустил силовое заклинание, разнеся двери в щепки. И первым ворвался внутрь. По нему открыли огонь, но Курбатов не обратил внимания. Пули и заклинания разбивались о его личный щит.

А затем он показал, на что способен его артефактный автомат.

Помедлив пару секунд, Алексей Васильевич выпустил длинную очередь. Пули, оставляя за собой светящиеся следы, полетели по непредсказуемой траектории. Огибая препятствия, они находили цели и взрывались яркими голубыми вспышками.