Предатель. 20 лет обмана (СИ) - Шимай Лиза - Страница 23

Я целую дочерей в макушки, а затем поднимаюсь наверх. Я не тревожусь, оставляя девочек с тетей Любой. На самом деле она некоторое время за ними приглядывала, когда я просила.

Она давно живет одна, ее дети выросли и приезжают редко. Мне каждый раз неудобно просить эту женщину. Я бы была готова ей отплатить за ее помощь. Но тетя Люба более состоятельная, чем я, и деньги ее абсолютно не интересуют, а вот провести время с девчонками она очень любит.

Поэтому я спокойно иду на второй этаж, принимаю душ, переодеваюсь в удобную пижаму и ложусь в постель.

Сворачиваюсь калачиком, обхватив свой живот. Через мгновение чувствую толчок. Замираю. Как же я раньше не поняла, как же я раньше не почувствовала?

На всех этих эмоциях и страхах у меня были проблемы с пищеварением. Я думала, что это газы, боли в желудке из-за неправильного питания, недосыпания, стресса. А там рос мой малыш, и я о нем не заботилась, я о нем не думала, не переживала.

Никогда не подумала бы, что со мной может такое случиться.

Практически моментально проваливаюсь в сон, а просыпаюсь от чувства, что меня кто-то гладит по руке. Открываю глаза, поворачиваюсь.

На краю постели сидит Руслан и держит меня за руку.

— Ты с ней разобрался?

— В процессе. На этот раз нужно сделать так, чтобы она больше не появлялась в нашей жизни.

Я сажусь на постели, беру с прикроватной тумбочки стакан с водой, делаю несколько глотков.

— Что девчонки делают?

— Только уснули, уложил. Тетя Люба была с ними несколько часов. Спасибо ей большое за помощь. Не знаю, как ее отблагодарить. Мне пришлось задержаться.

— Завтра приготовлю пирог или какую-нибудь запеканку, отнесу ей. Она очень мне помогла.

— Как ты себя чувствуешь?

— Раздавленная, разбитая, уставшая, встревоженная. Рус, у меня сейчас столько эмоций, что я даже не могу подобрать слова, чтобы их описать. Но могу сказать точно, мне очень страшно.

— Из-за неё?

Он даже не хочет произносить её имя, как и я.

— Нет, не из — за неё, — прикладываю ладони к животу. — Ты представляешь, срок уже большой. А я даже не подозревала. Как я могла за ней заметить? Я даже забыла про менструацию. Не отслеживала цикл. Вообще из головы вылетело.

— С малышом всё хорошо?

— Да, по УЗИ все хорошо, пойду сдавать анализы… Погоди, а как ты понял, что это малыш?

— У меня есть ощущение, что после двух девчонок обязательно должен быть сын.

— Да, ты очень хотел сына.

— Можно?

Спрашивает Руслан и смотрит на живот. Я киваю. Он прикладывает ладонь к животу, нежно поглаживает.

— Это лучший подарок, который я могу получить.

— Ты же говорил, что двух детей достаточно?

— Ну, теперь я считаю, что трех детей достаточно.

— Расскажи мне, что произошло там, у медицинского центра.

— Аня, может, не надо сейчас?

— Нет, надо. Ты понимаешь, я в таком смятении. Когда я не понимаю, что происходит, меня это очень тревожит. Лучше я буду знать. Лучше я буду понимать, что именно случилось.

— Я пытался по-хорошему усадить ее в машину. Со стороны это выглядело, конечно, ужасно. Она кричала, вырывалась, плакала. Выбежали работники медицинского центра, в том числе и охрана. Вызвали полицию.

— Полицию?

— Да, она начала обвинять меня, что я к ней пристаю, и пытался ее избить. Сказала, что напишет заявление на меня.

— Боже, какой кошмар! Когда же всё утрясется.

— Мы поехали в участок, чтобы она составила заявление. Пока она давала показания, я попросил своих людей найти контакты ее родителей.

— Родителей? — я округляю глаза.

— Я, правда, не знаю, как правильно поступить в этой ситуации. У меня есть разные варианты, но... Я не уверен, что готов к ним пока прибегнуть. Поэтому я связался с ее матерью и объяснил ситуацию. Мой водитель уже выехал за ней, сейчас ее привезет.

— А где Лиля сейчас?

— Она все еще в участке. Меня отпустили. Они уже посмотрели по камерам, видели ваш разговор. Я сказала, что ты моя жена, ты в положении. И Лиля начала к тебе приставать. Ты уехала, а я пытался задержать её, чтобы она тебе не навредила. На данный момент всех устроил этот вариант. Еще спасло то, что она вела себя очень неадекватно. Я думаю, ей нужна психиатрическая экспертиза. И я добьюсь этого.

Глава 36

Руслан потребовал, чтобы Лиля сделала психиатрическую экспертизу. Я была уверена, что там найдут какое-то расстройство личности или серьезное заболевание. Но в итоге выяснилось, что ничего страшного с ней не происходит.

Небольшое тревожное расстройство и депрессия. То есть она не больна, а просто неадекватный человек, который так себя ведет.

Мне было очень сложно принять эту мысль, что она, находясь практически в здравом уме, таким образом хотела навредить.

Позже даже я сходила к психологу, потому что не могла до конца понять эту ситуацию. Как восемнадцать лет человек мог вынашивать подобный план?

Психолог объяснила, что есть люди, которые всю жизнь живут с навязчивыми мыслями. Они эти мысли прокручивают у себя в голове.

Живут с этим каждый день. А затем внезапно взрываются. Что именно послужило толчком для такого взрыва, я не знаю.

Но почему-то именно в этот момент Лиля решила действовать и разрушить нашу семью, что ей в итоге не удалось.

Такие люди живут негативными эмоциями в позиции жертвы. Она обвиняла во всех своих бедах меня, бывшего мужа, Руслана и весь мир. Но только не себя.

Руслан очень мало мне рассказывал о происходящем. Он все еще считал, что меня лучше оградить, тем более, что я нахожусь в положении.

Врачи говорили, что с ребенком все замечательно, он развивается хорошо. Да и я чувствовала себя отлично. Но мне постоянно напоминали про мой возраст и говорили, что в таком возрасте беременность всегда протекает сложнее как для матери, так и для ребенка.

Я занималась воспитанием девочек, водила их на различные кружки, спортивные секции. Также ходила на занятия и на йогу для беременных.

Иногда снова задумывалась о том, что пора бы чем-то заниматься в жизни, кроме ведения хозяйства. Но теперь, когда скоро родится сын, на ближайший год-два, а то и больше, я снова буду связана по рукам и ногам.

Конечно, некоторые матери умудряются работать даже с грудными детьми. Но я не готова к такой жертве. Я хочу максимально уделять внимание ребенку, тем более у меня нет никакой нужды в деньгах.

Спустя пару месяцев после этих событий ко мне пришла Марина. Как только я увидела ее у ворот, то просто хотела не открывать, сделать вид, что меня нет дома.

Но, видимо, гормоны взяли вверх, поэтому я не выдержала. Выскочила я из дома, подошла к калитке, открыла ее.

Марина вышла из машины и грустно посмотрела на меня.

— Аня, давай поговорим. Пожалуйста. Мне правда это все тяжело дается. Я знаю, что неправильно поступила. Я не должна была так делать.

— Нет, — я отрицательно качаю головой, нервно усмехаясь.

— Но ты же дала Руслану второй шанс, а он тебе изменил. Так объясни, в чем разница?

— В чем разница? А разница сейчас очень простая. Руслан родной для меня человек. Да, родной, пусть не кровный, но он мой муж, я его выбрала. У нас с ним дети, общие дети, которых мы вместе растим. Да, он совершил ошибку. Он мне изменил, и он мне столько лет врал. Но я готова его простить. Ради совместных детей, ради их будущего, ради нашего будущего. Потому что даже если он мне изменил, то я не могу вычеркнуть те двадцать лет, которые у нас были. Ты пойми, друзья друзьями, а семья, она важнее. Что бы мне там не говорили другие. Ты видишь, какие мне друзья попались? Ладно бы, если бы ты только меня предала. Но ты, Галя и Лиля, вы все трое… Вы все оказались с гнильцой. Лучше вообще не иметь никаких подруг. Может быть, в дальнейшем что-то изменится, и я буду думать иначе. Но сейчас мне никто не нужен, кроме моей семьи.

Захлопываю калитку. По гравийной дорожке возвращаюсь к дому, чувствуя облегчение. Наверное, слова, которые я сейчас сказала Марине — это тот вывод, к которому я, наконец-то, пришла.