Медленный яд... (СИ) - Валеса Диана - Страница 5

— П-привет! С Днём Рождения…

— Как мило, — отзывается он. Я не вижу выражения его лица, но чувствую всем существом, он явно раздражён. Нет, даже не так — Ашер в ярости. Эта ярость витает в воздухе, от которой волоски на руках встают дыбом, а в груди разрастается ледяной комок.

— Ты чего такой напряжённый? — с лёгкой усмешкой в голосе спрашивает Леон, будто не замечая накалившейся атмосферы, будто вокруг не сгущаются свинцовые тучи.

А я вот их всем телом ощущаю. И чует моя задница, что надвигается не просто гроза…

— Знаешь, — мрачно начинает Ашер, и в его тоне звучит такая тяжесть, что даже воздух будто сгустился, стал плотным и осязаемым, — помнится, ты спрашивал у меня, какой подарок я хочу на день рождения, — он делает паузу, и в этот момент я невольно поднимаю на него взгляд. Наши глаза встречаются. Его пожелтевшие от ярости, пронизывающие, словно два раскалённых угля, впились в мои, прожигая насквозь. — Я решил.

Вокруг будто стало тише. Музыка, гул разговоров, звон бокалов… всё отошло на задний план, оставив только этот напряжённый диалог и тяжёлый взгляд Ашера, от которого захотелось съёжиться и исчезнуть.

— Да? — оживился Леон, не скрывая любопытства. — И что же это?

А я замираю. Внутри нарастает нехорошее предчувствие. Такое острое, что хочется закричать или раствориться в воздухе. Я таращусь на Ашера, не в силах оторвать взгляд. Вижу каждую его эмоцию, от кипящей ярости до чего-то более страшного, всепоглощающего, тёмного, как бездонная пропасть. Его глаза сверкают, отражая неоновый свет ламп, а на губах растягивается зловещая улыбка… Нет, нет. Не тёплая, не дружелюбная, а хищная и предупреждающая.

— Я хочу её, — говорит он, не отрывая взгляда от меня.

А я едва сознание не теряю. В ушах нарастает гул, перед глазами мелькают тёмные пятна, а сердце колотится так бешено, что, кажется, готово выпрыгнуть из груди. Лёгкие сжимаются, будто кто-то невидимый сдавил их железной хваткой.

Да, ситуация патовая…

Глава 6

За столом повисает тяжёлая тишина. В этой гнетущей атмосфере кажется, будто единственный звук, который сейчас существует в мире это бешеный стук моего сердца. Оно колотится так громко, что, кажется, оно просто вырвется из груди. Шесть пар глаз уставились на меня.

Эрик смотрит в мою сторону с явным недоумением, его брови слегка приподняты. Спустя мгновение он переводит взгляд на Ашера. Леон, кажется, замечает смятение младшего брата, он нервно усмехается и, пытаясь разрядить обстановку, произносит с ухмылкой:

— А ты шутник, дружище!

Но я точно знаю, что Ашер не шутит. Его холодный взгляд прожигает меня насквозь, не оставляя ни малейшей надежды на то, что всё это просто шутка. Внутри меня нарастает отчаянное желание исчезнуть. Превратиться в невидимку… Никогда прежде я не испытывала подобного.

На лице этого гада медленно растягивается издевательская, нагловатая, полная самодовольства. Если бы не ледяной страх, сковывающий меня изнутри, и не осознание того, что он обладатель ДНК хищника, я бы, не раздумывая, врезала ему ещё раз прямо по этой самодовольной морде. А то слишком большого о себе мнения.

Когда-то давно я восхищалась не только его внешней красотой. В детстве наблюдать за ним издалека было всё равно, что следить за своим кумиром. Таким красивым, недоступным! Но тогда я и представить не могла, какой ужас скрывается за этой безупречной оболочкой. Теперь ясно, что Ашер не признаёт никаких границ. Возомнил себя повелителем этого мира.

— Я не шучу, — его глаза вспыхивают жёлтыми искрами. — Я хочу в подарок эту суку.

С-суку?.. Да чтоб его.

— Не понял, — Эрик хмурится, и по его лицу пробегает тень напряжения, плечи напрягаются, пальцы сжимаются в кулаки, а взгляд становится острым и цепким. — Карина — моя девушка. И она не сука.

— Ашер, дружище, — вздыхает Леон, по-прежнему улыбаясь, но теперь в его улыбке проскальзывает напряжение. Он явно пытается сгладить нарастающий конфликт.

Я сижу, словно на раскалённых углях. Сердце колотится где-то в горле, ладони вспотели. Но, судя по всему, для остальных это лишь увлекательное представление. Двое оставшихся хищников откровенно наслаждаются зрелищем. Их глаза горят и наблюдают за нами с интересом, а на губах играют едва заметные ухмылки. Даже тот самый скучающий парень, который до этого едва ли обращал внимание на происходящее, теперь с удовольствием наблюдает за разворачивающейся драмой.

Блондинка, прилипшая к плечу Ашера, бросает на меня взгляд полный неприкрытой ненависти. Её губы искривляются в гримасе отвращения, а пальцы нервно сжимают ткань его рубашки. Интересно, она в курсе, что её драгоценный хищник вытворял в VIP-комнате?

— А мне плевать, что она твоя девушка, — голос Ашера звучит холодно. — Я хочу, чтобы эта сука сейчас смачно отсосала мне прямо здесь. При всех. Так сказать, зализывая свою вину, — выдаёт он с наглой усмешкой, и я чувствую, как кровь приливает к лицу.

Что он хочет? Чтобы я…

Внутри вскипает волна ярости, смешанной с унижением. Щеки пылают, а в груди разрастается возмущение.

Да какого дьявола он о себе возомнил?!

Сжимаю руки под столом. Каждая клеточка моего тела кричит о том, что нужно дать отпор, но страх сковывает движения.

Эрик стискивает челюсти так, что на скулах проступают жёсткие желваки. Его пальцы сжимаются в кулаки, костяшки белеют от напряжения. Он не отводит взгляда от Ашера.

Леон нервно поправляет причёску, проводя ладонью по волосам. Он вздыхает. Напряжение в помещении сгущается с каждой секундой.

— Послушай, Ашер, — голос Леона звучит ровно, но в нём отчётливо слышится стальная нотка. — Ты мой друг, но я не позволю тебе унизить моего младшего брата.

Внутри меня всё сжимается от ужаса.

Ой-ёй… Из-за меня сейчас произойдёт что-то непоправимое. А я этого совсем не хочу. Что делать? Господи, ну и влипла же я…

Вспоминаю, как сидела дома, планировала тихий вечер с книгой и чашкой чая. Не нужно было соглашаться на уговоры Эрика пойти с ним. Теперь я даже не представляю, как выпутаться из этой кошмарной и такой унизительной ситуации.

— Унизить? — Ашер усмехается, и в его глазах вспыхивают опасные жёлтые искры. — Я не собираюсь его унижать. Он ведь может просто перестать встречаться с этой сукой.

— Не называй Карину сукой! — Эрик подрывается с дивана, его голос дрожит от гнева.

— Оу, тише-тише, — Ашер произносит это приказным тоном, от которого по спине пробегает ледяной озноб. — Сядь на место. Угомони своего младшего братика, Леон. Или мне придётся преподать ему урок. В любом случае, эта сука нужна мне прямо сейчас. Она должна ответить за причинённый вред.

— Да о чём ты говоришь? Объясни, — Леон говорит спокойно, но в его взгляде читается тревога. Одновременно он настойчиво усаживает Эрика обратно на диван.

Ашер переводит взгляд на меня. Долгие секунды он прожигает меня ненавистным, пронизывающим взглядом, от которого хочется съёжиться и исчезнуть.

— Она знает, чем провинилась. Да, сучка?

Сколько раз он уже назвал меня так? Три? Четыре? Да какая разница…

Я всегда считала себя терпеливой. До поры до времени. И сейчас эта пора, кажется, окончательно истекла. Стискиваю руки в кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Боль отрезвляет.

— Я не собираюсь отвечать за то, что сделала. Ты сам напросился, — мой голос звучит тише, чем хотелось бы.

Хищник со шрамом на лице начинает смеяться. Его смех звучит гулко, почти радостно, словно он получает искреннее удовольствие от этого представления.

Поднимаюсь, хватаю сумку, чувствуя, как дрожат пальцы.

— Я ухожу, — голос дрожит, но я заставляю себя говорить чётко. Внутри настоящий ураган.

Так унизительно мне ещё никогда не было.

Глава 7

Я бросаю короткий взгляд на Эрика. Его взгляд устремлён на Ашера. Никого вокруг он будто и не замечает. В голове пульсирует одна и та же мысль, что если я сейчас тихо исчезну, всем станет легче. Атмосфера накалилась до предела, и моё присутствие лишь подливает масла в огонь.