Рыжая бестия для мистера Совершенство (СИ) - Миральд Анна - Страница 34

Глава 42 Рома

Роман

Не смотря на планы освободиться сегодня пораньше, на работе пришлось задержаться. Алиса самостоятельно добиралась до дома. Она очень самостоятельная и ответственная, но я все равно волнуюсь, когда с наступлением темноты она ходит без сопровождения.

Да и вообще, я волнуюсь, если не знаю где она и с кем. Слишком яркая, красивая, живая. С тонкой организацией и чистой душой. Мужчины не могут пройти мимо такого соблазна. Она не замечает, как действует на них. По улицам огромного мегаполиса бродит слишком много дерьма, я боюсь, что ее кто-то может обидеть.

Я не хочу, чтобы она заподозрила меня в чрезмерном контроле, только поэтому не звоню по двадцать раз на день, чтобы узнать, что у неё все хорошо.

Мне повезло, я не был первым, кто обратил на нее внимание, но я был первым, кому она сказала «да». Получив ее «да», не дам повода забрать его назад. Алиса моя. Теперь я несу за нее ответственность. В тот момент я даже не подозреваю, как быстро мои мысли найдут отражение в реальности.

Алиса звонит мне в тот момент, когда я въезжаю во двор. Обычно она заставляет меня ждать, но сегодня собралась, опережая график. Принимая вызов, ставлю на громкую и подруливаю к подъезду.

- Алис?... – спрашиваю я, не сразу разобрав, с кем и о чем она говорит.

Волосы на загривке становятся дыбом, когда понимаю, что какой-то урод причиняя боль, удерживает ее силой. Оставляю машину у подъезда и выбегаю с телефоном в руках. Перелетая пролеты, добегаю до двери съемной квартиры. Все это время я слышу их разговор, моя ярость достигает высшей степени кипения. Колотя в дверь кулаком, я боюсь, что ее не откроют.

Я убью этого урода!

Если он что-нибудь ей сделает…

Дверь поддается сама! Представшая глазам картина лишь немного гасит мой гнев. Алиса напугана, но на первый взгляд цела. Она активно сопротивляется.

Кровавую пелену ярости, застилавшую глаза смахнуть не получается. Только приложив урода лицом к двери и услышав хруст костей, да крик боли, я включаю мозг и вспоминаю, что должен рассчитывать силу ударов, чтобы не убить, как бы не хотелось.

- Мужик, ты е?... - мат в конце предложения не успевает слететь с его языка, я второй раз знакомлю его с металлической обшивкой двери. Очередной крик боли разносится на весь подъезд.

- За что? – стонет он. Схватив его за шею, дергаю вверх. Он здоровый кабан, но у меня почти выходит оторвать его от пола.

- Алиса, он трогал тебя? – спрашиваю свою девушку, но гляжу в расквашенное лицо ублюдка.

- Он хватал меня за руки, удерживал и запугивал, - заикаясь, выговаривается она. Видно, что до сих пор напугана.

- Ты тронул мою девушку и до сих пор жив, - чуть сильнее сжимаю шею, нос у него расквашен, вдыхая через него воздух он захлебывается кровью. - Если веришь в бога, принимайся активно молиться.

- Я не знал…- кряхтя, едва выговаривает.

- Я тебе говорила, что у меня есть парень! Просила от меня отстать, - Алиса так рассержена, что неожиданно кидается на обидчика с ботинком, который поднимает с пола.

Попадает в плечо. Ногой дает по голени. Вряд ли такими ударами можно нанести хоть какой-то вред здоровому парню, но ей нужно выплеснуть тот страх, который он в ней посеял. И она, не стесняясь, лупит его секунд тридцать. Чтобы не придушить этого урода, ослабеваю хватку на шее.

- Рома, давай не будем его убивать, - привалившись от усталости к дешевому шатающему шкафу, вполне серьёзно заявляет она.

Несмотря на стресс, страх за нее и яростную злость, что продолжает рвать нутро, я едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться в голос. Моя маленькая воительница неподражаема. Трясется вся, в глазах блестят слёзы… но давай, не будем убивать.

- Не стоит нам с тобой садиться в тюрьму из-за придурка, которому шайбой выбило все мозги, - берёт мои руку в свои нежные пальцы и пытается оторвать ее от горла урода.

Теперь я понимаю, что своим всплеском агрессии, она спешила погасить мой гнев. Переключила эмоции на себя. Испугалась, что я действительно мог его убить.

- Не надо убивать… - стонет ублюдок. – Я к ней больше близко не подойду! Не трону!... Не заговорю!...

- Я тебе руки ноги оторву, нечем будет подкатывать, - поддаюсь к нему и цежу сквозь зубы. Наношу удар кулаком в живот, у него прокаченный пресс и он успевает его напрячь, но отдачу все равно ощутима, поэтому он сгибается пополам и тихо стонет.

- Ром, не будем его убивать, - повторяется Алиса, не понимая, что мне нужно хоть частично погасить гнев. Или перенаправить его, занявшись сексом. Но мое нынешнее состояние точно не для первого раза, поэтому бороться с яростью придется самостоятельно. Крошить ее в себе в пыль и не дать выплеснуться наружу.

- Я могу сам его убить, тебе не придется марать об него руки, - фразу произношу для урода, но пугаются они оба. У Алисы глаза вспыхивают и становятся похожими на два огромных топаза, сверкающих на солнце. Теперь уже злюсь на себя за несдержанность. - Алиса, иди, собери свои вещи, - мой голос до сих пор вибрирует от снедавшей изнутри ярости, но я стараюсь говорить ровно, чтобы ещё сильнее не пугать Алису. – Я провожу, - киваю на урода. Взглядом даю понять, что все будет хорошо. Вытаскиваю его на площадку, закрываю плотно дверь. – Тебе лучше собрать вещи и переехать в другую страну, - встряхиваю его за грудки.

- Я не могу, у меня учеба, контракт с хоккейным клубом, - вытирая рукавом кровь с лица, произносит он.

- Контракт ты просрал, я позабочусь, чтобы тебя вышибли из молодёжной сборной, - собираюсь воспользоваться подвязками отца, чтобы исполнить угрозу. У него весь спортивный комитет в друзьях.

- Пожалуйста…. я осознал… хочешь тачку мою забери… - едва не плачет.

- Ты серьёзно предлагаешь мне тачку за то, что сделал с Алисой? Ты своей жизнью не искупишь свой поступок, - ещё раз встряхиваю. Его зубы клацают, он хватается за челюсть. В ближайшем будущем есть твердую пищу он не сможет.

- Что мне сделать? – поникши, спрашивает у меня.

- У тебя трое суток, чтобы свалить из города. Если ты попадешься на глаза Алисе, я не буду таким добрым, а теперь проваливай! – отталкиваю урода от себя.

- Я обувь и куртку заберу?

- Проваливай! – наступаю на него. Сбегает по лестнице даже не оглядывается. Остаюсь на площадке несколько секунд, пока не беру себя в руки.

Возвращаюсь в квартиру, прохожу в спальню. Алиса, складывает вещи в рюкзак. На постели сидит ее соседка, сжавшись в углу, обнимает подушку. На щеке красный отпечаток ладони. Что-то эта история мне все больше не нравится.

- Добрый вечер, - здороваюсь я, сверля ее взглядом.

- Она не стоит того, чтобы с ней разговаривать, - обрубает Алиса ее приветствие. - Идем? – спрашивает Алиса, подхватывая пакеты и рюкзак. Забираю у неё поклажу. – Это ты устроила? - догадываюсь я. Несмотря на то, что она машет головой, ответ я считываю в глазах, залитых виной.

Стерва все это затеяла и отсиживалась в углу, пока Алиса отбивалась?...

Глава 43 Алиса

Алиса

Садимся в машину в полной тишине. Горецкий только внешне спокоен. Я чувствую, что он до сих пор не отпустил ситуации. Ещё и Женька масла в огонь подлила своим присутствием. Он ее чуть взглядом не прожег, когда понял, что она впустила Крайса в квартиру и умыла руки. Это он не знает, что она собиралась сбежать и отставить меня с этим говнюком наедине.

Рома ее до заикания напугал, когда рявкнул:

- Я испорчу тебе жизнь, я лишу тебя будущего, если ты ещё хоть раз подойдешь к Алисе или заговоришь!

Я сама пришла к выводу, что с такой гадиной не стоит общаться. После праздников, подойду к Танечке и попрошу место в общежитии. Она должна пойти мне навстречу.

- Завтра соберешь свои вещи и переедешь ко мне, - спустя минут десять тишины, когда он перестал играть желваками и скрипеть зубами, в приказном тоне произнес Горецкий.

Мне не нужно было долго думать и взвешивать плюсы и минусы такого решения. Минусов было значительно больше. Я не готова сидеть у него на шее. Добираться из института в поселок катастрофически неудобно, я полдня буду проводить в дороге. Его родители вряд ли обрадуются, что я живу с ним. О конфликте с Дмитрием и упоминать не стоит. Рома живет ни один, нужно учитывать мнение Мирославы. Мы не так долго встречаемся, чтобы съезжаться. У нас даже секса полноценного не было, а уже вместе будем жить.