Вуконг. Сердце обезьяны - Райзер Сандра - Страница 5

– Кто решился нас потревожить?

Наморщив лоб от удивления, я опустил взгляд на свою человеческую ладонь. Я ведь ещё не успел постучать, правда?

Юноша что-то сердито буркнул. И прежде чем он успел вдохнуть, чтобы задать следующий вопрос, я поспешно ответил:

– Я… то есть нет, я хочу сказать, я не собирался никого тревожить! Я правда не хотел. Я… эм… я хотел бы здесь получить кое-какие знания.

Мой визави насмешливо фыркнул. А потом вздохнул:

– Наш Мастер сказал, что перед воротами кто-то стоит и я должен впустить его.

Он попытался что-то рассмотреть в тени леса, как будто надеялся, что там будет ещё один посетитель. В конце концов весьма неприветливым жестом он пригласил меня войти.

– Пойдём со мной.

Я быстренько отряхнул со своей одежды дорожную пыль и поспешно отправился вслед за юношей, который высокомерно шагал впереди.

Мы пересекли двор, в котором росли вишни, покрытые бледно-розовыми и пурпурными цветами. Земля была устлана прекрасной мозаикой с цветочными и животными орнаментами, а в пруду с водяными лилиями резвились золотые рыбки.

Я бы с удовольствием полюбовался на эту красоту, но мы уже миновали вторые ворота и зашли внутрь горы.

Трепещущий свет масляных светильников прогонял мрак. В их неясном мерцании белые одеяния мальчика призрачно поблёскивали на грани света и полной теней тьмы. Я мог ему доверять? Чутьё ясно говорило мне: нет! Постепенно я начал задаваться вопросом, куда же он меня ведёт.

Мы шли по лабиринту переходов, мимо маленьких жилых помещений и через огромные пещерные залы, где нашлось место для многоэтажных павильонов, башен пагод и огромных каменных статуй. Мне казалось, что юноша, шедший впереди, парит в воздухе. От его лёгких шагов не сдвинулся ни один камушек. Не слышно было ни единого шороха. Ниоткуда. Кругом царила неестественная тишина – неестественная для такой любопытной обезьяны, как я.

Тебе будет трудно, как будто многократно предупреждали скалы вокруг меня. Уверен, что ты здесь выдержишь?

Да. Я был уверен, что я смогу защитить свою семью от Ямы.

И ради этого мне придётся выдержать всё, что случится со мной здесь, в этой горе́. Я решительно ускорил шаг и догнал юношу, который в конце одного коридора исчез за внушительной двустворчатой дверью.

– Я привёл к вам мальчика, присутствие которого вы почувствовали, Учитель, – произнёс мой сопровождающий.

А затем я, запнувшись, переступил через высокий порог, который, должно быть, служил препятствием для зла, если бы оно возжелало проникнуть сюда. Считается, что демонические сущности не умеют так высоко поднимать ноги, чтобы перешагнуть через препятствие.

О, я чуть было сам не оказался в числе этих неудачников! Чтобы не встретиться носом с полом, мне пришлось ухватиться за стену. На ней, как и на других стенах в этом зале, были изображены некие ландшафты и мистические символы. Но у меня не было времени рассматривать их. Всё моё внимание было посвящено цели моего путешествия.

Бессмертный.

Мой проводник подобострастно склонил голову, но голос его при этом звучал надменно. Он обращался со мной, как с малым ребёнком, которому он пытался объяснить, какой великий человек предстал пред моим взором.

– Мастер Сюй Пу Ти! – объявил он мне. – Прародитель просветления!

Я почувствовал, что сердце в груди бьётся как безумное.

На цельной глыбе мерцающего зелёного нефрита, который, согласно легендам, символизировал чистейшее Добро и Бесконечность, возвышался пожилой господин.

Тридцать детей и юношей сидели на ковриках у его ног. Одеты они были так же, как и юный взрослый, что привёл меня сюда.

Я ведь уже упоминал, что его штаны свободного кроя и рубашка на запа́х были белыми? Так вот, по сравнению с одеяниями Мастера все остальные ткани, казалось, имели сероватый оттенок. У Сюй Пу Ти сияло всё: одеяние, длинная узкая борода, забранные в пучок седые волосы и прежде всего глаза. Его взгляд пронзил меня так, как лучи солнца пронзают туман.

Я опустился на колени и лбом коснулся каменного пола. Я видел, так делали люди в храмах.

Сколько мне полагалось находиться в этой позе? Мне следовало что-то сказать? От скалы подо мной в моё тело проникал холод, как вода пропитывает ворох тряпок. Я задрожал и испытал такую тоску по моей густой обезьяньей шерсти, что испугался, будто процесс превращения может начаться прямо сейчас, у всех на глазах.

– Садись. – Голос Мастера Сюй Пу Ти окутал меня добрым теплом. – Откуда ты?

– Я пришёл из Пещеры водной завесы, что лежит в земле Аолай.

Лицо мудрого старца стало каменным.

– Убирайся! – жёстко приказал он.

О! Что произошло? Бессмертный так энергично указал на дверь, как будто он был готов собственноручно меня за неё вышвырнуть.

– Давай! Убирайся отсюда! Исчезни! Лжецы мне здесь ни к чему! Дачжи, прогони его с глаз моих!

Мой проводник, которого, похоже, звали Дачжи, тут же поспешил выполнить приказание. Он схватил меня, словно мешок с мусором, и потащил из зала. Но с ловкостью обезьяны я вырвался.

Конечно, нужно признать, что тот облик, который я принял, чтобы мудрейший взял меня в ученики, был обманом, но…

– Я никому не лгал!

Лгать ведь полагается словами, правда?

Лоб Учителя прорезала морщина.

– Да ты хоть знаешь, какой долгий путь отсюда до Аолая?

Мне что, рассказать ему всё своё долгое путешествие? Я не мог этого сделать.

Все силы мои были исчерпаны: их утянули пески пустыни, по которым мне пришлось брести, их утащили прочь буйные ветры, кружившие вокруг меня в горах, их смыло море, которое я пересёк юнгой на корабле. В тишине я смог выдохнуть лишь одно слово:

– Да.

Старик почувствовал мою усталость. И она лучше всяких слов доказала ему, какие трудности мне пришлось преодолеть на моём пути.

– Хм. Ну ладно, – проворчал он и задал следующий вопрос: – Как тебя зовут?

Ну замечательно! И что я должен был на это ответить? Правду? Имя, которое дали мне обезьяны, означало «Каменный», потому что меня породила скала. А после того как я обнаружил Пещеру водной завесы, они стали называть меня «Король». И что я должен был ответить?

– Знаете… – замялся я. – Это не совсем просто… даже, пожалуй, сложно.

– Ты хочешь сказать, что у тебя сложное имя?

– Не совсем.

– Но?

– Моё имя не похоже на те, к которым вы привыкли. Ну, знаете, с настоящей фамилией и тому подобным.

– У тебя нет фамилии?

– Нет.

– Ты что, не знаешь своих родителей? Тебе неизвестно, кто произвёл тебя на свет?

– Известно, – пробормотал я. – Это была… скала.

Несколько парней, сидевших рядом со мной, захихикали.

Мастер Сюй Пу Ти повернулся ко мне ухом так, будто не расслышал:

– Кто?

– Меня породил камень!

Все ученики Мастера расхохотались. Их смех окружал меня со всех сторон.

– Наверное, тяжёлые были роды, – съязвил Дачжи.

Все остальные уже не могли сдерживаться и хохотали изо всех сил. Дачжи ухмыльнулся.

– А твоё детство наверняка было очень нелёгким!

Ха-ха! Очень смешно!

– Тихо! – приказал Мастер.

Он не обвинял меня во лжи. Он задумчиво смотрел на меня со своего нефритового возвышения.

– Есть в тебе что-то странное. Что-то особенное. Я почувствовал твоё приближение задолго до того, как ты подошёл к нашим воротам. Ещё ни с одним учеником у меня не было такого сильного предчувствия.

По кислой физиономии Дачжи было видно, что моё присутствие и у него вызывало сильные чувства. Неприязнь и зависть. Мастер смотрел только на меня.

– Вероятно, всё-таки есть некоторый смысл, чтобы ты остался здесь. Хм. Ну-ка, пройдись.

Я знал, что некоторым людям легче, когда они размышляют о проблемах, походить туда-сюда. Но как это могло помочь размышлениям Учителя? Я проглотил свой вопрос и сделал то, что он просил. Как послушный мальчик, я начал ходить туда-сюда, туда-сюда, пока он не произнёс:

– Ты мне и правда чем-то напоминаешь обезьяну.