"Фантастика 2026-61". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Комарова Марина - Страница 280

Они увидели мужчину, который увидел их.

Его спалили.

«Чёрт… чёёёрт!», — мужчина резко спрятался за угол!

Сердце колотилось, в ушах звон от давления! Руки трясутся. Ч-что это? Что за хрень⁈ Что за бесы⁈

Они его увидели. ОН его увидел! Сразу! Стоило только оступиться! Как он услышал такой дальний грохот⁈

Он стоял далеко, но повернулся моментально, просто вывернув голову!

«Что делать? Что делать? Что…», — мужчина выглядывает, — «Делать…»

На холме никого нет.

Дети пропали. Двухметровая тварь тоже.

Через час.

Девочка со светлыми волосами и в цветастом платьишке тихо зашла домой. Аккуратно, чтобы не шуметь. Но блин, какие дурацкие скрипучие полы!

*Скр-р-р*, — предательское дерево разбудило весь дом.

Девочка так зажмурилась от злости и дискомфорта, что чуть не пропустила как со второго этажа спустилась мама.

— А, это ты… — выдохнула она, — Куда ходила? Чего пугаешь? Ты же знаешь, чертовщина творится! Ну нельзя так поздно, доча.

— Я… — она резко спрятала маску совы за спиной, — Всё хорошо, мамуль! Я же быстренько!

Мама покачала головой и поднялась обратно, а девочка тихо пошла в свою комнату, прижимая своё второе лицо к груди.

Эта ночь. Была. ОБАЛДЕННОЙ!

Такое веселье! Такая свобода! Прыгать под луной, смеяться и шкодить! Шкодить, зная, что с тобой этот мальчик и его огромный друг! Что они защитят, и можно быть собой! Что с ними безопасно!

Зайка права. Нет ничего скучнее, чем быть собой!

— Надо… рассказать, — словно зачарованная закивала девочка, — Остальным расскажу!

В деревне есть ещё три ребёнка, но все на разных концах и очень далеко. Да и заняты все по хозяйству. Но если им рассказать…

Чем больше — тем веселее!

На утро.

Василиса засыпала с первыми лучами луны, просыплюсь же с первыми лучами солнца, если иначе не требовалось. Как богатырь из сказок. Поэтому, как только первая птичка решила поорать свои басни Крылова под окном, Василиса уже зевала и потирала глаза.

Она повернулась на бок и посмотрела на пустую сторону огромной кровати. Это был её утренний ритуал.

— Надо вставать… — погладила она холодную подушку напротив, — Кто тебя вернёт, если не я?

Ей никто не ответил. Уже несколько лет как она просыпается одна.

Ведьма встала с кровати и пошла на улицу — освежиться и умыться. Нет ничего, что бодрит лучше холодной речки!

И поэтому, выйдя на улицу, она пошла с полным настроем…

— Му.

С полным настроем…

— Му-у-у.

Полным…

Эм, что?

Василиса медленно поворачивается и видит кучерявого телёнка, жрущего последнее, что осталось от грядок с помидорами. Он стоял и жевал, молча глядя ей прямо в глаза.

Стоят и смотрят. Смотрят и стоят. Друг на друга.

Кучерявая корова и Ведьма Апокалипсиса.

У бабушки возникли вопросы. Не, на сам факт сворованной коровы она не ругалась, но вот на факт её присутствия…

— ТЫ СЮДА-ТО ЕË МОГ НЕ ТАЩИТЬ⁈ — орала она и махала тряпкой на бедного телёнка, — А ну иди с грядок!

— Му-у-у! — бедное животное не понимало, почему его сначала стащили из деревни, а теперь прогоняют обратно.

— Ну да… не стоило. Пхости, — вздыхаю я, сидя в беседке.

Блин, как там девочка показывала?

«Рой, выведи»

Передо мной запись, как она учила меня шить и делать маски. Блин, что-то не получается. У меня такие кривые руки? Ладно, пробуем дальше.

Мне моя маска не нравится. Рога — прикольные! Огромные такие, завиваются! Но козлиная морда ме, не моё. Хочу… острые зубы! Огромные! Чтобы типа человек, но типа зверь! Монстр! Р-р-р! Ну эпично короче чтобы, как в аниме. По телеку видел.

— Ты откуда вообще эту маску взял⁈ Что ты вообще в этом лесу делал⁈ Как ты вообще эти приключения на жопу находишь? — бабушка держалась за голову, — Миша, ну почему ты будто специально ищешь себе проблемы⁈ Ты можешь хотя бы ответить⁈

— Баб… — вздыхаю я, — Ты не пхедставляешь, как давно я так не веселился, как вчела. Как давно не чувствовал себя шкодным, свободным от фигни лебёнком.

— … — она замолчала.

— Я и так знал, что от меня уходит всё детство. Но я даже не подозлевал… — сжимаю кулак, — Насколько это печально.

Бабушка вздохнула. Она ругалась всё утро, но стоило сказать ей правду, как она тут же успокоилась.

— Никакой лебёнок не должен лишаться детства! Вчеха мне отклылись глаза. Я знаю, чего хочу. По клайней меле сейчас, — выдыхаю и возвращаюсь к шитью маски, — Мы с тобой лишены детства, баб. Так нельзя.

Мы так вчера смеялись. Так веселись! Пугали куриц, шугали людей. Воровали яблоки и убегали от бешенного гуся! Смотря на девочку в маске совы, я вспоминал её измученное лицо в нашу первую встречу.

А теперь вспоминаю лица детей в моём садике.

Я — ребёнок. Да, ещё и чудище прошлого, ещё и носитель Роя Наномашин, но в первую очередь — я ребёнок.

И мой вид не должен страдать.

Следующая неделя станет фатальной для Августа и всей его схемы.

Если тебе не нравится мир — просто его исправь. И мне плевать какие цели там у Августа.

Бабушка выдохнула. Она прекрасно понимала каково мне. Моё детство закончилось в ту ночь, когда меня чуть не задушили подушкой. Дальше — лишь короткие вспышки. За что меня ругать? За то что я ребёнок?

Хотя…

На самом деле есть.

— Нет, ну КОРОВУ тащить, Миша… — она нашла единственное за что зацепиться, — Нет, вот переделаю амулет, чтобы твоё место показывал, и никаких больше животных в мой дом притащить не дам!

Надоела ворчать. Ну притащили мы корову, ну куда её было девать? Зря, понимаю. Но она же такая угарная! Ба, смотри, она кучерявая! Я бы её вернул, но поздно — мы с Зайкой поняли, что девать её некуда уже когда шли с ней по полям.

И поэтому, не зная, что ответить бабушке, я решил просто буркнуть наобум, лишь бы отстала.

И… я даже представить не мог, что случайная фраза станет одной из судьбоносных.

— Амулет у тебя отстой, кстати, — пробурчал я.

— Что ты сказал?..

Я замер. Возникло нехорошее чувство, будто я разбудил дракона. Стало не по себе. Да я буквально прочувствовал взгляд на своём затылке!

Но несмотря на мою огромную эмпатию и детскую интуицию, сейчас я наверное впервые… ошибся.

Бабушка подошла, взяла меня за плечо и развернула к себе.

— К чему ты это сказал? — нахмурилась она.

Я отвёл взгляд. Хочу сказать, конечно, что о Вивьен амулет меня вообще не предупредил, но всё равно не выйдет — даже мысль об этом вызывает уродские ощущения. Блин. Здесь только врать.

— Да так. Пхосто, — пробубнил я.

— Не-не-не, просто ничего не бывает, — она хмурилась ещё сильнее, — Говори.

Я захотел сказать, что «не могу», но и это оказалось под запретом. Чёрт! Вонючий контракт, вонючая Вивьен, что за механика такая, где ты охватываешь ВСЕ возможности её спалить⁈

— Ничего, — снова буркнул я.

Бабушка внимательно в меня вгляделась. А затем…

— Ты не можешь рассказать, да? Но вряд ли бы получилось тебя запугать, ты бешенный. Миша… — она всмотрелась в глаза, — На тебе что… контракт?

Я замер. Быстро перевёл на неё шокированный взгляд.

— Контракт запрещает тебе как-то выдавать то существо?

Да! Хочу сказать да! Но не могу. И молчать тоже — я воспринимаю это за подтверждение, а значит не могу так поступить. Я способен только врать!

— Н-нет, — отвечаю я.

— Хм… — она продолжала в меня вглядываться, — Скорее всего тебя подловили на неконкретном контракте и дали всеобъемлющее условие. Хм… ты можешь только врать, да? И если это так… — она нахмурилась, — А, ну это парадокс двух стражников! — она ударила кулаком по ладошке, словно её осенило, — Миша ответь, ты заключал контракт, о котором не можешь рассказать?

— Нет, — вру.

— Тогда ты можешь свободно рассказать о всех случаях, когда взаимодействовал с демонической магией?