"Фантастика 2026-61". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Комарова Марина - Страница 4

– Кого?

Со двора раздался душераздирающий женский вопль:

– Помогите! Кто-нибудь! Скорее! Помогите! Ярни убили!

Глава 2. Голосами мертвых

Вообще-то в таких случаях я стараюсь не лезть не в свое дело, но здесь сидеть на месте было нельзя. Убийство – само по себе плохо, а тут еще и такое.

Встав, я подошел к окну и глянул вниз: из дома уже повыбегали люди с факелами, собралась целая толпа, слышался возбужденный говор и тихий женский плач.

Ярни – хозяин постоялого двора и старший брат Гутрун. Человек исключительной доброты и широты души. Он никогда не отказывал в помощи. Во всяком случае, мне. Даже отыскал лекаря для фоссегрима, не задавая лишних вопросов.

Я повернулся и направился к двери, по пути бросив Йорду:

– Я посмотрю, что там. Пригляди за мальчишкой.

Рисе возражать не стал, а разглядывать выражение лица Арве не было времени. Мальчишка не мог не понять, что я их оставляю вдвоем. Но, даже если такая перспектива его не радовала, ничего другого я предложить не мог. Чтобы спуститься и выйти из дому, потребовалось не много времени, однако каким-то образом я умудрился прибыть чуть ли не позже всех. После приятного и уютного тепла комнаты холодный ночной воздух заставил вздрогнуть и поднять воротник.

– Задушили, задушили, – тем временем тарахтела неугомонная подавальщица, стоявшая рядом с угрюмым полным мужчиной. Кажется, таким же постояльцем, как я. – Шею будто синие ленты обвивают, и ни капельки крови нигде нет. А сам бледный-бледный. Я только одним глазком глянула и сразу сюда побежала. Страшно стоять рядом, ой, страшно. Сразу же ясно и дураку, что душу у него забрали, ой, забрали…

Задушили? Это интересно. И вообще, очень интересно, кому Ярни мог перейти дорогу. Пробираться через толпу оказалось непросто, однако останавливаться я не собирался. Нужно все увидеть собственными глазами, потому что слова посторонних – крайне ненадежная вещь.

– Да ты говори толком, – хмуро произнес мужчина. – Сама, что ли, нашла его?

– Не я, не я, а Кэйа, – она неопределенно махнула рукой. – Это ж она орала. А…

– Где сейчас Кэйа? – весьма невежливо оборвал я говорливую подавальщицу.

Она было набрала воздуха, чтобы возмутиться, однако, встретившись взглядом с моими глазами, передумала. Довольно живо развернулась и указала на сарай:

– Там. Вместе с Гутрун и лекарем. Лекарь тоже один из наших постояльцев. Скользкий тип, но оказался тут как тут, только приключилась беда…

Не став слушать дальнейшую болтовню подавальщицы, я пошел к сараю. По пути у меня возникло отвратительное ощущение, когда вдоль позвоночника пробегает холодок, а спина чувствует чужой взгляд. Нечеловеческий, злобный и мерзкий. И при этом ты понятия не имеешь, чей он. Хотя я готов был поклясться, что, кроме меня, Йорда и мальчишки, в доме нечисти не было. Или я все же ошибался?

А вот подавальщицу пришлось вспомнить незлым тихим словом. «Там» оказалось достаточно расплывчатым понятием, поэтому на поиски пришлось потерять драгоценное время. Ярни оказался за сараем, как раз возле забора. Странное место, с чего бы хозяин постоялого двора решил полюбоваться ночным лесом? Это было бы неудивительно для таких чужаков, как я, но для уроженцев Раудбремма, уважающих обычаи и поверья, подобное поведение кажется очень странным. Здесь считается, что Лес – живое существо, и если смотреть на него ночью, да еще и во время нарождающейся луны, то он может вытянуть всю душу.

Рядом с телом присел лекарь. Вероятно, именно он и приходил к Арве. Что там подавальщица говорила? Скользкий тип? Так, лет за тридцать, темноволосый и темноглазый, возможно, такой же южанин, как не к ночи помянутый покойный Хишакх. Но скользкий? Нет, обычный человек. Разве что выглядит поприличнее деревенских, ну так это не преступление. Только сейчас я заметил Гутрун. Она держалась – не плакала и не стенала, лишь побелела как полотно, сминая в руках края белого передника. Глаза ее были пустыми, будто не видели перед собой ничего, но плакать Гутрун себе не позволяла. Может, потом, когда все разойдутся. Кэйа стояла рядом.

– Что произошло? – спросил я, подходя ближе.

Кэйя вздрогнула, но Гутрун кивнула, словно разрешая говорить. Меня она знала, и то, что я могу помочь, – тоже.

– Я нашла хозяина здесь. До этого он заходил к нам на кухню, сказал, что мигом на конюшню и вернется.

– Зачем?

Кэйа посмотрела на меня непонимающим взглядом, но потом словно осознала, что ей задали вопрос:

– Он всегда…

– Всегда следил за всем происходящим, – пришла ей на помощь Гутрун. – Я везде успеть не могла, а он… – Женщина бросила взгляд в сторону тела брата, ее грудь резко поднялась, словно она хотела сделать вдох поглубже и успокоиться. – Ярни не чурался никакой работы. Господин Глемт…

На этот раз вздрогнул я. Не люблю, когда произносят мое родовое имя.

– Оларс, никаких господинов. Я уважал и ценил Ярни и так это не оставлю. Только дайте мне немного времени.

Они не возражали. Гутрун снова уставилась на тело брата, а Кэйа растерянно переводила взгляд с меня на свою хозяйку и назад. Оставив женщин, я подошел к лекарю. Ощущение, что кто-то сверлит мне взглядом спину, только усилилось. Ну, найду этого шутника – точно мало не покажется. Обычно такое молчаливое разглядывание очень здорово действует на нервы.

Мотнув головой, я взглянул на тело хозяина постоялого двора. Сразу и не разглядеть жутких синих полос на шее. Кто же тебя так? Вопросов тьма, ответов – увы, ни одного. Чересчур бледный мертвый Ярни застывшим взглядом смотрел в ночное небо.

Я присел рядом и тут же почувствовал пробирающий до костей холод, исходивший от его тела. Вот так новости! Протянув руку, я медленно провел ладонью над его головой и плечом. Руку захлестнул ледяной смерч, пальцы тут же заледенели. Я шумно выдохнул.

Лекарь искоса глянул на меня, но ни о чем спрашивать не стал. Судя по огоньку, зажегшемуся в его темных глазах, он понял, кого видит перед собой. Надо же, сообразительный. Неожиданно мою ладонь прошила острая боль. Скрипнув зубами, я убрал руку, не рискнув продолжать. Так-так, люди тут ни при чем, здесь кое-что поинтереснее. Но магии нет и следа. Если быть точным – человеческой магии. Но есть нечто, людям не свойственное.

Лекарь встал вместе со мной, глядя так, будто я мог сию секунду назвать убийцу. Сзади неслышными шагами приблизилась Гутрун.

– Перенесите тело в какую-нибудь из комнат, где окна выходят на лес. Приведите в порядок и оставьте. – Голос стал чеканным и холодным, словно моя скрытая сущность, почувствовав, что в ней нуждаются, начала прорываться наружу.

– Да, господин Посредник, будет сделано, – ответила Гутрун, чуть наклонив голову.

– И пусть уж все разойдутся, не на что больше смотреть.

Я не стал ждать, что будет дальше. В Гутрун сомневаться не приходилось. Даже во внезапном горе она не потеряла присутствия духа и нашла в себе силы действовать. Мой путь лежал к лесу. То, что убило Ярни, пришло оттуда.

Задетый носком сапога камешек полетел вперед. Вот тебе и спокойное местечко, Оларс.

Посредники – древняя профессия, которой могли овладеть сильные маги и ведьмы. Быть Посредником – значит постоянно держать связь между миром мертвых и миром живых. Чувствовать, понимать и принимать решения. От такого постоянно «подвешенного» состояния Посредники растрачивали собственные силы, в результате чего жили меньше обычных смертных. Старый Посредник – большая редкость. Если, занимаясь своим делом, он сумел долго прожить, значит, был не только хорошим учеником, но и обладал от рождения редкостным даром. Слишком уж серьезная и тяжелая работа держать одной рукой мертвых, а другой – живых. Обычно к таким, как мы, обращались желавшие услышать волю покойного или расследовать убийство. Поэтому были у нас как друзья, так и злейшие враги. Наша работа считалась семейным делом. Если Посредником становился человек со стороны, значит, среди родни его учителя либо просто не оказалось подходящего человека, либо…