Ненормальный практик 9 (СИ) - "Извращённый отшельник" - Страница 16

Вот как можно его не уважать? Получил приказ — сразу исполняет. Без лишних слов и вопросов. Настоящий солдат.

— Кстати, — улыбаюсь, примеряя перстень, н-да, не люблю всякие безделушки, и это колечко не исключение. — Сегодня вечером я буду на балу, в Константиновском дворце. Открыто. Под своим именем.

Морозов замер. Усы перестали шевелиться.

— Как Александр… Северов? — произнёс он медленно. — Перед всем двором, Ваша Светлость?

— Перед двором. Перед императором. Перед британской делегацией. Перед всеми. Время пришло.

Молчание.

В серых глазах советника проносится буря. Сколько лет ожидания, сколько тайн, шёпота, подпольных встреч. И вот — наследник без чьей-либо помощи возвращается. Да и ещё как? Прямиком на императорский бал, под своим именем, в полный рост, как говорится.

— Полковник, только не надо поднимать людей, да и вообще кому-либо сообщать. Итак вскоре услышат. Просто решил поделиться с вами лично. Я вернулся. И скоро Северное Княжество получит новый шанс. Сейчас главное, чтобы эта шкатулка была у бабушки к утру. Это всё что требуется.

Морозов встал. Выпрямился. И, накинув фуражку, козырнул. Ладно, второй раз за день смотрится уже не так драматично, да и у него тоже слёзы кончились, теперь в глазах только огонь.

— Будет исполнено, мой князь!

Встаю. Подхожу к нему и кладу ладонь на плечо. Крепко. Он нёс невероятную ношу все эти годы. Достойный человек, честь имеет, что редкость.

— Спасибо, Пётр Алексеевич, — называю его по имени-отчеству впервые.

Усы дрогнули. Он кивнул, сдерживая эмоции.

— Разрешите идти, отдавать распоряжения?

— Конечно. И спасибо за прекрасный чай.

Ладно, чай я просто пригубил, но не мог же я обидеть тётушку Марию? Не то полковник бы ей точно устроил. В общем, проблему с чаем надо как-то решать, ведь куда ни плюнь — он везде! Да в Британии его не так пьют, как в Российской Империи!

Дом Морозовых я уже покинул, и добрался до второй остановки. Тайная цитадель? Подпольное производство? Не-а. Но тактическое местечко! Цветочная лавка на Невском. Маленькая, уютная, светлая, с колокольчиком на двери и кругленькой хозяйкой, тонувшей в необъятном фартуке и розах.

— Чем могу помочь, юноша? — она расцветает улыбкой. Прости, крошка, но у меня не встаёт на полненьких. Вернее — встаёт, но мы должны оказаться на острове и я прям сильно-сильно изголодаться.

— Мне бы два букета, миледи. И ещё, есть ли у вас доставка?

— По всему Петербургу, милочек! Вам цветы для кого? Поздравить кого-то или для дамы сердца? — хозяйка заговорщицки подмигивает.

— Для дам, — уточняю. — Двух.

— О-о-о! — она расплывается в улыбочке. — Какой шалун!

Н-да. Если бы она знала, что дам не две, впрочем, не будем считать. Сам же, разглядывая кучу букетов, даю тётке подсказку:

— Первый букет для женщины зрелой, умной, сдержанной. Северянки. Она не любит показуху, но ценит красоту. Думаю, ей подойдут тёмные тона. Что-то строгое, элегантное.

Хозяйка задумалась:

— Поняла! — и засуетилась среди вёдер с цветами.

Через пять минут собрала букет из тёмно-бордовых роз с веточками можжевельника и серебристого эвкалипта. Вышло сдержанно, при этом с глубинным подтекстом, собственно, как и сама Фрея.

— Будут ли предпочтения для второго? — уточняет цветочница.

— Хм-м, — тут задумываюсь. Ингрид я знаю не настолько ГЛУБОКО, хе-х, и всё же. — Она яркая, сильный характер, прямая. Я бы сказал, настоящая воительница. Думаю, прилюдно она скорее сломает цветок, чем понюхает. Но втайне любит полевые. Сама как-то обмолвилась, вот только тогда на дворе была зима. Но намёк её был понят.

— А вы очень внимательны к своим женщинам, — хозяйка хмыкнула и через три минуты собрала букет из васильков, ромашек и диких маков, не полевые — выращенные в теплице, и всё же, смотрелись здорово. Перевязаны простой льняной лентой. Буйные, яркие, пахнущие свободой. Прям воплощение Ингрид.

— Записки напишем? — подняла цветочница пустые карточки.

— Без записок.

— Совсем?

— Так будет лучше. Они поймут.

Та удивлённо приподняла брови, но спорить не стала.

Оставил ей адрес — один из особняков Романовых-Распутиных, где сейчас гостили Фрея и Ингрид, Корнелия сама рассказала прошлой ночью, что они буквально в квартале по соседству. Букеты доставят к пяти.

Заплатил. Вышел. Вроде бы всё. Пора возвращаться в «Сонный карп», а там и бал.

ИНТЕРЛЮДИЯ

В одном из многочисленных особняков Романовых-Распутиных, в гостиной второго этажа, Фрея разбирала документацию от вождя Хальвдана, её достали и здесь в Петербурге! Благо она готовит себе смену на должность советницы. Сама же устала, ну сколько можно? Хальвдан с остальными старейшинами вообще разленились! Ну какого чёрта она должна решать сколько скота закупить в новой партии? В общем, под винишко она разбирала документацию, то и дело вздыхая. Даже у неё терпение может быть на пределе!

Аккуратный оклик отвлёк её от бессовестной рутины, пред ней предстала служанка дома Романовых, ещё и с лучезарной улыбкой.

— Госпожа! Смотрите какую прелесть вам доставили!

Фрея оторвалась от списка кормов, что нужно также закупить у имперцев, и сколько рыбы на них поменять.

— М? — она удивлёно сдвинула брови, ведь прислуга всучила ей букет. Тёмно-бордовые розы, можжевельник, эвкалипт. Интересное сочетание. — От кого? — И приняла цветы, пытаясь найти хоть какое-то послание. Она точно ни с кем не крутила романсы. Но в Питере такие настойчивые джентльмены, им и одного случайного взгляда хватит для романтического интереса. Особенно среди стариков-аристократов — те, вообще считают, что все женщины поголовно от них без ума.

— Неизвестно, госпожа. Доставили курьером из цветочной лавки с центра. Сказали: анонимная доставка.

Фрея вновь взглянула на букет. Вдохнула. Пахнет приятно. Провела пальцами по бархатному лепестку розы. Тёмно-бордовый. Цвет страсти. Цвет, который выбрал бы человек, знающий её вкус. А этот можжевельник с эвкалиптом, прям изюминка, очень мило. Плюс анониму? Плюс. Оценив по достоинству букет, снова вдохнула и закрыла глаза. Можжевельник будто пахнет Севером.

— Фрея! — в гостиную ворвалась Ингрид в тренировочных штанах и рубашке, с букетом в руках. Глаза горят. Щёки красные. — Ты тоже получила⁈ И без записки⁈

— Тоже, — кивнула советница.

Ингрид посмотрела на её букет, потом на свой. Вообще-то её васильки с ромашками и разнотравьем ничуть не хуже!

— Это он, — произнесла она уверенно. — Полевые цветы… Он помнит! Я как-то говорила за совместной трапезой с ним, что люблю полевые. ИЛИ. ИЛИ ЭТО НЕ ОН⁈ — и выбросила букет, как какую-то горячую картоху, что только вынули из углей и вложили ей в руки.

Фрея только улыбнулась, гладя лепестки роз. На её сдержанном лице проступило то, что Ингрид видела слишком редко. Нежность. Глубокая, спрятанная так далеко, что до неё не добирался никто. Кроме одного человека.

— Успокойся, дурёха. Это от него, — произнесла Фрея. — А раз от него, то он в Петербурге. И знает, что мы тоже здесь.

— Но почему не пришёл⁈ — Ингрид быстренько подняла букет, даже отряхнула. — Просто прислал цветы? Он что, возомнил себя бессмертным⁈ — и на лице дочери вождя проявился оскал. О, она больше не та двадцатилетка. Практически в шаге от того, дабы стать вождём племени. Характер окреп, как и желания.

— Потому что он Ненормальный Практик, забыла? — ответила Фрея с улыбкой. — Он всегда делает всё, как считает нужным. Идёт своим путём, как воин. И ни ты, ни я, ни любая другая женщина в этом мире не сможет сменить его курс. Именно поэтому он тебе так и интересен, дочь Хальвдана, разве нет? Мужчина, знающий чего хочет и не взирая ни на что, идущий к своей цели, всегда вызывает женский трепет.

Ингрид с силой, как кобылица, втянула ноздрями мятые васильки, ромашки. И вздохнула.

— Он такой засранец, знает, что мы умеем ждать. Но терпение — не бесконечно. Даже северное. Вот только попадёт мне в руки, я больше не буду пай-девочкой и ТАКОЕ с ним сделаю…