Последнее тепло - во мне (СИ) - Таб Лина - Страница 71

Филиз усмехается и качает головой.

Я же сверлю мужа недовольным взглядом.

— Потому что ты ревнивец, Марко, — смеется Фил, а мне лишь остается вздохнуть, признавая, что муж прав. Он лучше высокоточного радара, отслеживает любой взгляд и тут же прицельно ревнует.

— Считаю, что все-таки тебе стоит прижать нашего ректора к стенке и потребовать ответов, Селла, — бурчит серьезно Марко, — я тебе уже об этом говорил.

— Да, похоже ты был прав, стоит, — заключаю мрачно, провожая скрывшиеся спины мужчин.

И вот вечером, когда по коридорам практически не бродят студенты, меня провожают в кабинет к ректору.

Настроение у всех такое, будто я иду минимум на жизненно важные переговоры.

Волнуюсь жутко. Марко предусмотрительно оставили в комнате, так как он с трудом подавлял приступы ревности, даже медитировать пытался. Поэтому, провожает меня Филиз.

Муж ласково целует меня в губы и погладив по щеке, стучит в дверь кабинета сам.

Анор открывает резко, будто стоял прямо около двери.

Наше появлчение его если и удивляет, то виду он не подает.

Пропускает обоих, но Филиз делает шаг назад, стрельнув глазами в мою сторону.

Мужья уже неплохо понимали друг друга, хотя никто ни к кому в душу не лез, по крайней мере, разбившись на двойки, дружили попарно сохраняя вежливый нейтралитет. Все же Анор с Рилье были друзьями и потому, именно Рилье время от времени лез к другу, когда возникали слишком уж спорные вопросы, так же и между Марко и Филизом, они тоже предпочитали общаться между собой, принимая наличие второй пары просто как данность.

— О чем ты хотела со мной поговорить? — спрашивает спокойно Анор, видимо считывая меня словно открытую книгу. Теперь, зная о его прежнем роде деятельности, я в этом не сомневаюсь.

— Анор, ответь-ка мне на один вопрос, — усаживаюсь на свой любимый стул около ректорского стола.

— Я когда-то не отвечал? — хмурится.

Хмыкаю.

— Избегал ответа, переводил тему или недоговаривал, считается?

Анор вздергивает идеальную бровь и откидывается на спинку кресла.

— В чем заключается вопрос?

Хмыкаю, снова увильнул от ответа. И в этом весь он.

— Вопрос, — копирую его позу, — ты расстался со своей любовницей по причине того, что в союзе не изменяешь, — начинаю, на что Анор лишь вопросительно вздергивает вторую бровь.

— Рилье, — констатирует факт.

— Рилье. Только не он тебя вынудил это сделать, а ты сделал сам.

— Сделал. Так в чем вопрос? — на лице мужа полная невозмутимость.

— Зачем ты это сделал, если в твои планы не входит налаживание отношений со мной, как с женой?

— Потому что это бросит тень на твою репутацию. Муж, который изменяет жене, тем более правительнице, как минимум не уважает собственную жену и не внушает доверия в принципе.

Киваю, прикусив губу.

— Логично. Почему тогда ты отказал мне? — смотрю в упор, — и только попробуй увильнуть от ответа! — давлю голосом.

Анор склоняет голову к плечу, рассматривая меня с некоторым исследовательским интересом.

Мне становится не по себе от этого взгляда. Вот уж точно талант, действовать лишь взглядом.

— Потому что привязанности, это уязвимая зона.

Мое лицо от удивления вытягивается.

— Ты разве не привязан к Рилье?

На счет семьи не говорю, Рилье говорил как-то, что у Анора никого нет. Все погибли. Кажется, дело в этом? Слишком сильно ударило по нему?

— Если с ним что-то случится, я смогу жить дальше, не потеряв самообладания.

Выдыхаю тяжело.

— То есть, ты не хочешь привязываться? — заключаю мрачно.

— Речь не только обо мне, но в первую очередь о тебе. Ты правительница, Селла, тебя всегда будут провоцировать, пытаться найти уязвимые места. И лучше, если таких мест у тебя будет как можно меньше.

Недоуменно заламываю бровь. Нет, правота его слов была абсолютная, но…

— То есть, ты добровольно похоронил свою личную жизнь, чтобы мне в том числе, в случае чего не могли угрожать тобой?

— Да.

— Это логично но совершенно бессмысленно! — возмущаюсь.

— Почему же? Если со мной что-то произойдет, шантаж, попытка убийства, манипуляции? Разве ты потеряешь голову и холодный рассудок?

— Не потеряю, Анор, но это не значит, что не буду переживать за тебя!

Муж продолжает взирать на меня с непоколебимым спокойствием.

— Ты будешь переживать, если подобное случится с любым твоим однокурсником, в этом твоя природа, Селла, я о другом.

— Я поняла, о чем ты, Анор, — я перевожу взгляд в окно. Думаю, — у тебя были жестокие учителя, да? — снова смотрю серьезно.

— Были.

— Родные?

— В том числе.

— Я хочу знать подробнее.

— Зачем тебе это? Это прошлое, его не изменить.

— Это прошлое сделало тебя таким, какой ты есть сейчас и я хочу понимать, как это сформировалось.

Теперь Анор отводит взгляд в сторону. Кажется сейчас, он чуть менее спокоен, чем раньше.

— А в прошлом, Селла, у меня была невеста, любимая и единственная, — огорошивает, от чего, во мне все каменеет и окатывает удушливой волной.

— И что произошло?

— Она предпочла мне варианты более статусные, хоть те и были значительно старше. Я же был всего лишь студентом академии, без связей, без титула, без средств. На тот момент, вся моя семья была убита, а состояние семьи отправлено в поддержку армии правителя.

Шокированная, я не могла даже вымолвить и слова. Только матерные разве что.

— Глупый выбор, Анор, — выдаю холодно, — надеюсь, она пожалела о своем выборе.

— Не думаю, что она успела что-либо понять. Спустя несколько месяцев ее убили. Было совершено покушение на одного из ее мужей, он был одним из генералов армии правителя.

Чувствую, как внутренности вновь холодеют.

Это ужасно.

— Ты смог ее забыть? — спрашиваю тихо.

— Не скоро. Для этого мне пришлось много над собой работать, но это помогло мне добиться того, что я имею сейчас.

— Хоть какой-то плюс, — хмыкаю угрюмо, — и после этого, ты предпочел не связывать себя отношениями? Хранил память о невесте или дело именно в том, что не хотел больше привязываться?

— Не хотел привязываться. В этом оказалось куда больше плюсов.

Складываю пальцы в замок на коленях и смотрю на мужа исподлобья.

— Тогда почему ты ревнуешь меня, раз предпочел больше не привязываться? — иду ва-банк, не уверена в этом вопросе, но намеренно провоцирую, основываясь на наблюдения Марко.

Анор тяжело выдыхает, берет в руки лист бумаги под моим недоуменным взглядом и просто бездумно его крутит.

Это единственные эмоции, которые он выдает. Но зато, для меня они более чем красноречивы. Значит, это правда, Анор что-то испытывает ко мне.

От осознания сего факта у мен аж сердце начало заходиться.

— У меня нет ответа на этот вопрос, Селла, — все-таки отвечает муж, уже снова глядя в глаза.

— Тогда, честность, за честность, Анор, — говорю серьезно.

Муж сводит брови, продолжая пристально смотрит мне в глаза.

— Я тоже тебя ревную. И наличие у тебя любовницы зацепило сильнее, чем я могла предположить, это было неожиданным для меня.

— Я знаю, — отзывается спокойно, — но спасибо, что озвучила это сама.

Улыбаюсь криво.

— Ну раз мы оба уже привязаны друг к другу, то для чего дальше делать вид, что между нами ничего нет? Ведь ты в любом случае больше не один, Анор. У тебя есть мы. Есть я. Если что-то случится, не важно в какую сторону, это ударит по нам. Так почему нам не попробовать и не выжать из этой возможности максимум? — говорю совершенно спокойно. Хотя внутри все бушует и в тоже время, я чувствую прилив сил и радости. Он не равнодушен.

Анор молчит. Его взгляд задумчив.

— А то так и будешь ходить всю жизнь и ревновать меня, потому что сам решил дистанцироваться, — пытаюсь уколоть его, чтобы отмер и выдал что-то в нашу пользу.

— Не думаю, что я перестану тебя ревновать, даже если мы сблизимся.

Его слова очень сильно удивляют.