Мастер драгоценных артефактов. Дилогия (СИ) - Майерс Александр - Страница 6

— Видел, говоришь?

Барс наклонился и схватил Скифа за длинные волосы. Приблизил своё лицо к его разбитой харе.

— Что же ты видел, ну-ка повтори?

— Завалило его, — проблеял несчастный. — Шахтёры вынесли… Он не дышал, клянусь! Его кристаллом даже пытались лечить, а он лежал.

— А потом встал! — взревел Барс. — Встал и положил наших парней своей грёбаной магией! Всё из-за тебя, урод!

Он отпихнул Скифа и встал. Ещё раз пнул скулящего беднягу и отбросил дубину.

— Чёртова магия. Сраные кристаллы! Если б не они, мы бы их там положили.

— Точно, атаман. Всё кристаллы виноваты, — пробурчал один из бандитов.

Другой, которому досталось от магии, подтвердил его слова очередным рвотным позывом.

— Пора нам тоже чем-то таким обзавестись, — Барс заткнул большие пальцы за пояс и посмотрел на светлеющее небо. — С артефактами мы этого графёныша в бараний рог скрутим.

— Точно, атаман.

— Да, правильно! Надо где-то артефактов награбить…

Барс поморщился. Уж сколько они пытались где-нибудь достать артефакты — ничего не получалось. Богатых путников в их краях не водилось. А соваться ближе к городу было опасно — там работала полиция и дворянские дозоры.

С дворянскими дозорами шутки плохи. Барс это точно знал, потому что раньше сам был одним из членов такого дозора.

Но несколько лет назад его поймали на воровстве из служебного арсенала и с позором уволили. Барс не ушёл просто так — напоследок он выпустил из тюрьмы десяток отъявленных головорезов. Они-то и стали первыми членами его банды.

И теперь вот уже который год они промышляли грабежом путников. В этой глуши нельзя было рассчитывать на хорошую добычу — одна нищета кругом.

С одной стороны, так было безопаснее. С другой — о каких артефактах может идти речь? Большинство здешних жителей магических предметов в глаза не видели.

Не говоря уж о том, что любой человек с боевым артефактом опасен сам по себе. А уж если одарённый попадётся — тут вообще непонятно, кто кого ограбить сможет.

Машину бы… Недавно по соседней дороге проезжала группа из трёх автомобилей. В них точно было что-то ценное. Но банда не смогла догнать и уж тем более остановить машины на своих лошадях.

А теперь и лошадей стало меньше. При отступлении пришлось бросить нескольких.

Сука!

Барс зарычал сквозь зубы и снова пнул лежащего Скифа.

— Ай! Прости, атаман, откуда же я знал…

— В следующий раз будешь внимательнее, гнида, — процедил Барс. — Хотя… Не будет следующего раза. Эй, Хрящ! Тащи верёвку. Повесим его.

— Не надо! — завопил Скиф. — Атаман, прости! Недоглядел, каюсь! Не вешай меня!

— Наши братья погибли из-за него! — повысил голос Барс. — Что скажете, простим его? Или заставим заплатить?

— Заплатить! — в едином порыве ответила ватага.

Уже через несколько минут Скиф болтался в петле. Выжившие члены отряда смотрели на него с мрачным удовлетворением.

Хоть какая-то компенсация за пролитую кровь.

Атаман удалился в свой дом и рухнул на кровать, даже не сняв сапоги.

Такая возможность упущена! А он уже мечтал, что приберёт к рукам графские угодья…

Ведь кто, в конце концов, этот Шахтинский? Только по титулу дворянин. А по факту докатился до того, что сам спускается с работягами в шахты. Тьфу!

С другой стороны — ещё ничего не кончено. Судя по сегодняшней ночи, людей в поместье почти не осталось. Четыре гвардейца да старые слуги — что это вообще такое? Плюнуть и растереть.

— Мы вернёмся, графёныш, — прошипел Барс, стискивая кулаки. — Мы ещё вернёмся, и ты мне за всё ответишь!

Глава 3

На следующее утро я сидел за столом в гостиной. Светало, сквозь стёкла лился блёклый свет, в котором плясали мириады пылинок.

Я завтракал — если можно так назвать поглощение похлёбки, напоминающей жидкую глину.

За столом, нервно переминаясь, сидели мои «министры». Компания подобралась, прямо скажем, не королевская.

Справа от меня — бородатый гвардеец, которого звали Ильдар. Исполнял обязанности начальника моей жалкой гвардии.

Слева — тощий, как жердь, мужчина в поношенной зелёной куртке. Это был егерь Трифон, один из немногих, кто ещё отслеживал дичь в наших лесах.

Рядом с ним пристроился коренастый шахтёр по имени Борис, чьи толстые пальцы напоминали сардельки. Руководил он той самой злополучной шахтой, где мой предшественник нашёл свой бесславный конец.

Замыкал круг тщедушный хитроглазый мужичок — староста деревни, представившийся Степаном.

Я позвал их всех, чтобы лучше узнать о положении дел. И отчёты они давали один другого краше. В плохом смысле. Картина вырисовывалась на редкость унылая.

— В деревне, ваша милость, паника, — начал Степан, нервно теребя шапку. — Люди боятся. Бандиты по ночам шныряют, скот воруют, угрожают. Люди просят защиты… А что я могу сделать? Мужиков-то осталось — раз-два и обчёлся. Все, кто пошустрее, давно в город подались, за лучшей жизнью.

— А у нас, ваша милость, в шахте пиз… полная задница, — мрачно вступил Борис. — После того обрушения, что вас… э-э-э… задело, мы, конечно, проходку начали восстанавливать. Так там же не только верхний уровень посыпался. Пошло по нижним ярусам. Всё перекрыло. Теперь к богатым пластам не подобраться. А те, что поближе, почти выбрали. Чтоб работу возобновить, надо сначала завалы разобрать, а это куча времени.

М-да, вот оно как. Бывший хозяин этого тела, молодец, конечно. Швырнул взрывной артефакт не подумав. Инсектоидов-то он прикончил, и для меня местечко освободил, но вот работу людям похерил.

Если моего предшественника задело на верхних уровнях… то выходит, он был почти у поверхности, когда всё рухнуло. Какая ирония. Почти спасся, но не судьба.

— По поводу банды, ваша милость, — перенял эстафету Ильдар. — Мы за ними попытались проследить. Но они в Гнилой Лес ушли. А там… вы сами знаете. Тропы звериные, чаща непролазная, да и инсектоиды порой из оврагов лезут. Ничего толком выяснить не удалось. Извиняюсь.

Я медленно положил ложку. Похлёбка была отвратительной, и я с трудом запихивал её в себя. Но подкрепиться было необходимо, одной маной сыт не будешь.

— Благодарю всех за информацию. Я со всем разберусь. Можете идти, — сказал я.

После чего резко наклонился вперёд, схватившись за грудь. Я закашлялся так, будто пытался выплюнуть собственные лёгкие. От усилий даже голова закружилась.

В комнате повисла напряжённая тишина, нарушаемая только моими хрипами.

— Ваша милость! — первым опомнился Ильдар, вскакивая с лавки.

Я отмахнулся, делая вид, что не могу отдышаться. Потом с деланным усилием выпрямился и выдавил улыбку.

— Ничего… ничего… Всё в порядке, — просипел я. — Идите.

Все, кроме гвардейца, с поклонами покинули помещение. А Ильдар продолжал беспокоиться:

— Да где ж в порядке⁈ — всплеснул руками он. — Может, врача позвать? Или настойку какую купить? Может, целебный камень есть?

— Целебных камней больше нет, — выдохнул я, притворяясь, что собираюсь с силами. — Так что и предлагать нечего.

Убедившись, что все остальные ушли, я встал и плотнее закрыл дверь. Повернулся к Ильдару, расправив плечи.

— На самом деле, проблем никаких нет, — заявил я совершенно здоровым голосом. — Здоровье у меня в полном порядке.

Ильдар замер с открытым ртом и медленно провёл рукой по бороде.

— Это была некоторая… сценка, — невозмутимо пояснил я.

Гвардеец моргнул.

— Сценка? Для чего?

— Ты же спрашивал, что делать дальше, какие указания? — напомнил я ему. — Вот я тебе их и выдаю. Первое: с этого момента вы начинаете активно распускать слухи о том, что мне хреново. Очень и очень хреново. Что вчерашнее сражение далось мне тяжелейшим образом. Что я еле живой, кашляю кровью, возможно, отравлен, возможно, подхватил какую-то заразу в шахте. Что дни мои сочтены. Понятно?

— Понятно, ваша милость, — растерянно кивнул Ильдар.

— Второе. Отправь дополнительных людей в деревню. Шахтёры пусть пока не выходят на работу. Всё равно ничего у них сейчас не получится, а так они лёгкие мишени для любого отребья. А вот деревню нужно укрепить.