Заноза для соседа. Тает все (СИ) - Кей Саша - Страница 5

– Люсь?

– Ты нужен мне как мужчина. Срочно! Иначе я сойду с ума! – Тяну его за собой.

Слава богу, Стах не сопротивляется.

Он втыкает лопату в сгроб и следует за мной.

– Люся, мне бы душ принять…

– Потом и примешь, – лепечу я, внутренне содрогаясь. – Мне прям очень надо. Срочно. Ты же сможешь сделать это быстро, да? Только мне надо, чтоб ты посильнее и подальше… – сумбурно я объясняю, как он должен избавиться от трупа.

– Быстро? Почему быстро?

– Я не могу ждать, понимаешь? У меня всегда так… Меня аж трясет…

Я мышей боюсь до обморока. Я на ногах держусь только потому, что опасаюсь, что мышь будет шастать по моему бессознательному телу! А если она мертвая, то тоже плохо, я не смогу сама от нее избавиться.

– Люсь, дай хоть разуться... – Пытается притормозить Стах в прихожей.

– Глупости какие! Хороший мой, ты только не бойся, я мешать не буду, даже глаза закрою, все в твоих руках… – И заталкиваю соседа в предбанник, а сама закрываю за ним дверь, оставаясь снаружи.

– Люся? Что происходит? – напряженно спрашивает Стах.

– Много слов, займись делом! – требую я.

– Я не могу делом, ты за дверью.

– При чем тут я! Убей ее и закопай! – кровожадно приказываю я.

– Кого ее? Кошку? Если ты не объяснишься, то убью я тебя! – рычит сосед.

Я слышу как шипит Шаша при виде мужика. Вот на рыжего бы так реагировала!

– Только не говори, что ты тоже боишься… Тогда остается лишь пожарных вызывать… – Я уже на грани отчаяния.

– Люся, я действительно близок к состоянию аффекта. Внятно давай, что случилось.

– Твой рыжий сатана принес ЭТО в мой дом. Оно там на подоконнике!

Пауза. Шаги. Тишина.

– Ну как?

– Ты имеешь в виду полудохлую мышь? – настороженно уточняет Стах.

– Ну конечно! В смысле, ПОЛУдохлую? Расправься с ней срочно! Сделай ее дохлой полностью!

– Люся, я не могу это сделать голыми руками. Дай мне хотя бы совок и перчатки.

Я несусь на кухню и приношу доспех и оружие, просовываю в щель, приоткрыв дверь.

– Ну что? Одолел?

– Почти, – отзывается злой мужчина. – Все, открывай.

Перестаю удерживать дверь, отхожу и прислоняюсь к стене, потому что ноги меня не держат.

Но кошмар не заканчивается: из предбанника Стах выходит, держа на совке серый комок, хвост которого свисает безжизненно, но это неточно.

У меня темнеет перед глазами, и, отключившись, я сползаю на пол. Вынос тела проходит без моего участия.

– … Люся, чтоб тебя! Давай, приходи в себя…

– Где она? – обмирая, спрашиваю я. – Она не вернется?

– Позовет весь мышиный клан и придет тебе навалять. Да не скули. Выкинул за забор.

– А куда ты меня несешь?

– Объяснять, что собирается делать мужчина, когда его просят посильнее и подальше.

Глава 7

Стах пахнет морозом, и весь он холодный, только почему-то там, где меня касаются его руки, печет, словно у него в ладонях пригоршня углей.

Я ерзаю в охапке:

– Пусти!

– Минуточку, – обещает он, и вправду роняет меня на все еще не заправленную постель.

Я смотрю на то, как Стах стаскивает куртку, и мне становится немного не по себе.

– Ты что делаешь?

– А ты не догадываешься? – Поднимает он бровь. – Что ж, будет сюрприз.

– Ты чего задумал? – Начинаю паниковать я, когда вижу, что и олимпийка летит в сторону.

– Ты причинила мне моральный ущерб…

– Моральный? Откуда у тебя мораль?

Только бесконечно аморальный тип будет демонстрировать кубики пресса давно недеве вроде меня.

– Вот видишь, из-за тебя она сдохла. Так что я требую сатисфакции. – Окинув меня взглядом, Стах делает шаг к кровати.

– Погоди, сатисфакция – это из другой оперы. – Я отползаю к стенке. – В случае ущерба, вроде полагается компенсация…

– Уговорила. Компенсация так компенсация. – Подтягивает меня за ногу поближе к себе.

– Ну давай, компенсируй! Если кто и пострадал, то это я! – Лягаюсь, но мимо.

– Что? – Обалдев, застывает Стах. – С какой это стати?

– С той, что это твой кошак принес долбанную мышь!

– Это говорит о том, что он джентльмен и готов покормить даму сердца.

– Нет, это говорит о том, что он снова собирался надругаться над Шашечкой!

– Одно другому не мешает. – Выдавая мужскую стратегию, отмахивается сосед, перехватывая меня за вторую щиколотку.

– Вот и бери с него пример! Я еще даже не завтракала!

– Принести мышь обратно?

– Убери лапы!

Но меня уже перевернули на живот. Весомый шлепок опускается на мою пятую точку. Не болезненный, но ощутимый для моей гордости!

– Перестань!

Широкая мужская ладонь поглаживает оскорбленную ягодицу.

– В чем-то ты права…

Я замираю.

– И? Ты отвалишь?

– Сначала тебя нужно покормить. А потом уже обстоятельно все объяснять. А то у тебя какие-то дикие мысли про быстро… Насчет посильнее, я еще могу пойти тебе навстречу…

Тут до меня и доходит, с чего это товарищ так возбудился.

Он решил, что я тащила его в дом, чтобы срочно раздвинуть перед ним ноги? До такой степени изнемогала, что готова была в ботинках его использовать?

– Да с чего ты вообще взял, что я стану заниматься сексом с типом, которого знаю меньше суток? – Охреневаю я.

– Ну я же стану заниматься сексом с тобой, – невозмутимо отвечает мне Стах, хищно стискивая мое полупопие.

Мне очень не нравится, как звучит его фраза. Не «стал бы», а «стану».

– Облезешь, – фыркаю я. – Ты не в моем вкусе!

– Врешь, чего бы тогда шпионила за мной, – напоминает Стах мой позорный прокол.

– А нечего было шуметь! – Я все-таки выворачиваюсь из-под тяжелой лапищи, но выгадываю немного. Ладонь, которая тискала мою ягодицу, оказывается теперь у меня на животе и не мешкая заныривает под фланелевую мужскую рубашку, в которой сплю зимой. – Хватит меня лапать!

Слишком проникновенно соседушка наглаживает мой живот и ребра, женский организм начинает неоправданно волноваться. Все чертовы кубики.

Я скатываюсь с кровати и грозно смотрю на Стаха.

А он сидит на разворошенной кровати, раздетый по пояс, и взгляд у него такой, что у меня сердечко ёкает. Это все потому, что я на голодном пайке с лета. Только поэтому.

– Пошутили и хватит. – Хмурюсь я. – Ты отлично меня разыграл в отместку за недопонимание, а теперь прошу одеться и покинуть помещение.

Стах поднимается:

– А с чего ты решила, что я пошутил?

И снова приближается ко мне, заставляя нервничать.

– Ну ты меня бабулькой обозвал, так что мне как-то не верится, что ты прям голову потерял…

– Люся, я три раза посмотрел запись с видеокамер, как ты берешь штурмом мой забор. Теперь я сам не свой. Такой темперамент не должен пропадать зря. Еще и представления по вечерам занимательные показываешь…

Между нами опять остается сантиметров двадцать, и этот наглец давит на меня харизмой.

– Серьезно? И ты думаешь, что если заявиться ко мне и сказать, что ты собираешься меня трахнуть, я прям покорно соглашусь. Типа, чего не помочь по-соседски?

– Нет, я заявил, что я тебя трахну, чтобы ты об этом постоянно думала. – Улыбается гад. И выходит у него грешно так, многообещающе.

– Не буду об этом думать!

Но поздно, это реально как с белой обезьяной.

Теперь невозможно выкинуть эту мысль из головы.

– Еще как будешь! – Хам поглаживает мое бедро, я хочу его треснуть по наглой лапе, но он убирает руку быстрее, и в итоге я шлепаю саму себя. – Уже к вечеру ты дозреешь. У меня есть беспроигрышный план!

– О мой бог! Твоя самоуверенность зашкаливает! И что же это за план?

– Увидишь, а пока готовься к завтраку. – Стах смотрит на часы, обхватившие широкое запястье. – Точнее, к обеду.

И подхватив свое шмотье, он уходит.

Вообще оборзел!

Никуда я не пойду! Пусть обедает наедине со своим эго!

Я брожу по дому, ворча и ругаясь. Достается всем: и Стаху, и его коту, и даже Шашечке. Выпив кофе, я шарюсь в холодильнике и ожидаемо не нахожу ничего интересного. Я когда работаю, забываю обо всем и перебиваюсь дошиками с плавленым сыром.