"Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кострова Кристи - Страница 133

— Следующий!

Бессовестно оставив Алену на стреме, все уселись чаевничать. Бутерброды заготовлены, зефир лежит выгодно смотрящейся горкой, чай налит. Иннокентий отверг попытки старичков плеснуть ему в чай янтарного напитка и поведал о происшествии в кабинете директора.

— Какой хитрый жук! — многозначительно воздел палец вверх Брагин. Герман же был не столь категоричен:

— А я бы согласился. У Савельича там связи.

— Я и подписал.

— И молодец!

— Чему посвятишь?

— Советским женщинам!

Оба пенсионера пролили чай, а затем чертыхаясь взирали на Кешу, как на пришельца с другой планеты. Пришлось раскрыть свой хитрый план.

— А ты не дурак, пионер.

— Хитрый ход. Взрослеешь, пацан! Но следует соответствовать.

— Ничего, чего-нибудь придумаю.

— Ну, ты это, маякни, если чё надо. Рамки мы тебе найдем. Почти забесплатно. С оформлением поможем.

— Спасибо.

— Нет, спасибо еще рано. Мы еще подарок тебе не вручили.

По взглядам старичков-разбойников Кеша почуял неладное. Неладное поставили перед ним в виде увесистой коробки с броским названием «Киев-15».

Васечкин заглянул внутрь и офонарел. Это один из немногих профессиональных фотоаппаратов, производящихся в СССР. Тяжелый, металлический, он внушал уважение. Кеша тут же вспомнил его характеристики. Киев-15 был оснащён автоматикой приоритета выдержки, которая управлялась экспонометрическим устройством. Выдержки затвора от ½ до 1/1000 с. Синхронизация с электронными вспышками на 1/60 с, экспонометр имел два режима работы: нормальный режим и режим работы в условиях недостаточной освещённости. В фотоаппарате «Киев-15» использовался уникальный механический веерный затвор с балансирным устройством — это минимизировало вибрации камеры при срабатывании затвора, камера была выполнена в прочном металлическом корпусе.

«Что еще тебе надобно собака сутулая?»

— Очуметь можно! И вдобавок три объектива!

Широкоугольный Мир-1 Автомат, штатный Гелиос-81 и портретник Юпитер-9 Автомат с фокусным расстоянием 85 и офигенной светосилой в 2.

— Все как положено, — с гордостью объявил Брагин.

Васечкин же положил все обратно и заявил:

— Я не могу принять такой подарок. Спасибо, но это уж слишком.

— Но почему, Кеша?

— Да вы что, очумели оба? Он же столько денег стоит!

Герман налился краской и выдохнул:

— Это подарок от всего сердца. А ты о деньгах!

Фрол Никодимыч посмотрел на товарища и тяжко вздохнул:

— Я же предупреждал, что он гордый. Эх, Васечкин, Васечкин…

Иннокентий понуро смотрел на старших товарищей. Если бы не они, то гнил бы он дальше в ЖЭКе или пошел на завод.

— Чего смотришь? Бери! Пока дают.

— Правда, извините. Но…

— Никаких но, Кеша. Ради нашей дружбы и твоего деда.

В горле неожиданно встал ком, Васечкин смотрел на старых, но так и не согнутых временем мужиков. Какие они все-таки молодцы! Он же их смертельно обидит.

— Давайте! Но право, вы меня в неловкое положение поставили.

— Вот не надо, Кеша. Ты меня вон как выручил. Взял все обязательства и выполнил. Иначе поперли бы старого деда на пенсию и на седины посмотрели.

— Фрол прав. Работы ты не боишься. Товарищ хороший, верный. Имеем мы право сделать тебе пусть и дорогой, но сюрприз.

— Имеете, — вздохнул Иннокентий.

На самом деле подарок был поистине царский. Суть даже не в деньгах. Хотя на первый взгляд тут всего на Пятихатку минимум. Сейчас он нисколечко не зависел от оборудования фотосалона. И если получится уехать в Москву, то поедет не с голыми руками. Возможностей Киева с имеющейся оптики хватит на большинство задач. А телевик ему пока и не нужен. Он не спортивный репортер. На самом деле эта камера — его свобода. И еще есть старый коллекционный Контакс, что можно поменять или продать в крайнем случае.

Чаепитие продолжилось в приятном настроении.

— Но где вы его взяли? Такие камеры в свободной продаже не стоят.

Герман скупо усмехнулся:

— Есть связи. Ты лучше проверь аппарат сегодня в деле. Да и к выставке пригодится.

— Хорошо, — но не успел Кеша закончить фразу, как в дверях появилась недовольная Алена.

— Васечкин, там тебя к телефону твоя…шаланда белобрысая спрашивает.

— Вообще-то, её зовут Анжела.

— Да мне все равно.

Старички ехидно переглянулись. Приемщица не оставляла надежды охмурить высокого блондина. Вот и сегодня её самошитое трикотажное платье выгодно облепило все округлости девичьего тела. Но Иннокентий мужественно держался. Его могущественные причиндалы были востребованы элитными девушками.

Поработать в тот день толком не удалось. Иннокентий неожиданно для себя оказался личностью популярной. Для него такой статус был необычен. И жутко понравился. Позвонили из горкома, передав через референта сердечные поздравления от Семена Семеновича. Затем отзвонилась комсомолка Светлана, сухо поздравив и поинтересовавшись, как там дела с выставкой. Договорились о встрече. О деловой встрече. Хотя… Светочкин голос внезапно разбудил скрытые воспоминания. Да так, что пот потек с разгорячённого лица. Комсомольский задор, он такой.

Был еще звонки с управления, его поздравил Петр Нечаев с дружины, профком и парни с комбината, с которыми он обычно ездил на выезда. Отношение после аварии к Васечкину здорово изменилось. Вместо разухабистого увальня все увидели серьезного человека, с которым можно в разведку. А в эту эпоху — лучшая похвала. Кеша не особо замечая, и сам изменился. Внезапно мнение чужих людей стало для него важным. Да и делишки свои он обстряпывал, стараясь не создавать проблем хорошим людям. А с нехорошими чего разговаривать? Система позволяла идти в гору не только лишь по головам. Так пользуйся возможностями, что она тебе предоставляет! Дерьма в жизни и без тебя хватает!

Глава 31

Экономика должна быть экономной

Они сидели в лучшем ресторане города. Иннокентий решил отметить днюху с Анжелой отдельно в субботу. В свой день рождения все торжество у них закончилось как-то быстро. Бутылка шампанского и постелька. А сейчас хотелось Праздника. Заволжск не был большим городом, но во многом не уступал областному центру. Узловой железнодорожный узел, несколько важных для всей страны производств, плюс огромная стройка на окраине делали его лакомым кусочком для номенклатуры и всяких мутных личностей.

Зато в городе имелся собственный драматический театр, вокзал, парк и несколько ресторанов, не считая привокзального. «Старая Волга» был самым пафосным, хоть и не модным местом для развлечений. Но считалось, что если ты смог забронировать здесь столик, то ты чего-то добился в этой жизни. Анжела выбор Кеши оценила снисходительно, но ей и самой было любопытно. Золоченые мальчики и девочки тусили в других более модных заведениях. «Старая Волга» считалось местом для взрослых.

Но надо же когда-то начинать?

Как ни странно, но внутри было неплохо. Разноуровневый зал. Эстетика шестидесятых. Никакой позолоты и показной минимализм. Эта эпоха Иннокентию нравилась. Бедность того времени он принимал за упрощенность и сдержанность. Их усадили немного в сторонке. Но не потому, что двое молодых людей оказались не того ранга. Просто центр зала занимали столы на большое количество народа. Им же предоставили уютный столик на двоих.

— Ты как сумел здесь забронировать место? — поинтересовалась девушка, изучая меню. — Да еще в субботу. Даже у меня нет таких связей.

— Зато есть у Абрама Савельевича, — усмехнулся Иннокентий. Подготовка к выставке уже приносила зримый гешефт. Непонятно, что с этого имел директор, но перспективы радовали. Во всяком случае Шпакову идея понравилась. Горкому тоже нужны галочки. Отчетность никто не отменял. Тем более что неумолимо надвигался 25 съезд партии. Все только это и обсуждали.