"Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кострова Кристи - Страница 463

Глава 26

Москва. Штаб-квартира ГРУ. Хорошевское шоссе. 15 июля 1973 года

В этот раз обстановка в «Аквариуме» была достаточно напряжённой. Опытному глазу это становилось ясно еще на въезде. Тщательно спрятанные «посты», внутри периметра и зданий много вооруженных людей. Проникнуть в «святая святых» посторонним стало практически невозможно. Но и работу учреждения такие чрезвычайные меры несколько замедлили. Но больше всего разведчиков напрягало то обстоятельство, что вокруг «усиления службы» висела жесткая завеса секретности.

Многие задавались неотвеченными вопросами. Брежнев только что вернулся из США, с ними намечается долговременный мир. Тогда почему службы и подразделения ГРУ приведены в повышенное боевое состояние! И всем сотрудникам пришлось подписать новые документы о неразглашении. Только вот что им вскоре придется не разглашать?

Но люди в разведывательной структуре служили опытные и повидавшие разное. Они острым взглядом замечали некие шевеления на самом верху и благоразумно предпочитали молчать. В отличие от обычной армии ГРУшники в течении своей службы могли запросто оказаться на «острие атаки», и потому к различным невозможностям и потенциальным проблемам всегда старались быть готовыми. Для этого они сюда и шли служить.

Совещание в этот раз проходило в расширенном составе. В связи с вновь открывшимися обстоятельствами к тайне «Объекта Оракул» оказались привлечены специалисты разных управлений и отделов ГРУ. «Новички» с интересом поглядывали на тех, кто занимался попаданцем в последние недели. Словечко из будущего уже вошло в лексикон разведчиков. Ну а зачем придумывать велосипед? Как и новые вводные от руководства, совсем не похожие на уже ставшие привычными для армейской службы. Большая политика это вам не тут и не там!

Внезапно перед разведчиками проявился не только внешний, но и внутренний враг. И с противником внутри страны в этот раз придется разбираться не только членам правительства и функционерам партии. Пахнуло еще не забытым и жестоким прошлым. Оттого даже у ГРУшных «волкодавов» ёкало внутри, многим из них стало жутко от познанной только что тайны. Одно дело просто исполнять свою работу — и совсем другое смотреть при этом в зеркале вечности.

Будущее внезапно приблизилось вплотную. И это чудовищно пугало даже самых стойких. А не ошибутся ли они опять?

Ивашутин выглядел усталым и озабоченным, но спокойным, как удав. Его сложно было согнуть. Вчерашний разговор с «обновленцами», так себя назвала новая партийно-правительственная фракция, неплохо успокоил его. Сейчас его негласным методам и действиям придан некий статус законности. А это уже совсем другой колер. Да и опираться на второго человека в партии и председателя правительства это совсем другое, чем действовать в одиночку на свой страх и риск. Ответственность ведь никто не отменял. Даже при таких непростых обстоятельствах. Что тот тут же сообщил присутствующим:

— Товарищи офицеры, считайте, что мы действуем по заданию партии и правительства.

— Достигнута договоренность?

Народ дружно выдохнул и заметно повеселел, но все так же внимательно смотрел на начальника. Не время расслабляться! Тот в первую очередь решил выяснить обстоятельства по недавним чрезвычайным событиям:

— Что-то уже есть по группе неизвестных?

Генерал Супрун, отвечающий за оперативное сопровождение «объекта», глухо кашлянул. В его глазах одновременно промелькнули недосып и природное упрямство.

— Нам пока не удалось определить принадлежность боевой группы. Сами они отказываются отвечать, документов с собой не было. Оружие нигде не числится.

Майор Стопоров, оперативник непосредственно с «Объекта», сначала взглянул на начальника ГРУ, и получив молчаливое согласие, спросил:

— Применялись спецсредства, товарищ генерал?

— Нет, — покачал головой глава оперативной разведки. — Поначалу пытались колоть по горячему, потом их допрашивали достаточно опытные люди. Создалось такое впечатление, что их используют вслепую.

— Или это тайная группа специального назначения, подготовленная к подобному.

Толоконников кивнул соглашаясь:

— Я склоняюсь к последнему.

Ивашутин внимательно посмотрел на своего заместителя и руководителя всей операции «Оракул».

— Почему вы так считаете?

— После озвученного на Политбюро скандала со слежкой контора стала действовать намного осторожней, но наблюдение за нами и «Объектом» не было полностью снято. По нашим контактам удалось выяснить, что действует некая непонятная структура. Официально управления КГБ в слежке и ведению интересующих их объектов не задействованы. Обвинить их ни в чем не получится.

— Пока мы не выйдем на то спецподразделение, что и занимается всем, — подытожил сообщение Супрун.

— Лев Леонидович, имеете что-то сказать?

— Пётр Иванович, если эти чертяки не полные отморозки, то наверняка потекут после встречи с кем-нибудь из верхнего эшелона. Кириленко или Косыгин смогут подъехать к нам на объект?

— Обоснуй, пожалуйста, — Ивашутин никак не отобразил свое состояние на лице, но его карандаш очертил характерную загогулину, указывающую на явное волнение.

— Одно дело просто исполнять приказ, совсем другое — идти против правительства и партии. Никакой советский офицер не станет покрывать откровенное предательство.

— Если он не «оборотень».

Супрун повернулся к майору:

— Точное замечание. Но если это так, то мы ведь можем начать применять иные методы? И все равно добудем информацию.

— Нам только «Вервольфа» в своих рядах не хватало!

Генерал-лейтенант Ткаченко, управляющий Пятым управлением не смог сдержаться. Все руководители, сидящие за широким столом, переглянулись. Ситуация складывалась аховая. И будущее мрачно, и в настоящем появились непонятные тайны.

— Майор Стопоров, зайдете ко мне через час и получите приказ. Пока свободны. Остаются только руководители управлениями.

Когда остались лишь озвученные лица, Ивашутин продолжил:

— Я сейчас еду в Генштаб, и мне нужны ваши соображения. По самой ситуации, и как из нее выкарабкиваться с меньшими потерями.

Генералы переглянулись. Это было прямо высказанное требование полной лояльности, а значит, приходилось выбирать, на чьей ты стороне. Хотя для них вопрос давно решен, иначе бы здесь не служили. Разведка — самое корпоративное учреждение во всей армии. Случайно сюда не попадают и просто так не остаются.

— Мы готовы выполнить любой приказ, — ответил за всех Толоконников.

— Это будет, Лев Сергеевич, не мой приказ, а приказ партии и правительства. Но выполнять мы его будем неукоснительно. Невзирая ни на что.

В кабинете воцарилось молчание. Опытные разведчики чутко уловили скорый запах крови. Если их Родину в будущем предали и продали, то враги уже внутри страны, и работают не её разрушение. И такое без ответа оставлять нельзя.

— Лев Сергеевич, усильте охрану «Объекта Оракул». Ты чего усмехаешься?

— Да этот самый… «Объект» после попытки проникновения попытался учить нас уму, разуму.

— И как? — повернулся к коллеге Супрун.

— Каком! Мои ребята сначала его вежливо послали, а потом задумались. Отчасти наш будущий прошлый солдат оказался прав. У него же был настоящий боевой опыт. И он вдобавок нашел у себя на компьютере весьма любопытные файлы по тактике специальных подразделений мира грядущего. Очень нахваливал «Массад», скаутов Родезии, британскую САС. Не в далеком будущем нас ждет большая волна терроризма.

— Удивил, она уже идет, — Ткаченко покачнулся в кресле. — Взрывы в прошлом году в Германии, которые устроила РАФ. И палестинцы не так далеко ушли.

Толоконников, выслушав начальника пятого управления, неспешно выложил: