"Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кострова Кристи - Страница 625

— Говорите да не заговаривайтесь!

— Но ведь деньги туда-сюда посылать вам все равно необходимо.

Бас с интересом наблюдал за беседой, затем легонько пихнул Зину вбок. Тот тут же очнулся и заговорил:

— Они понимают, что земли мы не отдадим?

— Какие именно? Зачем вам болота Жемайтии? Всегда говорил, что зря они стали вспоминать старые обиды.

— Не сколько жемайты, а сколько ляхи.

— Это отребье любит показательную порку. Ганс?

Бывший военный эксперт прокашлялся и проинформировал:

— Старые члены Альянса считают, что ляхи недостойны их поддержки. Они могут вывести свое ПВО и силы прикрытия из приграничных с Чернорусией районов.

Собравшиеся молчали. Само упоминание мятежной республики было внове. Обычно её всегда в разговорах касались, как Литвинию. Чего это чрезвычайно политкорректные европейцы пошли на попятную?

Зиновьев подался вперед и сузил глаза. Сейчас стало понятно, что этот активный человечек вовсе не дурачок, а хваткий и шустрый политик. Бас только тихонько крякнул, остальные никак не среагировали.

— Переговорщики с той стороны?

Ганс перевел дух. То, что он сейчас совершал, тянуло по закону на госизмену.

— Начальники штабов Саксонии и Франконии.

Зиновьев задумался:

— Нам будет достаточно. Место?

— Константинополь.

— Лучше Никомедия, меньше любопытных.

— Договорились. Скорее всего, они согласятся.

Затем в разговор вступил Александр. Он слишком хорошо знал ведущих олигархов сырьевиков, чтобы спрогнозировать их решения. Да и всегда можно через Зину и Стоцкого надавить на них. Гонор уже сбит, будут покладистей.

— Что по нашему вопросу?

— Два шлюза объемом по двести миллиардов в марках.

— Ваша маржа?

— В пользу покупателя.

— Договоримся.

В этот момент тон голоса «Балта» резко изменился.

— Но, в свою очередь, мои клиенты требуют укоротить ваших распоясавшихся патриотов. Это немыслимо — требовать себе подобное место в истории! Что вы выберите — сытое грядущее и сотрудничество с самыми передовыми государствами мира? Или заново начнете выстраивать заборы между народами?

Выпад балтийского банкира был резок, но политически крайне точен. И он знал, перед какой аудиторией его стоит озвучивать. Бас желчно бросил в ответ:

— Это условие для переговоров?

— Нет, милейший. Это закон для последующего сотрудничества. Волны улягутся нескоро. Сканды затаили обиду, ляхи снова ощутили на губах горечь поражения, валахи размахивают мечами по старой традиции.

— Им бы самими остаться целыми в Балканской сваре.

— Я все сказал.

Отвечать вызвался за всех Барон. Старый лис знал, что захотят услышать «уважаемые партнеры». И он отлично понимал, что дверь останется открытой лишь недолгое время. Только не догадывался, насколько сильно их сейчас разводят. Но МИД РК всегда славился тем, что привык к тому обстоятельству, что его постоянно кидают и обманывают.

— Нам нужно время. Пусть пипл выпустит пар, считает, что в этот раз победил. Подождите, пройдет эмоциональная волна, наступит штиль обыденности. Мы за это время введем в политику новых людей, самых умных с той стороны купим. Остальным заткнем глотки.

«Балт» довольно щурил глаза. Его хозяева не ошиблись. Элита Росии не хочет знаковых перемен, ограничится косметическим ремонтом. А затыкать рот выскочкам им привычно. Накопился за столетия огромный опыт. Деньги любят тишину!

— Я вас услышал и передам пожелания моим клиентам.

После ухода гостей в зале воцарилось молчание. Через некоторое время послышалось кряхтение Баса, наливающего себе водку.

— Падаль!

Его поддержал Зина:

— С кем приходится иметь дело!

— Выговорились? — Александр посвежел и раздумывал, какой из самолетов заказать для полета. Хозяева жизни разлетелись по всей необъятной стране. — Лучше подумайте, как вопрос решать будем?

Барон пожал плечами:

— Как обычно.

— Уже не получится, дражайший, — Зиновьев набулькал себе еще виски. — Эти идиоты в Европе так и не поняли, что случилось. Мы, господа хорошие, имеем по факту совсем другую страну. И главный сейчас вопрос, что стоит перед нами — инкорпорировать ли мятежников в Конфедерацию или пусть останутся нашими прокси?

Бас ухмыльнулся. Наконец, они подошли к самому важному.

— Я бы пошел дальше. Нужна ли нам Конфедерация в таком обветшалом виде.

Барон и Александр ожидаемо повернулись и сбледнули с лица. Что еще за новости? Никогда они еще не слышали от провинциального торгаша политических заявлений.

— Что вы предлагаете?

— Русскую Республику! Народу понравится. А на окраины мне насрать. Будут много возбухать, останутся без финансов. Приструнить их есть кому и без полиции. И без закона. У ветеранов пол ружьем тысячи опытных бойцов.

— Опасно, — покосился на торгаша осторожный дипломат.

— Жизнь, вообще, штука опасная. Но зачистка поля обязательна. Эта гиря тянет нас на дно.

Александр задумчиво проговорил:

— В этом что-то есть. Определенно есть… Переформат на новых условиях. Мне нравится. У нас тогда получится более сильная позиция перед переговорами. Барон, ведь визит этого деятеля случился неспроста? На той стороне крайне хреновая ситуация. Будем ею пользоваться в собственных целях.

Все сидевшие в зале переглянулись. Наступала новая эра.

Глава 37

Коловорот

Перелом за перелом, око за око, зуб за зуб; как он сделал повреждение на теле человека, так и ему должно сделать.

Леви́т, глава 24, стих 20

В офисе одного из «Благотворительных фондов», за вывеской которых обычно скрывались районные отделения «Братства», совсем не наблюдалось комфорта. К которому сидевшие молодые люди привыкли в своем недалеком журналистском прошлом. Никакого опенспейса с огромными окнами, кофемашинами, бесплатными печенюшками и кондиционером. Давно некрашеные стены небольших комнатушек, построенных во времена царя Гороха. Затертый линолеум, тусклые окна, выходящие в обычный, воспеты поэтами Петроградский двор.

Да и атмосфера за столом царила вовсе не радостная. Еще недавно эти дети столетия вели веселый и беззаботный образ жизни. Даже вспыхнувшая на окраине росского мира война никак не сказалась на них. Все так же текли потоком гранты, деньги на пиар-акции, заказы от олигархических структур и администрации. Сквозь губу эти шалые дети капитализма издевались на ура-патриотами и теми, кто ушел на войну сначала добровольцами, а затем над мобилизованными работягами. «Солью земли».

Они со смехом и прибаутками «прятались» от «злобных военкомов», скрывали в арендованных квартирах «неудачников», помогая им позже эмигрировать. Раздули шумиху о всеобщем «милитаристском помешательстве» в стране. Им даже весело было кидать какашки в растерявшуюся от потока негатива власть и её подхалимов. На встречах в «Гуманисте» служители официальных СМИ жалко оправдывались перед «продвинутыми» коллегами.

«Надо же как-то зарабатывать на жизнь!» «Ребята, ничего личного — отрабатываем повесточку». «Все равно нам никто не верит».

Так и жили во лжи, пока не столкнулись лбом с реальностью. Она же на поверку оказалась горька и безмерно жестока. Но такова жизнь. Она не любит одинаково как чистоплюев, так и тех, кто желает вечно оставаться в виртуальных сновидениях. Благо вершина цивилизации позволяла такое. Пока. Пока к тем, желали отсидеться в стороне, не приходила полнота ощущения. А они случались далеко не всегда положительные.

— Камилла, хватит плакать!

Анжела подала подруге носовой платок, а затем внезапно сама всхлипнула. От былых стервочек продвинутого издания не осталось и следа. Сидевший рядом кудрявый молодой человек скосил глаза: