"Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кострова Кристи - Страница 681

– Каком? – Рэут успокаивающе погладил меня по руке. Он наверняка чувствовал, как бешено бьётся мой пульс. И мне очень хотелось вырвать свою руку, но почему-то не хватало на это сил.

– Вначале вы проведёте в замке три дня. Я должна убедиться в том, что вы по каким-то причинам не морочите мне голову, а любите друг друга. И в эти три дня никто из вас не должен покидать замок.

Мы сидели в беседке, я держала Рэута за руку и плакала:

– Она знала, что я не смогу, не выдержу здесь три дня.

– Дная, но мы ведь не ради благословения приехали. – Рэут казался очень довольным. – Пока всё идёт отлично. Мы получили время, чтобы как следует осмотреться и всё понять…

Я вдруг почувствовала горечь. Мы ведь действительно здесь не за этим. Так чего я плачу? Или мне вдруг захотелось поверить… Или я… О нет! Я окончательно запуталась в себе.

– Дная. – Рэут взял меня за подбородок, заглянул в глаза. – Дная, ты что? Перестань, – ворчливо заявил он. – Хватит уже. А то я ещё, чего доброго, поверю, что ты расстраиваешься из-за того, что нас не поженили.

И вдруг он нежно коснулся пальцами моих щёк, стирая текущие по ним слёзы. Это действие совсем не вязалось с его словами. Я замерла, не понимая, что происходит, а потом увидела в глубине сада мать, она наблюдала за нами. Значит, Рэут просто уловил её присутствие. Значит, он просто играл! Я разозлилась на магистра, хотя он был ни в чём не виноват. Едва мать скрылась из виду, я вскочила и, ни слова не говоря, побежала прочь, меня душили слёзы.

Через пару часов Рэут постучал в дверь моей комнаты и, перешагнув порог, сменил облик.

– Как же приятно вновь оказаться собой, – усмехнулся он, взлохматив седые волосы.

Я сидела, забравшись с ногами на кровать, прижавшись к стене, и исподлобья смотрела на старика.

– Ты на меня злишься?

– Нет. Борюсь с желанием вылезти в окно и убежать.

– Проклятие Пути?

– Да. Прикуёшь меня?

– Нет. Замок не позволит чужому творить здесь свою магию, а простая цепь тебя не удержит.

– А смена образа, разве это не магия? Её-то замок позволяет.

– Это не магия – это всё я. Каким бы я ни был. Я уже говорил тебе, Дная, – когда ты поймёшь? Просто для меня нет возраста, нет времени. Я всегда разный – это моя сущность.

– Что же мне делать?

– Осознать суть вещей.

– Я о Проклятии Пути.

– Наверное, надо вспомнить, зачем ты здесь на самом деле.

– Ты знаешь, где моя мать?

– Ушла на могилу мужа.

– Пока её нет, я хочу познакомить тебя с братом.

Рэут помолодел.

– Давно пора.

У комнаты брата я остановилась. Хотела постучать, но с горечью вспомнила, что мне никто не ответит. Поэтому просто открыла дверь.

Брат лежал в кровати и бессмысленно таращился в потолок. Отрешённо, безразлично. В комнате пахло застарелой болезнью и ещё чем-то, напоминающим запах леса, отчего мне сделалось страшно.

– Рони, – позвала я.

Брат не откликнулся.

Мы с Рэутом подошли к кровати.

– Ох, ничего же себе, – произнёс Рэут, – я должен был предвидеть. Это многое объясняет.

– Да, мы близнецы, – кивнула я. – Но Рони на пять минут раньше родился. Поэтому он считался старшим. А что тебе это объясняет?

– Твою привязанность, например.

– Но это ведь не всё. Рэут, ты уже всё понял, да?

Маг кивнул.

– И это мне не понравится?

Он снова кивнул.

– Рони нельзя вернуть?

– Ну это-то проще простого. Но мы явно пришли вовремя, ещё чуть-чуть, и было бы поздно.

– Тогда чего мы ждём?!

– Сначала нужно разобраться в главном.

– Что может быть главнее Рони?

– То, почему он стал таким.

– И почему же?

– Пойдём.

– Куда?

– Я помогу облегчить Проклятие Пути. Не сильно, но хватит, чтобы продержаться.

Я послушно пошла следом за Рэутом. Понимая, что пока от него ничего не добиться.

Рэут вывел меня на крышу. Мы стояли, подставив лица ветру, и молчали.

– Легче? – спросил магистр.

– Да. Ветер тёплый.

– Вот-вот проснутся Ветреные братья. Ты вытерпишь ещё два дня? Я должен был предвидеть, как отразится на тебе их пробуждение, и привести тебя сюда раньше. Дная, надо продержаться. Может, двух дней и не потребуется. Я знаю, тяжело: Проклятие Пути, Таур…

Болело всё тело, ныло сердце. Я прислушалась и услышала вдалеке стук копыт. Рэут был не прав.

– Они уже проснулись, – сказала я уверенно.

– Что?

– Ветреные братья уже проснулись. Я ведь буду думать о младшем, пока не отдам свой поцелуй и свои сны?

– Ты ни о чём его не просила. У него нет власти.

– Я видела его глаза.

– Недостаточно.

– Рэут. – Я решила сказать правду: – Я просила его, Рэут. Я просила Таура не умирать. Это ведь тоже просьба?

– Ну почему же ты такая бестолковая?! – крикнул Рэут в сердцах.

Дорога звала, копыта коней выбивали ритм моего сердца. Всё ближе, всё ближе. Я хотела к Тауру. Рэут схватил меня в тот самый момент, когда я собиралась сделать шаг с крыши.

Мужчина прижал меня к себе, я упёрлась в его грудь кулаками.

– Я не позволю им погубить тебя. Слышишь?! Никому не позволю! – крикнул он мне.

Ветер завыл тягостно и горько. Сквозь его шум мне почудилась давно забытая мелодия.

Сила начала подниматься во мне. Я должна была освободиться и уйти.

– Рэут, – взмолилась я. – Помоги мне! Это только ты сможешь, никто больше, только ты.

Всадники встали по ту сторону опущенного моста. В том месте, где начинается дорога. Надо идти. Надо отдать Тауру то, что принадлежит только ему. Он требует этого. Он зовёт. Он забыл меня, но не забыл моего долга.

– Пусти! – закричала я, теряя разум. – Какое тебе дело, Рэут? Отпусти!

– Нет, Дная. Я тебя не отпущу.

И вдруг передо мной появился Жук.

Я настолько удивилась, что перестала вырываться.

– Привет, Листик, – сказал он, ухмыляясь.

И в ту же минуту… На бритой голове Жука выросли кудрявые волосы, а затем сменился цвет и форма его глаз, пропал уродливый шрам на щеке. И вот тогда сходство между Жуком и Рэутом стало бесспорным. Только теперь магистру было восемнадцать.

– Это был ты? – Я забыла о Пути, забыла о Тауре, настолько сильным было потрясение. – Как ты мог, Рэут?! Как ты мог?!

– Вначале это получилось само собой. Превращаясь в Жука, я подыскивал себе новых испытуемых. Встретил тебя у Дворца. А потом…

– Что потом?

– Потом я поддерживал тебя и присматривал за тобой. Ты была такой доверчивой и наивной. Незаметно я слишком привязался к тебе. Я уже говорил, что меняюсь не только внешне. Сейчас мне действительно восемнадцать. И я чувствую себя как подросток.

– Но ведь это было нечестно? Почему ты не признался, кто ты?!

– Дная, Жук тебе нравился. Если бы я признался тебе, кто я на самом деле, разве ты бы стала дружить со мной, разве ты смогла бы принять меня во всех обликах сразу. Скажи?

Я зажмурилась, пытаясь унять свой гнев.

«Каково это – быть всегда разным? – подумала я. – Каково это – не знать, какой ты на самом деле? Или это я просто не могу принять, что Рэут всегда один и тот же? Кто сможет полюбить юношу, взрослого мужчину и старика одновременно? Действительно, в такой ситуации легче быть для всех ворчливым стариком. Старика не будут любить. Старику не нужно любить…» И тут меня пронзила ужасная догадка.

– Я ведь не вернусь из этого замка, да, Рэут? Ты это знаешь, а поэтому открылся мне?

Подумав о смерти, я вдруг успокоилась. И всё моё недовольство, вся моя ярость утихли. Рэут столько сделал для меня, а я злюсь на него из-за того, что он просто хотел быть со мной рядом. За то, что ему хотелось быть просто человеком. За поцелуй, который стал для меня самым важным поцелуем в моей жизни.

Мальчик повзрослел на моих глазах и выпустил меня из своих рук.

– Да, Дная.

– Как это произойдёт?

– Я не знаю.

Мы долго смотрели друг на друга.