"Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кострова Кристи - Страница 736

– Мы пустые, как ты выразилась…

– Я не хотела обидеть. И ты сам…

– Хотела, – перебил меня служитель, – но это не важно. Мы пустые, ты права, у нас нет ничего своего, приобретая что-то, мы тут же от этого отказываемся. Но что заполняется быстрее всего, хотел бы я тебя спросить?

– Пустота, – прошептала я, что-то невольно шевельнулось в сознании.

– Правильно. Пустота. Поэтому отдавая ненужное – свои страхи, чувства, память о всякой ерунде…

– Ты называешь ерундой жизнь?

Безликий пожал плечами:

– Да. Жизнь большинства – это лишь каждодневное копошение. Если расстаться с ерундой, в душу приходит нечто важное. Мы же пусты полностью. Благодаря этому Пустота наделяет нас общим знанием. То, что знает один, узнают все. Мы едины.

– То есть вы единый организм, единый разум?

– Да, отрекаясь от себя, мы становимся частью целого. Ты тоже часть магии, разве ты не понимаешь? Пустота наполняется.

Я замерла на месте и посмотрела на него. Я наконец-то поняла. В те моменты, когда я тратила себя без остатка, без страха потерять, магия возвращалась ко мне быстрее.

– Я думал, ты уже догадалась. Ты одна из немногих, кто не копит силу, а расходует её всю.

– И…

– Ты получаешь больше, чем отдала и быстрее.

– Но не всегда.

– Потому что не понимала, потому что не была готова, потому что боишься. Не надо бояться отдать себя. Нужно лишь знать, откуда придёт наполнение.

– Из проклятой силы Тёмных эльфов? Я знаю про сердце…

– Это лишь один из источников. Тебе выбирать, откуда напиться. Но я надеюсь, ты не коснёшься тёмной силы, кто бы тебе это ни предлагал и что бы за это ни сулил.

– Мне предлагали ведьмы…

– Ещё многие предложат. – Вдруг Безликий вскинул руку, призывая меня к тишине. – Осторожнее, впереди нас ждёт работа.

Прислушавшись, я уловила нечто похожее на жужжание, потом почувствовала запах. Если бы не зима, я подумала бы, что над гниющим мясом кружатся мухи. Но так оно и было. Но в то же время не совсем так. Улица, на которую мы вышли, была застроена домами богачей. Мы уже подошли ближе к центру города. Но что-то подсказало мне, что именно сейчас и начиналось самое трудное. Один из домов был полностью облеплен шевелившейся массой. Чем ближе мы подбирались, тем сильнее становилась вонь и надрывнее жужжание.

– Что это? – пробормотала я, прикрывая лицо рукавом.

– Это дом мага Торуна.

– Магистра?

– Да, одного из двенадцати.

– Магистр мёртв?

– Нет. – В голосе Безликого не было и тени сомнения.

– Откуда ты знаешь?

– Пустота знает. Магистр сейчас во Дворце. Они сейчас все там, кроме тебя.

– И Рэут? – вырвалось у меня невольно.

– И Рэут.

– Слава богам. Ведьмы мне сказали…

– Что тебе сказали? Слово в слово. Это важно.

– Что Рэута нет.

– Ведьмы?

– Ведьмы. Пророчица…

– Это хорошо, это значит, мы доберёмся до Дворца.

– Что ты имеешь в виду?

– Предсказание.

– Предсказание? – переспросила я.

– Сейчас не время для подобного разговора.

– А когда будет время? Я хочу знать.

– Тёмные эльфы узнали о предсказании, и к чему это их привело? Нет. О предсказании должны знать многие, но только не те, кого оно касается.

– Почему?

– Чтобы не было попыток перекроить судьбу.

Вдруг раздался полный боли рёв, который могло бы издать только огромное живое существо. Мухоподобные твари взмыли в воздух на мгновение и снова облепили дом.

– Что это? Кто издал этот звук? – Я почувствовала слёзы на своём лице.

– Это живой дом Торуна. Маги любят экспериментировать со своими жилищами. Торун вырастил этот дом сам. Надо сказать, дом появился на свет крохотным, как котёнок. Магистр в прямом смысле слова его вырастил. Наделил разумом и душой.

– И поселился внутри?

– Ну… не сразу, а только когда дом стал большим.

– Но…

– Нет, сердца и прочих органов внутри дома нет. Всё как у всех – стены, перегородки, мебель… Но дом сделан не из камня. Это живая плоть.

– Ужасно.

– У тебя будет время поговорить об этом с Торуном. Если дойдём. Как бы там ни было, теперь дом убивают твари. Они изгрызли его стены, пытаясь добраться до чего-то внутри. Думаю, там семья магистра. Его дети. Дом защищает их ценой своей жизни. Он предан магистру.

– Зачем тварям семья магистра? Они хотят использовать их как приманку для Торуна? Хотят с помощью шантажа проникнуть во Дворец? Выманить и убить магистра?

– О нет, если убить одного из великих, на его замену тут же найдут другого мага. Да и твари не настолько умны, они просто пожирают всё живое и мыслящее. Торун не обучил дом защищаться, и теперь он лёгкая добыча. Люди привыкли жить спокойно, даже маги. Привычка к миру и добрым временам – это самая большая ошибка.

– Почему же мы медлим?

– Ты хочешь очистить улицу? – Безликий усмехнулся.

Я поёжилась. Усмешка Пустоты была значительно страшнее её спокойствия.

– Да, я хочу убить тварей.

– А если погибнешь?

– То назначат нового великого мага, – огрызнулась я.

– Отлично, ты начала понимать. – Снова усмешка.

– Ты учишь меня? – удивилась я.

– Да, именно с этого начинается моя миссия.

Я бросила на Безликого вопросительный взгляд, но Пустой больше ничего мне не сказал. Что ж, пусть так, мы пока вместе, и если его миссия – помогать мне, то разве мне стоит на это жаловаться?

Мы медленно направились к дому. Я прилагала все усилия, чтобы забыть о вони, исходящей от него. Казалось, она вытесняет воздух: становилось тяжело дышать, слезились глаза. Смрад был частью самой смерти. Как бы художники и поэты ни пытались очистить и романтизировать смерть, её сущность всегда выдаёт запах. Стоит только один раз почувствовать его, и уже никогда не будешь мучиться ненужными иллюзиями. Тем не менее мы смогли подойти так близко, что стало возможно рассмотреть «насекомых» вблизи. Твари были размером с мой кулак, и каждая из них имела человеческое лицо. Когда мы оказались близко к ним, «мошки» обернулись в нашу сторону и закричали. Это не было каким-либо словом, это был просто ор сотен глоток. Зазвенели крылья, и твари поднялись в воздух.

Безликий загородил меня собой:

– Стой за мной и, чтобы ни случилось, не выходи оттуда. Не надо магии, не надо помощи, просто смотри. И учись доверять.

– Они сожрут тебя.

– Учись доверять, – повторил он. – Иногда доверие важнее всего на свете. Даже важнее любви. Жаль, что ты не научилась этому раньше.

Крылатые твари ринулись к нам. Я похолодела, представив, как они сейчас облепят нас и вцепятся в наши тела. Почему я должна доверять Безликому? Почему я должна доверять Пустоте? Я должна воспользоваться магией. Я уже готова была развернуть огненные крылья, но не успела. Безликий поднял лицо к небу, и насекомые, готовые напасть, вдруг завопили от ужаса, они усиленно пытались противостоять чему-то, они хотели улететь прочь, их крылья ломались от усилий, но твари застыли на месте, а потом устремились к нам, словно невидимая сила поволокла их к себе. Я видела ужас на их лицах, я видела, как бешено они работают крыльями, чтобы остановиться, улететь, но их тянуло вниз, и потом они начали скрываться под капюшоном Безликого. Они всей огромной массой неслись туда, где должно быть лицо Пустого. Неслись и исчезали. Словно под капюшоном был провал в пропасть. Я стояла, окаменев от увиденного. Пустота поглощала монстров. Когда исчезла последняя тварь, Безликий опустил голову и тяжело вздохнул.

– Что ты такое? – произнесла я чуть слышно.

– Я Пустота. – Голос его теперь стал другим, он обернулся ко мне и резким движением руки скинул капюшон.

Я заорала, ожидая увидеть там нечто ужасное, но на меня смотрело веснушчатое простоватое лицо. Даже глаза Безликого были самыми обычными, ярко-голубыми. Я перестала кричать, но не перестала бояться.

– Я не хотел тебя пугать. Но это был удобный случай, чтобы показать тебе нашу силу. – Он снова накинул на голову капюшон плаща.