Развод со зверем - Владимирова Анна - Страница 12

– Ты не терпишь моих недовольств, – вдруг усмехнулся он и машинально потрогал кончиком языка уголок разбитой губы. – И оперировать тебе здесь я все равно долго не позволю.

Я не дрогнула. Снаружи. Поднесла бокал к губам, смакуя горечь разочарования, медленно заполнявшую грудную клетку, и сделала большой глоток.

– Вкусный, – просипела, чувствуя, как горячая волна покатилась к желудку. – Не знаю, откуда я взяла, что с вами можно вот так поговорить…

– И я не знаю.

– Что ж, продержусь, сколько выйдет, – усмехнулась я и допила залпом напиток, зажмурившись. А когда открыла глаза, обнаружила, что Князев на меня смотрит с таким интересом, будто… отсос заговорил.

– Это того не стоит, – неожиданно жестко заявил он.

– Это не вам решать, – снова поморщилась я, хватая ртом воздух. И подумала, что нужно удирать, пока могу это сделать более-менее грациозно. – Ну и гадость…

– Где ты так бить научилась? – вдруг беззлобно поинтересовался он, глядя на меня как-то иначе. То ли это Бурбон добрался до места назначения, а я не успела унести ноги.

– Было бы желание, а научиться можно всему. Ну, кроме оперировать с вами…

– Что ты так зациклилась на мне?

– И правда, – слегка заплетающимся языком возмутилась я, – на меня же очередь стоит! Только… ох, черт! Ваш Азизов был единственным, кто на меня позарился за последние пару лет!

Плохо. Я уже начала играть в актрису. Надо уходить. Но Князев не давал.

– Ты же прекрасно поняла, что не все тут просто, Лара.

– Не думаю, что вы хороните тут ассистентов пачками. – Язык заплетался все больше. А еще – мне казалось, что Князев смотрит на меня совсем иначе. Будто собирается уложить спать и поцеловать в лобик. – Ярослав Сергеич, спасибо вам за компанию, я пойду. А то слишком давно не пила Бурбон. То есть, никогда не пила. Слишком никогда.

Надо было уходить сразу, потому что неожиданно притягательные губы Князева дрогнули, когда я медленно поднялась с кресла и изящно, как мне показалось, выровнялась в пространстве.

– Вы, наверное, хотели поквитаться, да? – прошептала я, уперевшись в стол и склонившись к его лицу. – Надеетесь, что я сейчас рухну где-нибудь и разобью себе нос?

– Хорошо мы будем завтра смотреться в операционной, – оскалился он, глядя мне в глаза.

– Так все же завтра я с вами еще оперирую? – По ощущениям, слова у меня выходили все длиннее, а мысли стремительно вязли в какой-то вате.

– Еще оперируете, – кивнул он и настороженно позвал по имени: – Лара?

– Простите… – Я пошатнулась, но снова выпрямилась и покрутила пальцем у виска, не в состоянии указать точнее. – За лицо.

– Давайте я вас провожу?

– Н-н-ет, – вскинула я руки слишком резко, и это было зря.

Князев быстро подхватил меня, не дав упасть на его ноутбук, и прижал к себе. Я сразу же повисла на нем, не чувствуя ног.

– Ч-ч-черт, чем вы меня напоили? – прошептала я. Казалось, если шептать, голос не будет звучать так пьяно.

– Уже жалею, – досадливо отозвался он и повел меня из кафетерия.

– Да пошли вы! – попыталась оттолкнуть я его от себя. – Жалкое зрелище! Делаете только то, о чем постоянно жалеете! Работать тут тоже вам не нравится, да? Вы неудачник какой-то! С таким потрясающим даром к хирургии работаете тут на этого Азизова, Льва этого и… ненавидите их всех! Вы вообще всех ненавидите!

Я чувствовала, что меня несло, но не могла остановиться. Кажется, охрана предложила Князеву меня забрать, но он почему-то не отдал. Перехватил поудобнее и вывел в коридор.

– Ты помнишь хоть, где твой номер? – поинтересовался тихо на ухо.

– Да… отпустите! – вяло брыкнулась я. К этому моменту фокусироваться на происходившем стало совсем тяжело. Резкость отказывалась наводиться. – Ярослав, зря… зря…

– Зря ты ничего не жрешь, Лара, перед тем, как разговаривать с Бурбоном.

– Нужен мне был ваш Бурбон! Ой!..

Я взмахнула руками, когда Князев вдруг вскинул меня на руки и куда-то понес.

– Где твой номер?

– Там, – указала я куда-то из последних сил, скатилась головой ему на грудь… и, кажется, вырубилась.

Глава 5

Я закрыл ногой двери своего кабинета, но Моль в руках и ухом не повела. Последнее, что следовало сделать в этой ситуации – отнести ее к себе в спальню, но куда мне ее девать, если она оказалась не в состоянии показать дорогу к своему номеру? Да и спокойнее будет оставить ее под присмотром. Непьющая женщина после бокала Бурбона залпом почти натощак способна на всякое. А женщина с хорошо поставленным ударом правой – тем более не внушала доверия.

Я уложил ее поближе к краю кровати и на всякий случай приготовил ведро рядом, но Лара вела себя тихо, безмятежно сопя.

– Вот и поговорили, – покачал я головой, глядя на нее.

Захотелось еще выпить. Потому что все, что всколыхнула эта Моль в моей душе сегодня, хотелось обезболить. Она во всем права. А еще мне вдруг подумалось, что я не на похороны к Андрею приехал. Я знал, что мне станет тут тошно от всего – долга, за который придется расплатиться с процентами, и отвращения, которое принесет эта расплата. Но мне хотелось хлебнуть этого дерьма, чтобы отвлечься от боли потери своей женщины, которая продолжала выжигать все внутри.

Я опустился в кресло и устало откинулся на спинку. Похоже, спать придется тут. Но вряд ли получится. Тихое дыхание Моли и ее запах вперемешку с легким алкогольным флером – своеобразное сочетание. И оно вызывало непонятную жажду.

Кажется, хотелось напиться. А еще – сесть за руль и разогнаться по пустой трассе до какого-нибудь дерева…

Я тряхнул головой и направился в ванную. Отек на скуле уже спал, синяк уменьшился, но алкоголь замедлил регенерацию, как того и требовалось.

Отупело разглядывая свою физиономию в зеркале, я думал, что мне нужен какой-то смысл жизни, цель, надежда на что-то… Лев был не прав – хирургия для меня всего лишь одержимость, но никогда не станет основным смыслом существования. Больше не станет. Работа давно уже не приносила удовлетворения. Даже тогда, в прошлой жизни. И я был рад сместившимся приоритетам. У меня ведь появилась Лиза, и мне захотелось простого человеческого счастья – дома, семьи, детей… Нет, легче тут мне определенно не стало. Меня продолжала жрать душевная боль потери и выворачивало от отвращения к самому себе и происходящему.

Умывшись, я вернулся в комнату, поглядел с отвращением на кресло, потом на кровать. Здоровая. Моль на ней казалась еще меньше и занимала от силы десятую часть. Кажется, утром меня будет ждать новый боксерский раунд, но было плевать.

Я слишком устал.

Растянувшись с тихим вздохом с противоположного края, я прикрыл глаза и вдруг поймал себя на том, что по привычке прислушиваюсь к сердцебиению девушки. Когда-то я так привык слушать сердце Лизы по ночам, что научился спать и слушать одновременно, подскакивая на любой приступ аритмии…

Но сердце Моли билось ровно, спокойно… И это постепенно охладило нервы, распуская их натянутые струны поперек грудной клетки, и я задышал глубже, тут же проваливаясь в глубокий сон.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.