С чистого листа. После 40-ка... (СИ) - Яхонтова Ася - Страница 17

— Пусть зятек теперь узнает, как начинать жизнь сначала, — злорадствует мама.

— Жаль только потраченные годы, — вздыхаю я.

— Ничего, Юль, мы тебе жениха найдем, — с воодушевлением произносит мама.

— Мам, а тебе домой не пора? — мне становится не по себе от озорного блеска в ее глазах.

Глава 21. Юля

Глава 21. Юля

На следующей день стоит мне только переступить порог компании, как передо мной возникает Вероничка. В глазах — ярость, а губы сжаты в плотную линию. Она нервно теребит край своего безупречно отглаженного пиджака, явно сдерживая рвущиеся наружу эмоции. Атмосфера в холле мгновенно накалилась до предела, и даже пробегавшие мимо коллеги старались побыстрее скрыться из зоны надвигающегося шторма.

— Нам нужно поговорить. Немедленно, — процедила она сквозь зубы, не давая мне ни малейшего шанса ускользнуть в спасительное пространство моего кабинета.

— Что-то случилось? — я как можно приветливее улыбнулась. Хотя уже знала, что речь пойдет о моем вчерашнем уходе.

— Ты ушла вчера с работы раньше времени! — в зеленых глазах грымзы показались искры.

— Да, ушла. У меня были неотложные дела, — я старалась сохранять спокойствие, хотя внутри все кипело от её менторского тона.

— Неотложные дела? — Вероника саркастически хмыкнула. — Я тебя не отпускала!

— Меня отпустил Тимур Артурович! — я увидела как лицо Веронички вытягивается.

— Почему это ты отпрашиваешься у генерального, а не у меня?! — у грымзы даже глаза потемнели.

— Потому что вы меня не отпустили! — спокойно напомнила я.

— Вот именно — не отпустила. А ты пошла против меня!

— Я не пошла против вас, — твёрдо ответила я. — Я просто обратилась к вышестоящему руководству после вашего отказа. Это моё право.

Вероника побагровела.

— Ах так? Значит, решила действовать через мою голову? Думаешь, это сойдёт тебе с рук? — процедила она.

— Послушайте, — я старалась говорить максимально спокойно. — У меня уважительная причина для отгула. Тимур Артурович это понял и одобрил. Давайте не будем раздувать конфликт.

— Какая самонадеянность! — процедила она сквозь зубы. — Ты ещё пожалеешь об этом, деточка. Можешь идти.

Я развернулась и пошла в свой кабинет, чувствуя, как её испепеляющий взгляд буравит мне спину. Было ясно — этот разговор будет иметь последствия.

К концу вечера меня вызвали к генеральному. Обычно Тимур передавал все распоряжения через Веронику. Я напряглась. Шла к кабинету, а сердце бешено стучит.

Коридор до кабинета генерального казался бесконечным. Каждый шаг давался с трудом, словно ноги налились свинцом. В голове роились десятки мыслей: "Неужели Вероника нажаловалась? Что она могла наговорить?"

Я остановилась перед массивной дубовой дверью, сделала глубокий вдох. Костяшки пальцев побелели, когда я легонько постучала. Услышав уверенное "Войдите", на секунду замерла, собираясь с духом.

Тимур Артурович сидел за своим столом, погружённый в документы. Его обычно приветливое лицо было непривычно серьёзным. Он жестом указал мне на кресло напротив, не поднимая глаз от бумаг. Рядом сидела Вероника, вальяжно разместившись в кресле, нога на ногу.

Грымза излучала самодовольство — уголки губ приподняты в едва заметной победной усмешке, в глазах плясали искорки злорадства. Её безупречный костюм цвета бургунди и идеальная укладка только подчёркивали контраст с моим взволнованным состоянием.

Она демонстративно посмотрела на часы и слегка вздохнула, словно намекая на то, что я отнимаю драгоценное время у руководства. Её длинные наманикюренные пальцы небрежно постукивали по подлокотнику кресла, создавая нервирующий ритм.

"Сейчас начнётся", — пронеслось в голове, пока я присаживалась на самый краешек кресла, нервно теребя край юбки. Каждая секунда ожидания казалась вечностью.

Я физически ощущала, как атмосфера в кабинете накаляется. Воздух, казалось, загустел от напряжения. Тимур Артурович всё ещё молчал, перебирая какие-то документы, а Вероника продолжала сверлить меня торжествующим взглядом. В этот момент я отчётливо поняла — разговор предстоит неприятный, и моя начальница приложила к этому руку.

Наконец, Тимур Артурович поднял глаза от бумаг, и я невольно сжалась под его пристальным взглядом.

— Юлия, Вероника Михайловна сказала, что вы не справляетесь с работой, — он серьезно посмотрел на меня.

Я перевела взгляд на грымзу. На ее лице был явно выражен триумф. Она уже спала и видела, как меня уволят.

В голове сразу пронеслись образы двоих моих детей. Я не могу сейчас терять работу — не теперь, когда все начало устаканиваться.

— Это не правда! — я гордо вскинула голову.

— Правда, правда, — ангельским голоском пропела Вероничка и обратилась к боссу. — Тимур, Юля постоянно делает отчеты не правильно. Мне приходится перепроверять и исправлять!

— Позвольте, — я достала из папки, которую предусмотрительно захватила с собой, несколько документов. — Вот мои последние отчёты. Все они составлены по регламенту, с соблюдением всех требований. Если вы найдёте хоть одну ошибку, я готова признать свою некомпетентность.

Вероника дёрнулась, явно не ожидая такого поворота.

— Тимур Артурович, — продолжила я, — за время работы не было ни одной претензии к моим отчётам. Более того, я внедрила новую систему учёта, которая значительно ускорила обработку данных.

— Она просто... — начала было Вероника, но Тимур перебил её:

— Покажите мне эти якобы неправильные отчёты, Вероника Михайловна. Хочу лично убедиться в ошибках.

Вероника побледнела:

— Я... их уже исправила. Но они были...

— То есть доказательств нет? — Тимур Артурович приподнял бровь, внимательно изучая мои документы.

— Нет, — промямлила грымза.

— Вероника Михайловна, вы свободны, — сухо ответил босс.

Я тоже стала, чтобы уйти.

— Юлия, а вы останьтесь, — остановил меня Тимур.

Глава 22. Юля

Глава 22. Юля

— Юлия, я уверен, что вы прекрасный работник. Извините это недоразумение. Просто Вероника... С ней действительно непросто находить общий язык. Неудивительно, что заместители не задерживаются надолго, — произнес Тимур, внимательно изучая мое лицо своими глубокими карими глазами.

В просторном кабинете мы остались наедине. Тимур сам наполнил мою чашку ароматным кофе и, передавая ее мне, на мгновение задержал руку. Его теплые пальцы легко скользнули по моей ладони, вызвав неожиданную дрожь.

От этого мимолетного прикосновения по телу пробежали мурашки, а сердце предательски участило ритм. Я поспешно отвела взгляд, пытаясь скрыть внезапное смущение, но чувствовала, как его пристальный взгляд все еще изучает каждую черточку моего лица.

— Я не уверена, что смогу и дальше оставаться работать, — честно призналась.

— Почему? — показалось, что в голосе босса послышалось разочарование.

— Потому что Вероника Михайловна может подставить меня в любой момент. Как попыталась сделать это только что, — искренне произнесла я.

— Я вас прекрасно понимаю, Юлия, — Тимур слегка подался вперед. — Но уверяю, я не позволю подобным ситуациям повториться.

— Вы не можете быть рядом постоянно, — покачала я головой, обхватив чашку обеими руками.

— Могу, — его голос стал мягче. — И буду. Вы ценный сотрудник, чтобы позволить вам уйти из-за чьих-то интриг.

— Тимур Артурович, я...

— Послушайте, Юлия, дайте мне шанс доказать, что ваше решение остаться будет правильным.

Я подняла глаза и встретилась с его внимательным взглядом. В нем читалась какая-то особенная теплота, от которой становилось трудно мыслить рационально.

— Хорошо, — наконец произнесла я. — Я попробую остаться. Но если ситуация повторится...

— Не повторится, — твердо заверил он. — Я лично прослежу за этим.

Домой я вернулась под впечатлением от того, что моя руководительница была готова наговорить на меня боссу, лишь бы выгнать. Рассказала все маме.