Контракт с боссом. Игра в (не) любовь (СИ) - Рейра Рия - Страница 29

Он рухнул рядом, не выпуская ее из объятий, и прижал губы к ее влажному виску.

На следующее утро они проспали до полудня — первое настоящее утро вместе за долгие недели. Проснувшись, Алиса обнаружила, что Марк уже не спит — он лежал на боку и смотрел на нее.

— Сколько ты можешь так смотреть? — улыбнулась она, не открывая глаз.

— Вечность, — ответил он просто.

Они провели эти три дня как в тумане. Просто были вместе. Готовили еду, гуляли по ночному городу, говорили обо всем на свете.

В последний вечер, сидя на балконе ее квартиры и глядя на звезды, Марк сказал:

— Я не хочу уезжать.

— Но ты должен, — она положила голову ему на плечо. — И я должна остаться. До конца контракта.

— А потом?

— Потом... — она сделала паузу. — Потом мы решим. Вместе.

Когда на следующее утро он уезжал в аэропорт, Алиса стояла у своей двери и смотрела, как он спускается по лестнице. Но на этот раз она не плакала. Потому что знала — это не прощание. Это просто пауза. И что бы ни случилось дальше, они справятся.

Глава 38. Рождественское чудо

Рождество в Милане оказалось тихим и непривычно теплым для Алисы, привыкшей к суровым питерским зимам. Город затих, магазины закрылись, улицы опустели — даже ее профессора-собеседники уехали к семьям. Она осталась одна в своей маленькой квартире с бутылкой хорошего вина, купленной накануне, и ноутбуком, на экране которого мерцала рождественская открытка от Даши с анимированными снежинками.

В шесть вечера, когда за окном окончательно стемнело, раздался звонок по видео-связи. На экране появилось лицо Марка — он был у себя в московском кабинете, за спиной у него сияла гирлянда, накинутая на огромную новогоднюю елку.

— С Рождеством, — улыбнулся он, и его глаза устало блестели.

— С Рождеством, — ответила она, поднимая бокал. — Хотя здесь это больше похоже на тихий выходной.

— Скучаю, — сказал он просто, без драматизма, констатируя факт.

— Взаимно.

Они разговаривали около часа — о пустяках, о планах, о том, как проведут следующий год. Марк рассказал, что его мать снова спрашивала про «ту самую переводчицу», а Алиса — что получила предложение продлить контракт еще на три месяца для работы над новым проектом.

— И что ты ответила? — спросил он, и в его голосе не было напряжения, только искренний интерес.

— Что мне нужно подумать, — ответила она. — И посоветоваться с тобой.

— Я поддерживаю любое твое решение, — сказал он, и она знала, что это правда.

После звонка в квартире снова воцарилась тишина. Алиса подошла к окну — на пустой улице горели фонари, и где-то вдалеке слышался смех компании молодых людей, возвращавшихся с праздничного ужина. Она почувствовала острое, почти физическое одиночество. Впервые за все время разлуки ей захотелось все бросить и сесть на первый же самолет в Москву.

Именно в этот момент раздался стук в дверь.

Алиса нахмурилась. В этот час, на Рождество... Может, соседи? Она осторожно подошла к двери и заглянула в глазок.

За дверью стоял курьер в униформе службы доставки с огромной коробкой в руках.

— Сеньорита Алиса? — спросил он, когда она открыла.

— Да...

— Для вас. С Рождеством.

Она взяла тяжелую коробку, поблагодарила и закрыла дверь. Поставив коробку на стол, она разглядела надпись от руки: «Не открывай до полуночи. М.»

Алиса посмотрела на часы — без двадцати двенадцать. Она налила себе еще вина и села ждать, глядя на коробку с растущим любопытством. Что он мог прислать? Еще одну книгу? Дорогой подарок, который она не примет?

Ровно в полночь, когда где-то вдалеке пробили церковные колокола, она осторожно разорвала упаковку.

Внутри лежали... воспоминания. Аккуратно упакованные, бережно подобранные.

На самом верху — фотография их первого ужина в Милане, сделанная тайком официантом. На ней они сидели за столом, и она говорила что-то, жестикулируя, а он смотрел на нее с тем самым выражением изумления и интереса, которое она заметила еще тогда.

Под фотографией — меню из того ресторана с его пометкой: «Здесь началось все. И спасибо тебе за свекольник.»

Далее — авиабилет Петербург-Милан, тот самый, по которому они летели вместе. На обратной стороне его почерк: «Лучший перелет в моей жизни. Даже несмотря на лекцию о биткоинах.»

Программа того самого форума, где они работали. Стикер: «Здесь я понял, что нанял не переводчика, а гения.»

Билет в галерею Витторио Эмануэле, где они стояли под стеклянным куполом. Надпись: «Здесь ты сказала, что я пытаюсь управлять закатом. Ты была права.»

Маленькая, смятая салфетка из петербургской столовой, где они ели борщ. «Здесь я понял, что счастье не в ресторанах Мишлен.»

И на самом дне коробки — конверт. Внутри лежал не лист бумаги, а распечатка с графиками и цифрами. Алиса с изумлением разглядывала их — это был проект открытия небольшого культурного центра в Петербурге, совмещающего арт-пространство, лекторий и переводческое бюро. Внизу подпись: «Наш следующий проект. Если захочешь.»

И отдельно, на маленьком листке: «Каждый из этих предметов — часть нашей истории. И я хочу, чтобы их было больше. Сколько бы времени нам ни понадобилось. С Рождеством, моя любимая. Возвращайся, когда будешь готова. Я буду ждать.»

Алиса сидела за столом, держа в руках эти простые, бесценные вещи, и слезы текли по ее лицу беззвучно. Это был не просто подарок.

Она взяла телефон и набрала его номер. Он ответил почти сразу.

— Получила? — спросил он, и в его голосе слышалась улыбка.

— Да, — ее голос дрожал. — Как ты... как ты все это сохранил?

— Потому что с тобой каждый момент казался важным, — просто ответил он. — Даже салфетка из столовой.

— Я... — она не могла подобрать слов.

— Тебе не нужно ничего говорить, — мягко прервал он. — Просто знай. Знай, что я помню все. И что я жду. Не требую, не тороплю. Просто жду.

Они молчали.

— Я не продлю контракт, — наконец сказала Алиса. — Закончу проект и вернусь.

— Ты уверена? — спросил он, и в его голосе не было торжества. — Не отказывайся от мечты ради меня.

— Я не отказываюсь, — она улыбнулась, глядя на разложенные на столе воспоминания. — Я просто поняла, что моя самая большая мечта — это ты. А все остальное... все остальное мы построим вместе.

На другом конце провода воцарилась тишина.

— Я люблю тебя, — прошептал он. — Больше, чем жизнь.

— Я тоже, — ответила она. — Теперь и всегда.

Глава 39. Завершение проекта

Январский Милан встретил Алису ледяным ветром. Последний месяц контракта пролетел в лихорадочном ритме между работой и предвкушением возвращения. Календарь в её кабинете был испещрён красными крестами — оставалось всего две недели.

Поздним вечером, когда она корпела над последним стихотворением, в дверь постучал главный редактор Лука.

— Вы всё ещё здесь, Алиса? Уже полночь.

— Почти закончила.

Он вошёл и сел напротив.

— За эти месяцы я наблюдал за вашей работой. Вы переводите не слова, а душу. Поэтому у меня предложение.

Он положил на стол новый контракт.

— Мы хотим продлить сотрудничество на год. С возможностью удалённой работы из России. Вы станете нашим главным переводчиком для русскоязычного рынка.

Алиса молча смотрела на бумагу. Всё складывалось идеально: работа мечты и возвращение к Марку.

— Мне нужно подумать.

— Конечно. У вас есть время до конца недели.

После его ухода её охватила не радость, а тревожная пустота. Она вышла на холодную площадь и села на ступени Дуомо, глядя на освещённый собор.

Кто я теперь? — спросила себя она. Та, что приехала сюда три месяца назад, была другой. А сейчас… Сейчас она была профессионалом. Сильной. Любящей, но не зависимой.

Она набрала Марка. Он ответил сразу.

— Не спишь?

— Не могу. Мне предложили продлить контракт. На год. С работой из России.