Наследие Маозари 11 (СИ) - Панежин Евгений - Страница 32

Я замолчал, давая ему возможность обдумать мои слова.

— А что же империя Зорт? — спросил он с грустной ухмылкой.

— А что с ней не так? — не понял я.

— Что будет, если империя Зорт узнает о твоём государстве?

— Ах вот ты о чём, — тяжело вздохнул я, осознавая, что так просто он не согласится.

Ведь действительно, может, я называю магической империей захудалую деревушку с одной улицей и тремя домами. Похоже, мне придётся объяснить ему расклады сил и мотивы сторон. А лучше начать с истории. Хотя бы кратенько, по верхушкам. А заодно и старику будет полезно об этом послушать: возможно, тогда уверенность Камира в их философии изоляции немного пошатнётся…

— В общем, так, — объявил я. — Поясню кратко — по сути… Верить мне или нет — ваше дело. Но болтать об этом лучше не стоит. Ради вашей же безопасности… На юго-западе за пограничной стеной находятся две большие многомиллионные империи разумных. Одна из них — людская империя Арон. В ней живут обычные люди, такие как я и вы. Ваша империя Зорт граничит с нашей империей Арон, и обе они граничат с империей пторианцев. Пторианцы — это раса разумных ящеров, которые едят людей. Когда-то очень давно наши общие далёкие предки: предки империи Арон, империи Зорт и пяти свободных королевств — Райдан, Адалия, Валум, Галим, Ханун — были всего лишь рабами этих ящеров и их скотом, который они специально выращивали себе на пропитание…

Я рассказал им о великой космической цивилизации пторианцев, о катастрофе и появлении росы — способной превращать разумных либо в тварей, либо наделять их магическими способностями. А также о гоне тварей, который происходит каждые десять лет.

— Однажды нашим предкам удалось сбежать из рабства, от пторианцев. Точнее, пторианцы специально их отпустили, чтобы люди, так сказать, размножались на воле, думая, что они свободны.

Баркет и Камир слушали меня с напряжённым вниманием, пока я рассказывал о предательстве людей-техников, о формировании империй, королевств и земель дикарей и о том, почему власти империи Зорт намеренно скрывают информацию о государствах за пограничной стеной…

— С нами империя Зорт отказывается контактировать, а лодки с нашими дипломатами, направляемые через реку Широкая, подвергаются обстрелу. Долгое время они никак себя не проявляли, но недавно предприняли подлую попытку уничтожить нашу империю и империю пторианцев. Мы также не знаем, как поведёт себя империя Зорт, если нам когда-нибудь удастся победить пторианцев… Не нападёт ли она на нас, ослабленных войной?.. Сейчас от открытого нападения их сдерживают пторианцы, у которых сохранилось высокотехнологичное оружие. Потому как пторианцы до сих пор считают нашу империю Арон своей огромной фермой со вкусными человеками и щитом от тварей, и они ни за что не дадут империи Зорт нас уничтожить. Сейчас наша империя, окружённая гоном и двумя враждебными государствами, находится практически в безвыходном положении. И для того, чтобы хотя бы начать планировать шаги по выходу из него, нам необходимо узнать, чем вооружена империя Зорт. Поэтому я отправился сюда с миссией — выяснить, какое мощное оружие есть у империи и где оно расположено. Я уже узнал, что наибольшую опасность представляет немногочисленная артиллерия, ракетные установки и одна установка с несколькими ядерными ракетами. Ты, случайно, не знаешь их точное местоположение? — обратился я к Баркету.

— А-а-а… Эм-м… Нет, этого я не знаю, — ошарашенно покачал головой Баркет, потрясённый вываленной на него кучей информации. — М-да, а в этой яме, — огляделся он по сторонам, — в принципе, не так уж и плохо… Тепло, уютно — нет ящеров-людоедов и тварей, — нервно хохотнул он.

— Да, тут есть над чем поразмыслить, — задумчиво произнёс Камир.

Глядя на этих двоих, я удовлетворённо улыбнулся: своим рассказом я добился, чего хотел… Во время своего повествования я эмпатией внимательно отслеживал их эмоции, чтобы получше узнать этих людей, и теперь я уверен, что они будут держать эти сведения в тайне и уж точно не сдадут меня имперским спецслужбам.

Камиру будет над чем подумать и возможно, со временем он придёт к выводу, что его племени будет лучше жить с нами, точнее, в моём герцогстве, чем прозябать в этих шахтах. А это, в свою очередь, плюс сотни магов-сенсоров и алхимиков вместе с их наработками.

Баркет же теперь знает почти все расклады: прекрасно понимает, что наше дело правое. И насколько я успел узнать этого человека: честного, смелого, здравомыслящего вояку — отныне он сильно замотивирован на успех моей миссии. Теперь у него есть настоящая цель в жизни.

— Так а что ты сейчас намерен делать?.. На каком этапе находится твоя разведывательная миссия? — деловито поинтересовался Баркет, которому, похоже, уже не терпелось приступить к делу.

— Больше я тебе пока ничего сказать не могу, — пожал я плечами. — Сам понимаешь, что на кону… Этим я могу поделиться только со своим доверенным подчинённым.

Баркет задумался, потирая подбородок. Его взгляд стал отрешённым, словно он просчитывал все возможные последствия. Наконец он медленно кивнул:

— Я согласен… Несмотря на всю неопределённость, это всё же лучше, чем гнить здесь до конца своих дней.

— Мы тебе предлагали отличные условия: жену, дом, семью! — возмутился Камир, всплеснув руками. — Тебе не обязательно было десять лет сидеть в этой яме!

Баркет поморщился, как от зубной боли:

— Старик, давай не будем опять начинать этот разговор, который происходит у нас уже не первый год, — его голос стал жёстче. — Как я тебе уже не раз говорил, я не хочу здесь заводить семью, чтобы потом каждый день трястись от страха и думать, а вдруг имперские спецслужбы всё-таки решат зачистить этот район вместе со всем племенем Видэо.

Он провёл рукой по волосам в раздражённом жесте:

— Вы до сих пор существуете лишь потому, что империи пока нет до вас особого дела. Но всё может измениться в один момент. Придёт какой-нибудь новый человек на руководящую должность в имперский спецотдел или в ССПКРР и решит, что это место надо уничтожить со всеми его обитателями. Я не хочу такой судьбы ни для себя, ни для своей будущей семьи.

— Да не будет такого! — воскликнул старик. — Мы здесь живём уже сотни лет и никого не трогаем. С чего ты взял, что что-то изменится⁈

— Да с того, — кивнул Баркет в мою сторону. — С того, что пока ты вместе со своим племенем прячетесь под землёй, там, — указал он пальцем вверх, — другие борются за судьбу всего человечества. — И кто победит — не известно.

— Может, ты и прав… Но… — начал было Камир.

— Так, давайте вы не будете спорить, — решительно прервал я начинающуюся дискуссию. — У меня мало времени.

Оба замолчали, и я продолжил, обращаясь к Баркету:

— Сейчас я задам тебе несколько вопросов. Постарайся отвечать максимально честно.

— Хорошо, — уверенно кивнул он, выпрямляясь.

— Ты собираешься возвращаться в империю Зорт?

— Нет, — ответил Баркет, глядя мне прямо в глаза.

— Ты намереваешься кому-нибудь рассказать о том, что сегодня здесь услышал?

— Нет.

— Ты хочешь каким-то образом навредить племени Видэо?

— Нет.

— Ты планируешь сообщить своим бывшим начальникам о тайнах племени Видэо?

— Нет, не планирую, — его губы изогнулись в горькой усмешке. — Да и нет у меня там больше начальников. Для империи я давно мёртв.

Следующие двадцать минут я продолжал задавать вопросы, а Баркет отвечал четко и прямо, не уклоняясь даже от самых неудобных. Он рассказал о своих прежних планах побега и о том, что собирался делать дальше. Всё это время я внимательно следил за его эмоциями с помощью своей эмпатии и не обнаружил ни малейшей фальши.

Убедившись в искренности Баркета, я попросил его принести клятву. Баркет, не колеблясь, произнёс слова о том, что никогда не предаст меня и не выдаст моих тайн, даже под пытками или перед лицом смерти. И судя по его чувствам, по крайней мере, на данный момент он был в этом твёрдо уверен.

— Хорошо, — наконец кивнул я. — Теперь нам нужно как-то отсюда выбраться.