"Низший"- "Инферион". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Михайлов Дем - Страница 609

– Эй, жители сего милого-милого места… не дергайтесь и не ссыте в шорты! Я пришел сюда не убивать. Ну… в том числе и убивать… но не всех поголовно. Ха-ха-ха!

Шагоход вскинул манипуляторы и закачался в приступе механического смеха. Но я не обратил на эти дерганья внимания. Я удивленно переваривал то, как разговаривал пилот механизма. Его голос был полон превосходства, насмешки и… наслаждения.

Да. Наслаждения. Пилот шагохода наслаждался каждой секундой своего представления. И, глядя на то, как он без всякой причины наводит манипуляторы с оружием на группки парализованных страхом гоблинов на земле и на разрушаемой эстакаде, становилось ясно, что он наслаждался и их страхом, жадно впитывая его как губка. Он… голос был мужским. Но при этом голос был каким-то странноватым – я еще не понял, что именно меня зацепило в звучании его слов. То ли какой-то неуловимый акцент, то ли пришептывание или глотание окончаний слов… но это звучание было мне уже знакомым. Хотя не могу вспомнить, откуда… но я уже слышал подобный голос… подобное звучание слов…

И какого ж хрена, считай, официальный посланец системы позволяет себе такую фамильярность?

Почему он с такой радостью запугивает гоблинов и наслаждается их страхом и своей крутизной?

А ответ прост – потому что он может и потому что ему в кайф.

– Жители, жители, жители… – продолжил тем временем грохотать динамиками пилот, добравшись уже до площади перед трактиром и перекрыв дорогу так и не успевшей никуда уехать вереницы груженных машин. – А куда это вы собрались? А? – издевки в голосе прибавилось. – Никто никуда не убежи-и-ит… Внимание! Я послан Матерью! И Мать гневается! До нее дошли известия, что в этом сраном муравейнике завелись больные муравьи, вздумавшие минировать мирные земли и вооружаться артиллерией. И наша добрая Мать задалась простым вопросом – а против кого же эти больные, мать их, муравьишки решили вдруг воевать? Не на саму ли Мать осмелились они поднять свои тухлые очи?! И вот я здесь – ее гнев, окутанный стальной могучей плотью! Я великан! Я попираю! Я давлю! Я раздираю на клочки! Я растираю в пыль любых еретиков, что осмелились восстать против милостивой Матери! Я здесь! И я заявляю – вам не убежать! Вам не скрыться! Догоню любого! И потому – не двигайтесь, не суетитесь! Продолжайте выполнять задания Матери, сносите эти треклятые осколки древнего мрачного прошлого – и тем самым заслужите материнское благословение и любовь! Сегодня не всех коснется гнев Матери. А лишь тех, кто заслуживает того! Их имена будут названы в свое время. А пока я назову лишь одно имя! Эрнест Трехо! Командир Третьей Мостосносительной Бригады! Выйди вперед и покажись! И мне плевать, будешь ты вооружен или нет…

Ага…

Плевать ему…

Говоря эти слова, пилот не забывал держать свой мех поближе к массивным бетонным зданиям, прячась за ними от не могущих двигаться статуй камрадов с их чудовищными орудиями вместо рук. Да и судя по тому, как он избегал приближаться вплотную к штаб-квартире Третьей Бригады, скрытой в опоре эстакады, пилот жутко боялся получить прямой орудийный залп.

– Эрнест Трехо! Не будь трусом! Ты ведь командир! Покажи пример своим людям и выйди вперед! Покажись! Предупреждаю всех – не гневите Мать еще больше! Не гневите! Сюда направляется эшафот! И как только он прибудет – Мать начнет задавать вопросы всем подозреваемым. А затем уже будут вынесены приговоры. Невиновные не пострадают. Виновные понесут справедливые наказания. Кара Матери неизбежна! И я ее посланник, что своей стальной пятой раздавит любое неповиновение! Своими руками выдавлю ответы из любых сопротивляющихся мятежников!

– Ого. – пробормотал я с усмешкой и хлопнул стальной ладонью по земле, глянул, как медленно опускаются выбитые облачка красной пыли. – Своей стальной пятой? Своими руками?

– Его эго огромно. – заметил Каппа, слышавший каждое слово.

– Жирное эго плаксивого неудачника. – буркнул я. – Он отожествляет себя с шагоходом. Он не просто пилот – он и есть стальной великан. Ути-пути…

– И что нам это дает?

– А хрен его знает. – усмехнулся я, глядя, как из трактира появляется знакомая фигура.

Эрнест Трехо вышел. И вышел достойно – без оружия, без защитной экипировки, в простой майке и шортах, босой, но с опущенными руками и с гордо поднятой головой.

Что ж… это ушлепок умеет спрятать свой страх поглубже в задницу. Умеет проявить храбрость – далеко не каждый сможет так спокойно идти к дышащей смертью стальной махине.

– Лид…

Тревога в голосе Каппы возникла, но была невелика. Поэтому я не стал оборачиваться и просто спросил:

– Серьезное что?

– Хм-м-м… это надо тебе увидеть.

На этот раз я обернулся. Но не из-за слов Каппы – просто я ощутил дрожь земли. Глухой удар, что прошел через весь холм и отозвался дрожью в стальной грудной броне. Перевалившись на бок, я глянул на руку Каппы, проследил направление и… невольно присвистнул.

Старательно обходя большие деревья и холмы, по густо заросшей лесистой местности, рвя лианы, дробя мертвые стволы, двигалось нечто, что больше всего напоминало… шагающий мостовой кран, к чьем хребте были подвешены контейнеры и модули различной величины. Механизм огромный. Выглядит как скелет безголовой горбатой гиены, медленно переставляющей лапы. Механизм пилотируемый. И поблескивающий тонированными стеклами кокпит расположен там, где у живой гиены была бы шея. Это все я увидел мельком, заодно опознав среди контейнеров, клеток и модулей знакомые очертания – два модуля медблоков, они же допросные, и три торговых модуля, которые, будучи опущенными на землю, открывают стены и дают доступ к торгматам со вкусностями для тупых гоблинов.

Как умно… публично казнить виновных, а остальным дать возможность потратить песо на конфетки и яркие тряпки. Метод кнута и пряника. Кому-то нож в глотку, а кому-то шикарные скидки на вонючее барахло – чтобы потешить страсть гоблинов к трате денег. А может, даже дадут бесплатные трусы и бейсболки – и тогда обрадованные гоблины быстро забудут о недавней лютой смерти командира Трехо.

Оружие….

Оружие на хребте и ногах грузового неуклюжего шагохода, тащащего огромную тяжесть по бездорожью, пропуская под брюхом верхушки молодых деревьев, что ударялись о днища контейнеров и гнулись, теряя сотни листьев.

Два пулемета, защищенные стальными клепанными куполами, что так походят на системные полусферы. Они над кокпитом и, судя по всем признакам, легко крутятся, могут поразить любую цель в воздухе и по сторонам. Но мертвых зон у них предостаточно. И поэтому имеется еще три пулемета – по одному на задних ляжках плюс задний клепанный купол на крестце. Что самое изумительное – из полусфер торчат стволы. Торчат стволы! Это же, сука, бред…

Система не могла допустить подобного. Это допустимо только в тех случаях, когда оружейная точка расположена в недосягаемости – например, на стальной многометровой колонне нашего «внутреннего» мира, где ни один гоблин не дотянется. Да и то… проще спрятать уязвимые стволы внутри, сделав их короче или же увеличив объем купола. Причем спрятать за заслонками, которые отворятся только во время ведения огня.

Да и эти частые клепки на полусферах. И крайне изношенный на вид грузовой механизм, что явно изначально был предназначен для передвижения по ровной местности, а не по джунглям. Это ведь обычный четырехногий транспортник, спаренный с мостовым краном – загрузился, притащил в нужное место, помог все это установить, подержал, пока крепят, а затем ушел за следующей порцией. Но это не грузовой мул, способный преодолевать сотни километров.

– Валим. – велел я, поднимаясь и уже на ходу добавляя. – Ты с жопы. Гни стволы дебилов.

– Есть!

Вражеский пилот засек нас слишком поздно – когда я был в пятнадцати метрах. А это то же самое, как если бы я уже сидел на его хребте – где я и оказался спустя десяток секунд, первым прыжком запрыгнув на согнутое колено переднего манипулятора, а вторым уже влетев между завизжавшими пулеметами. Но визжали они недолго – двумя небрежными движениями я загнул плюющиеся стволы. И тут же спрыгнул на кокпит, присел, пропуская над головой длинную очередь заднего пулемета. Но строчил он недолго – Каппа заткнул сначала пулемет на ляжке, а затем переключился на крестцовый. Дальше уже можно было не торопиться – и расчетливый мечник выждал удобного момента, после чего ликвидировал последнюю оружейную точку. Тишина… ну почти – внутри клепанных бронированных гнезд продолжает что-то щелкать.