«Аромат любви» от сударыни-попаданки (СИ) - Росса Ольга Геннадьевна - Страница 34

— Гриша, тебе понравилось? — посмотрела я на мальчика, шагая к дому.

— Очень. Спасибо, Варвара Михайловна, я научился складывать самолётики, — сиял пасынок, держа в руках кучу бумажных игрушек. — А папа не будет ругаться, что мы взяли его газеты без спросу?

— Нет. Надеюсь, он не заметит, — улыбнулась я, подходя к входной двери.

— И что вы взяли без моего ведома? — раздался суровый голос за спиной.

— Ой! Папа… — растерялся Григорий, обернувшись, и тут же спрятался за меня, опасливо выглядывая из-за моей спины.

— Григорий, изволь отвечать за свои действия, а не прятаться за женской юбкой, — супруг шёл по дорожке к нам. Его взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Александр, это я взяла старые газеты из вашего кабинета. Простите, что не спросила у вас разрешения, — спокойно призналась я. — Просто лучшего материала для самодельных планёров не нашлось. Надеюсь, вы не будете сердиться по этому поводу.

Муж сдвинул брови, рассматривая бумажные игрушки в руках сына.

— Гриша, поди к себе в комнату. Мне с Варварой Михайловной поговорить нужно, — отчеканил супруг.

— Есть, — козырнул Гриша и умчался домой в открытую дверь.

— Что-то случилось? — напряглась я, ощутив, как страх подкрадывается ледяными щупальцами к горлу. Александр не стал бы отправлять сына домой, если бы дело касалось старых газет.

— Отойдёмте, — супруг взял меня за локоть и повёл вглубь сада.

Остановившись возле деревянной скамейки, Александр усадил меня, а сам остался стоять, заложив руки за спину.

— У меня плохие новости, Варвара, — вздохнул он, направив взгляд вдаль. — Я решил заехать в ваш доходный дом — дурные предчувствия не давали мне покоя. В общем, сегодня днём ваша тётушка пьяная уснула с горящей папиросой прямо в постели. Матрас затлел и задымился. В квартире никого не было, так как прислуга разбежалась после очередного дебоша Алевтины.

Он замолчал, посмотрев на меня, а у меня чуть сердце не оборвалось. Я уже знала, что будет дальше.

— Соседи увидели дым и вызвали пожарных, но спасти вашу тётушку не удалось. Она задохнулась, даже не проснувшись. Я сожалею.

— Какой кошмар, — ахнула я, прикрыв рот ладонью, сердце пропустило удар.

Где-то в глубине души я предчувствовала, что пьянка сведёт Алевтину в могилу, но не ожидала, что это произойдёт так скоро и именно сегодня.

— Что я Зое скажу? — растерянно прошептала я.

Глава 34. Дорога в имение

Александр

В среду похоронили Щедрину как положено, с отпеванием и поминками. Зоя искренне убивалась по матери. Когда Варвара сообщила ей о смерти Алевтины, девушка ахнула, выпучив глаза, а потом завыла белугой, причитая. Какая бы ни была мать, дочь её всё же любила.

Теперь обязанность Варвары, как замужней родственницы, приютить сироту. И желательно найти жениха для кузины, как только закончится траур, — лучшего способа снять с себя эту обузу не найдёшь. Правда, поначалу я подозревал младшую Щедрину в поджоге, но время, когда Зоя появилась у нас в доме и когда произошло возгорание, не совпадало. Все сомнения отпали: это был несчастный случай.

Квартира в доходном доме пострадала несильно, закоптились стены и мебель. Ремонт всё исправит, а человека уже не вернуть. Щедрина теперь перед богом будет отвечать за свои прегрешения.

Из-за траура пришлось отказаться от приглашения Холодова на званый вечер. Варвара очень расстроилась из-за этого, но ничего не поделать. Я написал Савве Тимофеевичу записку, сообщив, что мы вынуждены отказаться от приглашения, и попросил его встретиться в Купеческом клубе во вторник, пообедать и поговорить о делах. Ответ я получил на следующий день, мануфактурщик согласился и выразил соболезнование моей супруге. Ей придётся три месяца соблюдать траур по тётушке.

Было решено поехать в имение после похорон, заодно отвезти туда Зою с вещами, которые, к счастью, не пострадали. Родственница тихо согласилась и не возражала, прекрасно понимая своё незавидное положение. Пришлось срочно искать компаньонку для девушки. Хорошо Савелий помог и уговорил свою вдовствующую тётушку пожить год в Луговом за небольшое вознаграждение, пока Зоя в трауре. Потом будем искать для неё подходящего жениха. Варвара даже собралась приготовить кузине небольшое приданое, чтобы поскорее отдать её в руки мужа.

Утром в четверг все уже были на ногах и собирались в путешествие. Горничная суетилась, относя вещи в холл, где Кузьма забирал их и относил в повозку. Пришлось нанимать дополнительный транспорт для вещей и пассажиров.

После сытного завтрака двинулись в путь. Повозка с вещами уже отправилась в имение, у входа стояли карета и наёмная коляска.

— Папа, давайте поедем в коляске? — сын схватил меня за руку и потянул к экипажу.

— Конечно, Григорий. Мужчины поедут в открытом транспорте, — я посмотрел на супругу в чёрном платье и шляпке с вуалью. — Варвара Михайловна, не желаете ли к нам присоединиться?

— С удовольствием, — улыбнулась она. — Хочу полюбоваться природой. Аннушка, ты с нами?

— Упаси боже, Варюшка, — фыркнула гувернантка, — я поеду в карете. Не хочу глотать пыль. Дождей неделю не было.

— Как хочешь, — супруга пожала плечами и направилась к открытому экипажу.

Сначала я помог супруге и сыну устроиться в коляске. Потом подсобил сесть в карету Зое, Вере Осиповне, её компаньонке, и гувернантке. Хорошо, что Варвара поедет со мной и Гришей, будет веселее.

Путь предстоял неблизкий, пять часов езды, если не дольше. Покинув шумную и пыльную Москву, мы поехали по тракту в сторону Подольска.

Григорий и Варвара играли в разные словесные забавы по типу «Города», чтобы не заскучать. Даже я присоединился к игре, подсказывая сыну. Выиграли, конечно, мы с Гришей. Супруга иногда мухлевала, называя города, которых не существовало, но я пресекал эти попытки выиграть нечестным путём.

Когда коляска свернула с тракта на узкую дорогу, стало потряхивать сильнее, даже Григория немного укачало. Пришлось сделать остановку размять ноги и заодно сходить до ветру.

Миновал полдень, солнце разогнало утренние тучи, и стало совсем тепло. Коляска и карета не спеша ехали по ухабистой дороге. Чую, с такой скоростью мы только к вечеру доберёмся.

— Однако жарко стало, особенно в чёрном наряде, — Варвара обмахивала лицо рукой, взхдыхая. — Скорее бы с ним расстаться. Щедрина даже своей смертью сумела мне вставить палки в колёса. От званого вечера пришлось отказаться и перенести знакомство с Аделаидой.

— Не переживайте, Варвара, я договорюсь с Холодовым. Он нас лично познакомит с примой, — по этому поводу я не испытывал терзаний. — Во вторник переговорю с Саввой Тимофеевичем, уверен, он не откажет. В имении пробудем пару дней, уладим текущие дела и вернёмся в Москву.

— Папа, а на рыбалку мы пойдём? — с надеждой посмотрел на меня сын.

— Конечно. Завтра на рассвете отправимся. Вечером червей накопаем, — кивнул я, обняв сына, который сидел между мной и супругой.

— Я тоже хочу на рыбалку. Меня возьмёте? — воодушевилась Варвара.

— Вы уверены? — вскинул я брови, посмотрев на супругу. — Роса, комары, знаете ли…

— Разожгём костёр, дым всех комаров отпугнёт, — жена не собиралась отступать. — Надену сапоги, и никакая роса меня не испугает. Григорий, научишь меня рыбачить?

— Научу! — сын был в восторге оттого, что в нашу мужскую компанию вольётся Варвара. Кажется, они нашли общий язык. Я невольно улыбнулся.

— Спасибо, Гриша, — подмигнула она мальчику.

Сенокосная страда была в разгаре. По пути иногда встречались крестьяне, работающие на лугах. Мужики стройными рядами косили, женщины ворошили подсушенную траву или разбивали копны, которые собрали накануне. Варвара с интересом разглядывала работающих крестьян.

— Здесь красивые места. А как пахнет, — мечтательно произнесла супруга, разглядывая скошенные луга, с которых доносился свежий запах трав.

— Да, приятно, — Гриша вытянул нос в сторону, принюхиваясь.