Бессмертный из Рязани (СИ) - Ш. Дмитрий - Страница 64

– Кстати, это название хотят скоро поменять на более благозвучное. Наш родком уже подписи собирает, ведь в посёлке появляется всё больше известных, семейных, и уважаемых людей. Поэтому уровень этого клуба постепенно растёт. Его владелец смотрит на перспективу. Старается заботиться о репутации, – объяснил Андрей, отводя девушку в довольно приличный клубный бар.

В заведении, куда они прошли довольно легко, поскольку Андрей знаком здесь практически со всеми, будучи частым гостем, исходя из шуточек персонала, нередко с разными спутницами, было довольно неплохо. Это впечатление даже не испортило упоминание про переход Андрея на экзотическую кухню. Она сделала вид, будто не поняла, о чём это. Как и просьбы, чтобы он на ней остановился, и не переходил на блюда радужного цвета. Подобные вкусы в Мухоморовке пока ещё не приветствовались.

В принципе, через полчаса девушка вынуждена была признать, что ожидала худшего. Конечно, до уровня лучших заведений больших мегаполисов этот клуб недотягивал, по понятным причинам, но амбиции владельца видны. Ему ещё есть к чему стремиться, и это хорошо. Все с чего-то начинали. Здесь не над чем смеяться. К тому же бывший дом культуры постепенно перебирался в Рязань, за счёт его ползучей экспансии. Город постепенно расширялся. Правда, почему-то больше вширь, а не ввысь. Конечно, всё познаётся в сравнении. Для Тао Линь он по-прежнему воспринимался этакой большой деревней, не дотягивающей даже до уровня китайских провинциальных городов третьего уровня, в которых проживало от нескольких миллионов человек до нескольких десятков.

На наполняемость этого клуба положительно влияла расположенная неподалёку школа, студенческое общежитие, кинотеатр. Ну, как неподалёку, по Российским меркам, почти рукой достать, только длинной. Впрочем, в эпоху, когда у большинства семей имелась машина, телефон, и доступ к онлайн-сервисам, это совсем не проблема.

В какой-то момент Тао Линь, уставшая постоянно кланяться, извиняться, терпеть указания, и поучения старших, не говоря уже про обидные насмешки мастера, а также изнурительные тренировки, начала получать удовольствие. Немного выпила слабоалкогольных коктейлей, показала, как нужно красиво танцевать, а не дёргаться словно в эпилептических припадках, или повторять одни и те же заезженные движения, будто пытаешься согреться в мороз. Для этого совсем не нужна скорость. Плавность движений даёт больше эстетики. Танец, по её мнению, это выражение чувств, а не выброс энергии.

На удивление приятно пообщавшись с Андреем и его друзьями, они всей компанией переместились на удобные диванчики в зону отдыха. По пути Тао Линь встречала нескольких знакомых с совместного купания в речке. Обменялась с ними приветствиями. В целом посмотрела на жителей другой страны. Послушала забавные истории из их жизни. Отметила прямо какое-то взрывное радушие со знаменитым гостеприимством русских, проявляющимся не сразу. Люди в провинции показались ей куда проще, душевнее, и более открытыми, что ли, чем в столице. Они жили, может быть, чуть менее насыщенно, но зато более комфортно, в своё удовольствие. После многолетнего пребывания в секте лицемерных, хитрозадых, бессердечных практиков этого почти домашнего ощущения ей сильно не хватало. Только сейчас, оглянувшись, поняла, насколько по нему соскучилась.

К сожалению, всё хорошее рано или поздно заканчивалось. Когда часы показали одиннадцать вечера, а ничего страшного не произошло, Тао Линь вновь начала напрягаться, беспокоиться, осматриваться. Где обещанный катаклизм? Неужели всё отменяется? Её провели? Сволочи! Как они посмели оправить её на это свидание! Обманули с…!

«Да нет. Не должны были, – зашла на третий круг, подвергая всё сомнениям, включая собственные мысли. – Принцесса не посмеет украсть деревяшку, и подставить меня. Я же её сразу сдам. Думает, этот вонючий мастер не посмеет за ней погнаться, или не догонит? Она его ещё плохо знает.»

Но, всё же, то происходит? Она зря терпела ухаживания, глупые шутки, расспросы о личном, три часа прихорашивалась у зеркала под руководством Ванван, позволив ей творить с её волосами всё, что она хотела. Знакомилась со всеми этими похожими друг на друга людьми, пытаясь запомнить их странные имена, и казаться милой. Щедро раздавала в долг улыбки.

Проглотив ругательства на китайском о чьей-то неправильной половой жизни с нетрадиционными партнёрами другого вида, девушка продолжила свою шпионскую миссию, надеясь, что всё идёт по плану. Наивная. По первоначальному плану никогда ничего идеально не выходит, потому что они строятся на предположениях и информации из прошлого, а не текущего времени.

Пользуясь вниманием «своего» парня, направленным на что угодно, только не на поиски скрытого смысла в её вопросах, неспособностью логически мыслить в этой обстановке, а тем более отказать спутнице из-за гормонов, и только следователь разберёт чего ещё, Тао Линь продолжила осторожные расспросы. Вроде как из простого любопытства интересовалась, чем знаменит этот посёлок. Кто в нём жил из выдающихся личностей. Может, какие-то необъяснимые катаклизмы происходили в Мухоморовке. Или хотя бы сказочные существа объявлялись. А залежей странных минералов под землёй не находили? Нет? Трава волшебная не вырастала? Очень жаль. Скорее всего, плохо искали. Зря она подумала об этом вслух.

– Почему же? Хорошо искали, – рассмеялся уставший Андрей, развалившийся на небольшом диванчике, у стены.

Загадочно переглянувшись с друзьями, парень как-то многозначительно хмыкнул. Они тут же стали выглядеть очень подозрительно.

– И даже порой находили. Только потом всё быстро «теряли», и «забывали», – вместо него ответил расслабленный, немного пьяный Павел, одной рукой обнимая за плечи свою подругу в короткой юбке, выкрасившую отдельные пряди волос в зелёный цвет. – И траву волшебную, меняющую восприятие мира. И камешки разные. И Дракон, поговаривают, порой здесь объявлялся. Безобразничал, лиходей. Настоящий. Трёхголовый, зелёный, питающийся девственницами. Однако он уже давно сдох. Видимо, от голода. Ха-ха-ха. Его у речки закопали, за пригорком, на северной оконечности старого кладбища. У трёх сосен, – дал ещё более точный ориентир.

– Да иди ты. Пошляк! – возмущённая подруга толкнула Павла локтем в бок. – Нормальные у нас девчонки. Нормальные. Скотина! Они бы сами ему рога обломали, чтобы не крутил под окнами хвостом, как кое-кто членом. Если не хочешь рядом с ним под тремя соснами оказаться, думай, кому и что говоришь, – угрожающе предупредила смутившаяся подруга, бросив быстрый, нечитаемый взгляд на заинтересовавшуюся Тао Линь, почувствовавшую запах большой тайны.

Сказку про Змея Горыныча она не читала. С русским фольклором не сталкивалась. К тому же знаковое место у трёх сосен, точно описанное Павлом, действительно существовало. Упоминать его в большой компании при посторонних, Мухоморовчанами считалось неприличным. Там раньше собачий питомник стоял, имеющий дурную славу. Хотя его давно закрыли, но неприятный осадочек-то остался. Сейчас это запустевшее, и довольно живописное, уединённое место у небольшой речной заводи давно было приспособлено для куда более приятных занятий. Туда частенько ходили горячие парочки, чтобы предаться на природе безудержному, а кому-то и романтичному разврату, вдали от любопытных глаз разных непрошеных советчиков. Можно сказать, оно стало одной из местных достопримечательностей, только для своих, по секрету. Что поделать, любовных отелей поблизости пока никто строить не собирался, а дома родители, братья, сёстры, говорящие попугаи, злые собаки, любопытные соседи, стрёмные старомодные трусы на сушилках, хорошо, если без дырок, а то и всё сразу.

Для полноты картины, усиливающий недоразумение, у старого собачьего питомника в конце девяностых рязанские бандиты часто устраивали разборки. В одной из таких как-то застрелили известного в здешних краях авторитета, по кличке Дракон. Там же и закопали. Потом, тогда ещё милиция, тело забрала, но прославиться место у трёх сосен вновь успело. Местные жители обо всём этом прекрасно знали. Посторонних в такие подробности обычно не посвящали. Зачем? Кому сейчас интересно, кого тогда прикопали в лесу. Как здесь раньше жили. Чем занимались. Времена были тёмные, нравы дикие, сказочники отменные, вот каждый и крутился как мог. Сейчас вспоминать об этом непосредственные свидетели тех лет не любили. И потом – был дрянной человек, нет человека, какая разница? Разве это большая новость? Тем более, Дракон родом из Челябинска.