Идеальный мир для Химеролога 8 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 19

— Нестабильная мутация, — мгновенно поставил я диагноз. — Это не природный рост, а цепная реакция.

Это был обычный подземный мутант, который нажрался той самой химии, что слили в канализацию. Токсины вступили в реакцию с его уникальным метаболизмом, и клетки начали делиться с бешеной скоростью. Он превращался в раковую опухоль размером с дом.

Монстр сделал шаг, и асфальт под его весом просел. Он попытался зареветь, но звук захлебнулся — горло распухло, перекрывая дыхание.

Он рос каждую секунду. Семь метров… Восемь… Десять…

Его кожа натянулась до предела, став почти прозрачной. Сквозь неё было видно, как внутри бурлят и светятся ядовито-зелёным светом внутренности.

Тварь сделала ещё один неуклюжий шаг, её раздувшееся тело качнулось… и лопнуло. Монстра просто разорвало изнутри. Фонтаны крови, слизи, куски мяса и костей разлетелись во все стороны, накрывая улицу дождём из биомассы. Из разорванного чрева вырвалось густое, красновато-бурое облако газа, которое начало быстро расползаться по району.

Я задержал дыхание и активировал свои фильтры, но даже через магическую защиту почувствовал этот запах. Это был феромон — концентрированный, мощный сигнал, бьющий по рецепторам любой твари в радиусе десяти километров.

«Еда. Сила. Эволюция. Сюда!»

Я проанализировал состав газа — это были испарения того самого токсина, многократно усиленные и изменённые в организме мутанта. Теперь это был идеальный аттрактант для всех тварей, которые уже хлебнули этой отравы — призыв с обещанием могущества.

Земля вокруг снова задрожала. Но теперь это была дрожь от тысяч лап.

Со всех сторон, изо всех щелей, из подвалов и люков к месту взрыва начали стекаться монстры всех типов и мастей: крысы-мутанты, бродячие псы-химеры, слизни, насекомые… Все, кто почувствовал этот газ, сходили с ума и неслись к эпицентру.

А я стоял прямо в центре этого облака.

И тут меня осенило — это же уникальный шанс! Если я смогу понять структуру этого газа, смогу скопировать эту формулу и превратить её в свой личный атрибут… Ну, тогда я смогу управлять этой ордой. Смогу призывать их одним желанием, ведь стану для них не просто врагом или едой, а источником.

Но для этого мне нужно собрать данные — полный анализ, а на это нужно время.

Я посмотрел на облако, которое клубилось вокруг меня. Нужно продержаться здесь, внутри, впитывая эту гадость, разбирая её на атомы своей магией… минут тридцать.

Я огляделся. Первые твари с безумными глазами и капающей слюной уже выбегали из переулков. Все они бежали на запах. А запах исходил от облака и от меня, стоящего в нём.

Их было до хрена… Сотни…

Я достал из кармана оба своих стилета. Лезвия, почувствовав близость химер, загорелись зелёным светом.

— Ну что ж, — сказал я, вставая в боевую стойку. — Хотите жрать? Подходите, угощу.

Это будут долгие полчаса. Но оно того стоит.

Глава 6

Я стоял в самом центре клубящегося бурого облака и втягивал в лёгкие токсичный газ.

Мой внутренний анализатор работал на пределе своих возможностей, раскладывая сложную химическую структуру на базовые валентности и изолируя связующие элементы.

Этот процесс требовал ну просто колоссальной концентрации. Любое отвлечение грозило обрушить выстраиваемую в уме формулу, превратив ценнейший биоматериал в бесполезный ядовитый осадок.

Тем временем толпа монстров уже стремительно приближалась, заполняя улицу сплошным ковром. Их вытянутые морды аж искажались от маниакального желания разорвать мою плоть, а с клыков обильно капала густая слюна, оставляя на асфальте шипящие следы. Масса обезумевших от химического стимулятора существ накатывалась со всех сторон, грозя раздавить меня чистым физическим давлением.

Да, я мог бы призвать свой пушистый спецназ или Психа с Рядовой, но объективная оценка ситуации показывала фатальность такого решения. Огромное количество разъярённых тварей просто затоптало бы моих помощников, не оставив им шансов.

Ситуация складывалась патовая, требующая радикального вмешательства без потери моей концентрации на формуле.

Я перехватил поудобнее рукояти мерцающих зелёным светом стилетов и принял решение. Вы хотите настоящего безумия, господа мутанты? Ну, вы его получите сполна.

Я нырнул в глубины собственного сознания, открывая доступ к хранилищу. Энергия множества различных атрибутов хлынула по моим каналам, укрепляя мышечный каркас и уплотняя кожу. Но главным козырем стала та самая «Древняя Ярость», которую я недавно извлёк из тела пса Маркиза. Я сорвал ментальные замки с этого сгустка первобытной злобы и позволил ему выплеснуться наружу, накладывая его искажённый фон поверх своей собственной подавляющей ауры.

Эффект превзошёл самые смелые ожидания.

Авангард атакующей стаи уже находился буквально в паре метров от меня, готовясь к финальному прыжку. Но внезапно их поведение кардинально изменилось. Огромный шипастый бульдог, собиравшийся прыгнуть прямо мне в лицо, судорожно изогнулся, в последний момент изменив траекторию, и нелепо упал на передние лапы. Его сородичи начали резко тормозить, стирая когти об асфальт, и массово отворачивать в стороны.

Они теперь не выражали никакой заинтересованности ко мне, как будто с самого начала планировали пробежать по своим делам в соседний переулок. Твари старательно отводили взгляды, огибая облако газа по широкой дуге. Координация монстров полностью разрушилась под давлением моего атрибута.

Крупный чешуйчатый ящер на полной скорости впечатался в припаркованный автомобиль, смяв боковую дверь. Другой монстр с разбегу протаранил мусорный бак и застрял в нём головой. Несколько особо впечатлительных особей оставляли за собой обильные жёлтые лужи, позорно поджимая хвосты и продолжая свой суетливый бег куда-то вдаль. Они потеряли всякое понимание происходящего, стремясь лишь оказаться как можно дальше от источника леденящего ужаса.

А я продолжал дышать газом, наблюдая за полным разрушением их химического бешенства. Эмоциональный фон улицы превратился в хаотичную кашу из паники и животного страха.

Ради научного интереса я решил проверить глубину воздействия. Сделал короткий выпад левой рукой, перехватил за загривок пробегающую мимо гигантскую крысу с вытаращенными глазами. Зверёк застыл в моей руке, превратившись в окоченевший кусок плоти. Я послал лёгкий сканирующий импульс прямо в её примитивный мозг.

Там метались обрывки истеричных мыслей, сливающиеся в один непрерывный вопль: «Спасаться, бежать в самую глубокую нору, тьма хочет сожрать меня, уйти, уйти, уйти…».

Я разжал пальцы, и крыса шлёпнулась на дорогу, после чего быстро исчезла в ближайшей ливнёвке.

Атрибут вкупе с моей аурой функционировал идеально, демонстрируя высочайшую эффективность подавления. Однако я почувствовал негативные последствия его применения на собственном организме. Древняя Ярость активно пыталась захватить контроль над моей нервной системой. Руки, сжимающие стилеты, стали тяжёлыми, а внутри засело навязчивое желание догнать хромающего ящера и голыми руками вырвать его позвоночник. Кровь стучала в висках, требуя немедленного убийства и разрушения плоти.

Интересная механика воздействия, заставляющая носителя терять рассудок. Я усилием воли перекрыл доступ атрибута к своим эмоциям, выстраивая жёсткие ментальные барьеры и загоняя первобытную злобу обратно в изолятор. Контроль вернулся легко, оставляя разум ясным и холодным.

Я стоял посреди пустеющей улицы, продолжая анализировать состав распадающегося газа. И только широкая, полубезумная улыбка, застывшая на моём лице, оставалась единственным внешним признаком моей внутренней борьбы.

Петербург, Российская Империя

Ситуационный Центр «Цитадель»

Император Фёдор Владимирович Емельянов сидел, подперев голову кулаком, и смотрел на голограмму, на которой часть Петербурга полыхала красными точками.