Люблю тебя ненавидеть (СИ) - Сью Ники - Страница 12

– Не переживай, – Андрей поднялся и, прежде чем уйти, вдруг наклонился и коснулся своими прохладными губами моей щеки. Коротко. Едва ощутимо. И тут же отдалился. Скулы у него слегка порозовели, словно одногруппник смутился. А потом, видимо, чтобы разрядить повисшую между нами неловкую паузу, подмигнул и умчался прочь.

И вместо того, чтобы думать про его поступок, про этот робкий чмок в щеку, я унеслась мыслями к Тимофею. Бредово? Согласна. Нерационально? Еще как. Да только ничего не могла с собой поделать. Этот парень даже на расстоянии магнитом к себе притягивал.

Интересно, он в курсе того, что произошло? Реально ли они с Соней вместе? Макаров такой загадочный, и при этом от него исходит животная опасность, как от настоящего хищника. Наверное, поэтому к нему многих тянет. В том числе… и меня.

Нам однозначно нужно поговорить. Пусть разбирается со своими подружками, но меня в это не втягивает. Ведь между нами действительно ничего нет. Мы друг друга толком и не знаем. Но где-то внутри, мне кажется, я была ему симпатична, и это пугало. До чертиков пугало.

Андрей вернулся минут через двадцать: принес мою одежду и сообщил, что мне разрешили переночевать здесь – на больничной койке, даже ключ дали от дверей. А вечером он, как самый настоящий друг, принес мне ужин и сидел со мной почти до девяти, рассказывая о том, что происходило в лагере.

Про наш конфликт между девочками народ помалкивал, как и про мой позор у мужской душевой. Все было относительно тихо, будто этот ужас мне привиделся.

– А Тим? – сжав руки в кулачки, уточнила я.

– Я его не видел ни во время ужина, ни до. Не знаю, где Макаров, – пожал он плечами. И больше разговор на эту тему мы не заводили.

Разошлись почти в девять, вернее, Андрей ушел, хотя было видно, что с неохотой. Но я уже устала и хотела отдохнуть, тем более завтра предстоял тяжелый день: встретиться с одногруппниками, Соней, как-то выдержать все это и не сломаться. Думала, Маринке позвонить, совета спросить, однако позыв быстро улетучился. Ну что я ей скажу? Твой парень спит с другой? Или твой парень странно себя вел со мной? Нет, надо бы в первую очередь с Тимом разобраться, потом уже подруге жаловаться.

Переодевшись в пижаму, а у меня был черный топ с тонкими бретелями и короткие шорты, я закрыла дверь на замок, несколько раз дернув ручку, чтобы наверняка. Выключила свет, накрылась одеялом и задремала.

Проснулась из-за странного ощущения, будто не могу шевельнуться. Дернула рукой, но вдруг ощутила боль на запястье. Да такую резкую, словно в кожу впилось что-то, напоминающее веревку. Разомкнув глаза, я панически ахнула, осознав, что руки у меня запрокинуты за голову и привязаны к кровати. А рядом сидел человек… во всем черном, как сама ночь. Он повернулся ко мне, из-за надетого на голове капюшона лица его было не видно, и я замерла, ощутив, как сердце забилось в конвульсиях.

Мамочки…

– Проснулась? – спросил мужской хрипловатый голос. Я слишком волновалась, чтобы понять, слышала ли когда-то его или нет.

– Кто… – задыхаясь, прошептала обрывисто.

– Твою мать, – усмехнулся он. – Какая ты забывчивая, крошка. Я же обещал, что мы скоро познакомимся. И этот день настал.

И следом он подхватил ножницы с тумбы, поднес их к моей груди, отчего я прерывисто задышала. Чт… что он собрался делать? Нет, нет, только не… Я, наверное сплю, и это просто плод моего воображения. А что, если не сплю?

Тем временем он реально взял их – ножницы – и поднес к моей груди.

Господи, этот парень точно безумец!

– Не смей! Не трогай! – завопила я, пытаясь хоть как-то оказать сопротивление. Ерзала, брыкалась, да только толку-то нет.

Щелк...

Это мой топ чуть оттянули и отрезали кусок. Прямо вот так - что один сосок теперь был полностью на вид.

Щелк...

За первым последовал и второй. И я в ужасе забилась, видя, как наглые пальцы тянуться к моей груди и соскам, которые теперь были ничем не прикрыты…

Глава 12

Странно. Безумно странно. Но то, что происходило дальше, то состояние, что настигло меня, не поддавалось никакому логическому объяснению.

– Знаешь, что я больше всего ненавижу? – с ледяным спокойствием проговорил сталкер. Ведь это точно был он, теперь я в этом уверена. Парень сомкнул ножницы и провел ледяным металлом по моему соску, отчего я вздрогнула и тут же зажмурилась. Сердце заходилось так громко, что казалось, его слышит даже незнакомец.

– Отпусти меня, – прошептала я, не размыкая век. Волна стыда накрыла, унося куда-то далеко отсюда. От одной мысли, что мои руки связаны, а грудь в самых откровенных местах напоказ, делалось не по себе.

– Когда кто-то прикасается к моим вещам, – воздух вдруг пропитался ароматом свежести, как после дождя, вперемешку с табаком. Это был его парфюм. Парфюм, который не должен был мне понравиться, но я не могла, как следует наполнить им легкие.Проклятье…

Разомкнув резко глаза, я замерла, не в силах шевельнуться. Сталкер пристально смотрел на меня, находясь всего в нескольких сантиметрах от моих губ, а я видела лишь его черный капюшон и такого же цвета маску, что закрывала большую часть лица. Мы были в неравных условиях… Интересно, какой он… Как выглядит, будучи обычным, без этой маски?

Ножницы снова коснулись моего соска, лезвие медленно прошлось по нему, но мне хватило и этого, чтобы ощутить электрический разряд, который будто прошиб тело.

– Боишься? – в голосе сталкера читалась улыбка. И я поняла, что если покажу свой страх, то проиграю. Ведь с хищниками по-другому нельзя, они чувствуют панику жертвы, и это для них сигнал к действию. Но я не дам себя загнать в угол, больше не дам. Никому…

Вздернув подбородок, я ровно ответила.

– Нет, – и следом расслабила руки, больше не дергаясь. – Что тебе нужно? Как ты меня нашел? Зачем я тебе?

– Нет, – он покачал пальцем, затем резко кинул ножницы в сторону, и я, не выдержав, все же тихо пискнула, дернувшись от него. Испугалась, а как иначе-то. Тут никакое самовнушение не поможет. Псих. Он чертов псих, который как-то пробрался в медкомнату. А я одна… И даже если закричу, вряд ли кто-то быстро прибежит на помощь.

Я снова задергалась, в этот раз начала бить и ногами, а потом с дуру закричала:

– Помогите! Эй! Помо…

Но тут мой план полетел в тартарары, потому что сталкер горячей ладонью накрыл мой рот, заставив замолчать. Его пальцы жестко сжали кожу моей щеки, настоятельно рекомендуя быть послушной. Сталкер сел на меня сверху, его ноги взяли в плен мои бедра. Вот и все – я в его власти. Не шевельнуться. Последний крошечный шанс на победу испарился. Однако от этого эмоции сделались только острее, как лезвие тех ножниц, что валялись сейчас где-то в углу комнаты. Я ощущала себя наэлектризованным проводом, который может дать осечку, и случится короткое замыкание.

– Блядь, – усмешка слетела с губ сталкера. – Ну что ты такая шумная, крошка?

Он расслабил пальцы, давая мне возможность ответить.

– Прекрати, – потребовала. – Слезь с меня. Не прикасайся ко мне.

– Ты когда-нибудь испытывала это? – и следом его палец надавил на горошину моего соска. Водил по ней, при том так игриво, и в то же время резко, что он моментально затвердел. Я больше по инерции сжала бедра, ерзая, но теперь не так, как в первый раз, пытаясь сбежать.

Сталкер перешел к другому соску, и от одного его прикосновения меня будто огнем ошпарило. Я была готова провалиться под землю от стыда, потому что это ненормально. То, что я хотела и чувствовала – граничило с безумием.

И вот он уже убрал руку с моих губ, позволяя мне их кусать до боли, рвано глотая воздух. Господи, что происходит? Почему я так реагирую на эти прикосновения? Мне что же… нравится? Бред. Это какой-то бред.

Тем временем он задрал мою майку, и мне бы видеть его взгляд, но в темноте я не могла различить абсолютно ничего. Знала только, что сама горю, буквально каждый участок тела напряжен до безумия. Никогда со мной подобного не происходило.