Новая Родина (СИ) - "Джек из тени" - Страница 25

Поэтому я просто выкинул все мысли из головы и поднял руки. Три противника, работаем максимально жёстко и эффективно. Внезапно крайний справа кот прыгнул, протянув руки к моему горлу. Даже если не вывернет мне шею, то мне хана, просто повиснет, остальные добьют. Резкий уход и без затей бью по спине, придавая ускорение в падении. Разворот, тут же блок удара и уклон от следующего. Братан прихлопнутого к песку кота без затей перепрыгнул через него, и резкими прямыми ударами пытается меня достать. Хватаю его за руку, тот на рефлексе тянет на себя, подныриваю под него и провожу бросок из боевого самбо. Нюанс, на который я надеялся, свершился. Кот оказался котом, и дико извернувшись, приземлился на согнутые ноги, поймав лицом удар колена. Минус один.

Остальные атаковали почти одновременно, что дало мне возможность прикрыться третьим, постоянно смещаясь по кругу. Внезапно третий делает шаг назад, из-за него ракетой ногами вперёд вылетает рыжий брат, видать жизнь ничему не учит. Отскок в сторону, широко хватаю его за рубашку, чтоб не смог вывернуться лицом к земле, и ломаю его через колено. Трибуны вздохнули и замерли.

У третьего, похоже, крышу сорвало. Он натурально зашипел и начал наносить удары в голову и корпус, причём очень быстро, из-за чего парочку я пропустил. Было больно, так что пора заканчивать. Хватаю его руку, заламывая кисть. Кот зашипел ещё громче, и выпустив когти, херасе, да там мини керамбит на каждом пальце, пытается ударить наотмашь. Судя по свисту с трибун это было против правил, но ему было всё равно. Я не стал подставляться и использовал руку как рычаг, прикрывшись котом от его же атаки. Удар под колено, удар по лопатке с явным переломом. Пробиваю прямой в висок, кот валится без сознания.

Через мгновение трибуны взрываются восторженными криками. Я устало улыбнулся и несколько раз поклонился по кругу, чем привёл в экстаз местную публику. После чего снова уселся на песок в том же месте, что и в прошлый раз.

— Вот теперь вижу, что напрягся — из ниоткуда появилась Хикари — мои поздравления, такого представления здесь не наблюдал ещё никто, чтобы человек против трёх котов вышел.

— Они живы, особенно тот второй? — не хотелось бы лишних смертей — если надо, я оплачу лечение.

— Не волнуйся, все живы, сама ими займусь — успокоила меня Хикари — странно слышать такую заботу о тех, кто пять минут назад могли тебя располосовать — добавила лиса, склонив голову.

— Я не мясник и не псих, чтобы убивать кого бы то ни было просто так. Это была работа, не больше и не меньше, а то, что он психанул и кинулся на меня с когтями, просто реакция на возможную смерть брата или хорошего друга — я смотрел перед собой, пока говорил. Чувствую, что наваливается усталость.

— Вставай, Музыкант, заберём наши денежки и поедем домой — Хикари протянула мне руку, и, взявшись за неё, снова почувствовал прибавку сил. Прямо ходячий энергетик, усмехнулся про себя.

— А как же бой с чемпионом? — тихо спросил я, пока мы шли к столу хозяина арены.

— Чемпионат перенесён на три недели, он вроде как заболел — хихикнула лиса — соплями, наверное, изошёлся весь.

На Габриэля было грустно смотреть, во взгляде была вселенская печаль. Ведь сейчас придётся расстаться с двумя, с двумя млять, мешками денег. Причём мешки были фигуральными, а на самом деле это были два сундука, побольше и поменьше. Он округлил до пятидесяти тысяч выигрыш Музыканта, тот лишь махнул рукой, сказав, тысячей больше или меньше, не принципиально. А вот старая карга посчитала всё до последней монеты, отыгравшись за все проигрыши двух лет. Сколько там лежит страшно произнести. Сегодняшние ставки само́й арены едва покрыли такой минус. А ведь Габриэль рассчитывал расширить бизнес за счёт этих денег. Мысль утопить сладкую парочку в протекающей рядом реке нравилась ему всё больше.

Мы вышли из здания арены и направились к экипажам. Отъехать нам дали буквально пару улиц, после чего лошади завернули в тёмный проулок и встали. Я лишь горестно вздохнул. Местный криминал не отличался умом и сообразительностью, если решили завалить нас прямо в Красном квартале. Но, похоже, у Габриэля так свербело в заднице, что он плюнул на любые ограничения. Они даже маски не надели, что лично мне говорило о многом. Свидетели здесь не в почёте. Проезд перекрыли с десяток молодчиков, у половины из них железки разных размеров и форм были уже в руках. Но сегодня явно у Габриэля день задался.

Я посреди улицы, где было хоть немного места для манёвра. Хикари чинно вышла из экипажа, и встав за моей спиной, сделала несколько движений руками. Меня окружило зелёное свечение, в этот раз эффект был гораздо сильнее. А дальше больше, я услышал крик грифона.

В зелёный свет начал вплетаться ярко-голубой, концентрируясь на локтях, коленях и кисти левой руки. Правая горела фиолетовым, даже сквозь плотную ткань платка. Я сорвал ткань, показав браслет, из-за чего они резко остановились, растерянно оглядываясь на местного бригадира. Тот начал что-то вещать, вспомнив Габриэля, но замолчал на полуслове. Трудно говорить, когда тебя держат на весу за горло.

— Ещё хоть один шаг в их сторону и я вырву тебе глотку — прошипела Мидори — а потом вырву руки всем остальным.

— Железо на землю — рявкнул де Ревель — иначе смерть на месте — браслет на его руке зажёгся багровым огнём. За ним на изготовке с арбалетами стояло пять человек. Чуть дальше я увидел Мери и Мирру, они держали лошадей.

Что делает зверь, попавший в капкан? Пытается отгрызть лапу, чтобы уйти. Примерно так думали остальные, считая, что смогут взять нас в заложники и свалить из города. Но феерия сюрпризов продолжилась. Ведь мой браслет расширился, на нём появился светло-коричневый кант.

На мгновение сбилось дыхание, но глубоко вдохнув, ритм дыхания восстановился. А вот в плечах стало тесно. Улыбнувшись, я подошёл к стене, и под одобрительный грифоний крик, саданул кулаком по деревянному столбу, который держал навес над окнами. Столб был неплохой, диаметром сантиметров десять, в прошлой жизни такой я бы точно не разбил. Сейчас же он разлетелся пополам, обдав несостоявшихся грабителей щепками.

После наглядной демонстрации, что с ними сделают в случае неповиновения, все резко побросали колющие и режущие приспособления на землю, и встав на колени, быстренько подняли руки. Бригадира Мидори поставила рядом с остальными, но тот решил поборзеть и качнуть права, вспомнив имя своего босса, из-за чего лиса дважды приложила его всей тушкой об стену. После этого все разговоры прекратились, так и не начавшись.

— Вижу, ты в норме, Музыкант — широко улыбнувшись, де Ревель протянул мне руку, я благодарно её пожал. — Мы с девушками застали четыре последних поединка, включая один против трёх — он кивнул в сторону арбалетчиков — они очень впечатлились, так что завтра об этом будет знать весь полк. И не только — многозначительно добавил полковник. Я молча кивнул

— Так как же мне тебя называть? — де Ревель внимательно смотрел на меня.

— Влад Морозов, лейтенант городской стражи — по стойке смирно отрапортовал я полковнику — готов к выполнению служебных обязанностей.

До таверны трёх М, Мавроди одобряет, добрались без приключений. Тем более что минут через пятнадцать к нам в конец процессии пристроилось с десяток хвостатых провожатых. Что характерно, парней-лисов было всего трое. Мидори ехала параллельно с экипажем, которым правил стражник. При попытке одной из прибывших девушек сравняться с нами, Мидори окатила её злобным взглядом, разве что не зашипела. Та сразу вернулась назад, чуть позже поймав взгляд Мидори, она показала ей язык. Мирра и Мери, хорошо, что с лошадей не попадали от смеха. Высадив нас у двери, кавалькада двинулась дальше. Де Ревель обещал лично проводить бабушку Хикари до гостиницы, куда должна прибыть ещё дюжина охраны.

Устало опустившись на стул, я вопросительно посмотрел на девушек. Те, смущаясь, поведали мне о приходе де Ревеля, пока я спал и обещании оповестить, как только я очнусь. Полковник прибыл через час после нашего с Хикари отъезда и сразу собрался в Красный квартал. Девушки воспользовались своими природными чарами, то есть наныли, убедив де Ревеля, что их просто жизненно необходимо взять с собой. Сразу видно опытный человек, спорить не стал, а дал пять минут на сборы. После чего все дружно ломанулись в Красный квартал.