Развод. Ты (не) заслуживаешь прощения (СИ) - Дале Ари - Страница 17

— Послушай. Знаю, что после вчерашнего ты не хочешь меня видеть, — Миша тяжело вздыхает, прикрывает глаза. — Я перегнул палку. Сделка с твоими друзьями будет заключена, можешь не волноваться на этот счет… А вот про нас тобой я бы хотел поговор…

— Нас больше нет! — перебиваю мужа, вдавливаю пальцы свободной руки в дверь.

Хочется впиться ногтями в дерево, но вовремя останавливаю себя. Делаю пару мелких вдохов и медленно выдыхаю.

— Уходи, — прошу, умоляющие нотки проскальзывают в голосе.

Я правда не знаю, как общаться с мужем.

— Люд, — Миша трет переносицу. — Давай поговорим? — заглядывает в глазок, но будто смотрит мне в душу. Дрожь бежит по телу. — Ты же знаешь, что мы в любом случае пересечемся. Нам придется поговорить, поэтому давай сделаем это раньше, чем позже, — криво и как-то грустно улыбается. — Прошу тебя, открой дверь.

Все внутри ухает вниз.

В голове словно на повторе звучит:

«Прошу тебя…»

«Прошу тебя…»

«Прошу тебя…»

Этих слов от мужа я точно никогда не слышала.

Сама не понимаю, как так получается, что рука тянется к замку, пальцы обхватывают ключ и поворачивает его.

Вот только, когда я открываю дверь и встречаюсь с черными глазами мужа, наваждение тут же исчезает. Кожа покрывается колючими мурашками, а сердце начинает биться чаще.

Зачем я открыла дверь? Что на меня нашло?

Я же убрала последний физический барьер между нами. Сейчас Мише ничего не помешает вытащить меня из квартиры и увезти куда вздумается.

Боже, какая же я дура!

Быстро оглядываюсь через плечо. Прикидываю, успею ли спрятаться в комнате, но мгновенно понимаю, что проще попробовать захлопнуть дверь.

Я не могу никуда с ним поехать! Не могу!

— Не волнуйся, ничего я с тобой не сделаю. Похищать не собираюсь, — горько хмыкает Миша, привлекая мое внимание. — Если ты вернешься со мной в Москву, то сделаешь это добровольно, — смотрит в глаза, будто показывая, что не лжет.

Мне требуется пару минут на раздумье, которые муж дает, после чего я отступаю, освобождая проход.

— Если ты попытаешься что-то сделать со мной или снова будешь шантажировать, разговор закончится, — произношу настолько строго, насколько получается.

Уголок губ Миши ползет вверх.

— Договорились, — он перешагивает порог квартиры.

Задерживаю дыхание. Я даже представить не могла, что снова увижу мужа на территории своего дома. Пару секунд назад мне почему-то казалось, что Миша будет выглядеть чужеродно, словно из другого мира. Но видя, как муж скользит взглядом по коридору, задерживается на кухне и размашистым шагом направляется туда, понимаю, что слишком идеально вписывается в остановку.

— Я тут вкусный чай купил, — Миша ставит пакет на стол и начинает разбирать, поочередно вытаскивая продукты.

Тошнота вмиг подступает к горлу.

— Ты решил поиздеваться надо мной? — произношу сипло, слова звучат отдаленно, будто вылетают не из меня.

Глава 23

— О чем ты? — Миша застывает, держа в руке темно-зеленую пачку чая, с нарисованными на ней белыми листьями.

Меня трясет. Становится очень холодно. Кожа покрывается ледяными, колючими мурашками. На негнущихся ногах отступаю, но тут же натыкаюсь на что-то твердое. Раздается грохот… что-то упало. Не оглядываюсь — не могу оторвать взгляд от мужа, крепче сжимает пачку чая.

— Люда, — Миша кладет ее на стол, поворачивается и идет ко мне. — О чем ты говоришь?

Сердце пропускает удар, после чего разгоняется до невероятной скорости. Смотрю в сторону спальни, хочу броситься туда, но тело не слушается. Ноги словно приросли к полу, руки онемели и висят вдоль тела. Мысли превращаются в желе.

— Люда, — Миша останавливается напротив меня. Перевожу взгляд на него, сразу замечаю нахмуренные брови и поджатые губы. Тревога в глаза мужа тоже не скрывается. — Это из-за чая, да? Ты его больше не можешь пить?

Не знаю, что ответить. Сумбурные мысли никак не собираются в слова. Перед глазами то и дело появляется кружка с травяным напитком, которую мне протягивала Настя. Я словно наяву чувствую боль, охватившую мое тело через пару часов, после того как я выпила злосчастный чай.

Прикрываю глаза, мотаю головой. Пытаюсь избавиться от наваждения.

Я очень давно не вспоминала этот момент. Очень давно…

Миша кладет руки мне на плечи, с силой сжимает их.

— Не переживай, она больше тебя не тронет, — до затуманенного разума доносится уверенный голос мужа.

Не сразу понимаю, что он имеет в виду, но постепенно осознание начинает накрывать меня. Медленно разлепляю веки. Смотрю в черные глаза Миши. Тут же в голове появляется другое воспоминание. То, из-за которого я спешно уехала. Отвращение заполняет тело. Даже сейчас вижу руки Насти, обнимающие моего Мишу за шею. Несколько раз быстро моргаю, пытаясь очистить взор.

— Г… где о… она? — произношу не громче шепота. Тело все еще не слушается.

— В психушке, — чеканит Миша. Меня пронзает очередной волной боли.

Она такая острая и резкая, что я едва не задыхаюсь. Дрожу, вспоминая “белую комнату”, в которой провела непонятно сколько времени. Неужели Миша запихнул туда же убийцу нашего малыша?

— Суд отправил ее на принудительное лечение в государственную клинику, — муж отвечает на незаданный вопрос. Кажется, он хочет добавить что-то еще, но резко передумывает, поэтому стискивает челюсти до скрипа зубов.

В глазах Миши мелькает настоящая жестокость. Мне становится жутко. Тяжело сглатываю. Я видела мужа разным: равнодушным, идущим к цели напролом, не знающим слова “нет”, уничтожающим конкурентов.

Но безжалостным, как сейчас, он был только в бизнесе, но не по отношению к обычным людям.

“Настя не обычная”, — напоминаю себе.

Приходится глубоко вздохнуть и медленно выдохнуть, чтобы не поддаться панике.

— Чего ты хочешь? — спрашиваю Мишу хоть тихо, но прямо в лоб.

Я устала от ходьбы вокруг да около. Устала от эмоциональных горок, по которым меня то и дело бросает. Устала от вечного страха, преследовавшего меня с момента моего побега.

Но вот он — Миша, вечный герой моих кошмаров, стоит прямо передо мной, и я понимаю, что ничего страшного не происходит. Он ничего мне не сделает. Не заставит меня подчиниться ему. Не сломит. За время, проведенное вдали от мужа, я действительно успела излечиться и теперь готова бороться. Бороться до последнего.

— Я хочу вернуть свою жену, — заявляет Миша, отпуская мои плечи и заправляя мне за ухо прядь волос, щекочущую губы. — Но для начала хочу, чтобы ты съездила со мной в Москву.

— Нет, — заявляю сразу же.

Миша хмыкает, словно ожидал услышать нечто подобное. Не отводя пристального взгляда, делает шаг в сторону от меня. Сужает глаза, словно раздумывает о чем-то, после чего поворачивается и идет обратно на кухню.

— Это касается нашего сына, — бросает через плечо.

Мои колени подгибаются.

Глава 24

Сама не понимаю, как так получилось, что я поехала с Мишей.

Завтрак у нас, в итоге, не состоялся. Я просто не могла запихнуть в себя ни крошки. Услышать от мужа упоминание о нашем сыне оказалось слишком больно. Я даже осела на пол. Миша тут же снова подошел ко мне, поднял и отнес в гостиную. Пока он суетился вокруг меня, я смотрела в одну точку и никак не могла прийти в себя. Очнулась только после того, как Миша пригрозил вызвать скорую.

Упоминание о докторах вызвало непроизвольную дикую реакцию — я начала отползать к спинке дивана. Слезы застелили взор. Единственное, что я чувствовала — это сильные руки, крепко обнимающие меня.

Впервые за столько месяцев я сорвалась, и из-за этого было жутко страшно. Казалось, давно забытые страдания вернулись. Накатили огненной волной, которая сжигала душу.

Благо, спустя какое-то время, я более или менее я пришла в себя.

После чего события понеслись вскачь. Из всего происходящего, мне удавалось вылавливать только какие-то детали.