Развод. Приручить Бандита (СИ) - Лакс Айрин - Страница 8

— Так надо, Варюш. Это временно, клянусь. Тем более… Нам сейчас расширяться нужно, как считаешь?

Снова палю на живот. Внутри екает. Я не могу представить Варьку пузатой. Она же такая тонкая, хрупкая девочка… Милая и домашняя. Почему в картинку не вписывается ее образ с ребенком? Только потому, что я ни хера об этом не знаю? Но если я в чем-то уверен, так это в том, что детишек нужно заводить с такими, как она, серьезными, уверенными и очень-очень ответственными девчонками. Разбитности шалав здесь не место… Той, которая подмахнуть пиздой не прочь налево и направо.

— Все чисто, — отчитывается Шустрый, заглянув в салон и вдруг галантно раскрывает перед Варей дверь. — Прошу.

— Благодарю, Кирилл, — кивает она, выскользнув.

Залыбился в ответ.

Я рвусь между желанием всечь ему в печень и необходимостью двинуть за Варей.

Выбираю второе, разумеется, мне нельзя терять ни минуты, надо поскорее убедить ее, что все под контролем, но Шустрого надо на место поставить.

Нехер перед моей бабой двери распахивать. У меня самого руки на это имеются!

Глава 17

Варя

— Мне здесь не нравится!

Мирон топчется рядом. То обнимет, то в щечку чмокнет, то на животе ладонь подержит…

— Почему?

— Потому что.

— Варь, ты четко скажи, че не так. Размах бомбезный. Территория огромная. Стильно. Ну?

— Эта квартира… — подбираю слова.

Обвожу интерьер.

— Безусловно, стильная, но…

Взгляд упирается в целую шеренгу картин с голыми женскими телами.

— Но эта квартира — квартира для вечеринок.

Мирон

— Сиськи уберут, если ты об этом.

Хотя я бы оставил. Они ничего такие, кайфовенькие картины, работы какого-то фотографа. Кстати, кажется, даже баба снимала, не мужик. Умная баба, с четким пониманием сексуальности женского тела. Знаменитая баба, словом. Работы ее дорого стоят, а тут… целая галерея. Так что все по фен-шую, и я никак не пойму, что не так.

— И что вместо них? Члены повесят? Может быть торсы мужчин? Я не против, — хмыкает.

— Так.

Не нравится мне мысль эта. Мелькнула и опалила.

— Снимут и уберут. Повесят, что захочешь.

— Мужиков пусть повесят.

— Варя.

— Что?! — повышает голос, потом останавливается и дышит часто-часто. — Здесь даже барная стойка…

Огромная, кайфовая, широкая. На такую стойку бы подсадить и шпилить до посинения..

— И стулья в виде женских задниц. Эта квартира для вечеринок, но не для жилья! И кровать… пошлая.

Большая, круглая, крутящаяся. Над ней еще кольца какие-то. Слышал, их можно туда-сюда двигать и затейливо трахаться на весу. Словам…

— Траходром какой-то. Мне здесь некомфортно.

Опалило изнутри. Из уст Вареньки слышать слово трах…

— И с тобой мне тоже некомфортно, Мирон. Потому что я понимаю, что вот такая жизнь — для тебя привычная, но не для меня. Давай обсудим развод… — обводит взглядом помещение и выбирает присесть на диванчик.

Ваза на столе наполнена гондонами.

Варя перебирает их пальчиками.

— Есть даже резинки для орального секса. Тебе клубничный или банановый? Чем хочешь пахнуть?

— Выбирай себе по вкусу, Варь. Тебе же пробовать. Мужику похер, чем пахнуть, когда у него сосут!

Встаю перед ней, роняю руку на пряжку ремня.

— Так что, распечатаем один гондон?

— Угу… — снова ныряет в вазочку. — Вот, пожалуй, с этого начнем. Леденец для кунилингуса! — бросает в меня дерзкий, острый взгляд. — Ты же хотел извиниться…

— На слабо меня брать не стоит. Я возьму и сделаю…

— Бери и делай!

— Возьму. Но и тебе, Варька… Взять придется… — меня уже несет.

Взять и проглотить эту ситуацию.

— Ты для начала выполни свою часть сделки, Мирон… А то у тебя с этим как-то не очень хорошо выходит пока… Ты ведь мне обещал любовь до гроба, верность и совсем другую жизнь, а не прятки по хатам…

— Траходром, я запомнил. Сейчас мы его с тобой раскачаем, как следует! — протягиваю ладонь. — Давай свой леденец!

Глава 18

Варя

Я думала, Мирон не поведется!

А он… Сверкает своими порочными бесстыжими глазищами и облизнулся… Точь-в-точь, как голодный хищник перед маленьким, глупым крольчонком, которому некуда деваться.

И, самое паршивое, что я не только дрожу, как крольчонок, ощущая себя настолько же доступной и незащищенной. Нет, не только опасность меня настолько смутила…

Меня еще и в жар бросило.

Приятный, будоражащий жар, который всегда возникал от нашего контакта в прошлом. Но тогда я была влюблена в Мирона и видела его совсем другим.

Я не видела в нем ни одну темную сторону, влюбленность даже сомнительные моменты способна раскрасить в позитивные цвета!

Действительно, у меня на глазах были розовые очки. Но, справедливости ради, Мирон Калашников всегда был ко мне внимателен, галантен, заботлив… Настоящий кавалер, о котором мечтает любая девушка. Как он целовался, оооо… Мои колени подкашивались, ступни отрывались от пола, он любил меня покружить при встрече.

Мне казалось это безумно чувственным, романтичным! Даже в голову не приходило, что это слишком приторно, нет.

Я все-все принимала за чистую монету!

Теперь-то я понимаю, что Мирон меня дурил и кружил мне голову и в прямом, и в переносном смысле. Просто дурочку, которую ведет из стороны в сторону, зацелованную донельзя, проще обманывать.

Но теперь я не обманусь им..

Ни за что!

И чего я не ожидала, так это того, что Мирон поведется на мою провокацию, а ведь я импровизировала.

Просто мой взгляд упал на вазу с порно штучками: тут тебе и презервативы на любой вкус и размер, и конфетки для пошлых развлечений, и даже кубики Камасутры с изображениями поз для секса.

Леденец для кунилингуса лежал на самом верху, рядом с презервативами для минета, вот я и ляпнула!

Просто так…

Не ожидала, что Мирон согласится на… это.

Подобных ласк Мирон себе не позволял.

Пальцами он у меня между ножек всегда орудовал охотно и членом тоже весьма любил потрудиться, но губами и языком не ласкал ни разу. Даже не заикался, а я сама… не просила. Да, мне было любопытно, но смелости не хватало попросить его сделать это…

Кроме того, такие ласки казались мне слишком откровенными, на грани пошлости.

Мы всегда занимались любовью, а не сексом. Он был со мной деликатен, заботлив…

И только сейчас я понимаю: Мирону Калашникову такие сюси-пуси постельные ласки с заботой о партнерше, может быть, нравились.

Калашу такие развлечения точно были не по вкусу.

Иначе бы не было рядом с ним той разнузданной шалавы и вот таких квартир в быстром доступе, в которых каждый угол, предмет мебели и даже угощения — все намекает на секс, кричит о нем…

Теперь я в раздрае моего любимого Мироши нет, и оказывается, никогда и не было.

На его месте другой мужчина — нахрапистый задира, грубый молодчик, который любит пошлые развлечения, матерится хуже алкаша и зыркает так грозно, что можно намочить трусики… Но не от того, что возбудилась.

— Мне нужно… — выдавливаю из себя. — Нужно сходить в душ.

— Пошалить хочешь немного? Подсказать тебе самый кайфовый режим на лейке? — придвигается плавно, поигрывая мускулами.

А ведь он… здоровый и опасный!

Ох, почему я раньше этого не замечала… Он был знакомым, уютным и большим мишкой…

Но теперь это жуткий медведь гризли, и он готов меня слопать!

— Могу настроить, — продолжает он и добавляет пошло. — Намой свою девочку хорошенько… Разомни пальчиками, — закусывает губу.

Роняет ладонь на ремень, мой взгляд опускается туда же и буквально напарывается на мощную эрекцию.

Нет, для меня не новость, что у него… большой… Но я впервые вижу, чтобы у него вот такой толстый дрын рвался наружу из штанов.

Обычно он был таким голодным только на свиданках, а в повседневности, до того, как отправился на зону… Не припомню.