"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Чагин Павел - Страница 216

– Ну, предположим, согласился ты потому что не хотел сдохнуть в каменном мешке, – мне тоже было что сказать, – поэтому не стоит выгораживать себя, Реджинальд.

– Реджинальд?! – Элизабет моргнула и прижала к губам ладонь.

– Да, Реджинальд фон Рествуд, дядя нашей малышки Эллы, – подтвердил я, – он, как и покойный Ференц, должен был присматривать за домом, ну и заодно постараться отыскать знаменитое Око Тьмы. Кстати, а где она? Я имею в виду Эллу. Ты оставила её там, у демонов?

– Да, она осталась с правителем Шорфаром, здесь сейчас слишком опасно, – не отрывая взгляда от Реджинальда, проговорила сестрица. – Но как ты стал… Келеном?

Мне вот тоже очень интересно, как, судя по всему, и всем присутствующим. Демоны, так те просто превратились в два больших уха, страясь не пропустить ни крошки информации и делая при этом вид, что их тут вообще нет.

– Вы ведь хотели, чтобы я отыскал загадочный артефакт, который то ли был, то ли нет, – Реджинальд не сводил с меня горящего взгляда, в котором смешалось столько различных чувств, что я не взялся бы их перечислять, – и знаете, магистр, я ведь его нашёл. Каким был мой путь к нему, я рассказывать не стану, потому что это не только моя тайна. Но таких мучений, через которые прошёл я, не пожелаю никому, даже вам, магистр Даргеро. В итоге Око Тьмы приняло меня и сделало тем, кем я стал. Повелитель мёртвых Франгая отдал мне свою тайную резиденцию, и теперь Повелитель Франгая – я, тот, кто когда-то был бароном Реджинальдом фон Рествудом.

Глава 27

Келен

Когда я увидел магистра Даргеро, то где-то внутри возникло и оформилось понимание одной простой вещи: началось.

То, к чему мы готовились все эти месяцы, подобралось уже совсем близко, оно практически дышит нам в затылок.

Красавчик Даргеро изменился за то время, что я его не видел: он стал не просто старше, он пережил глобальные внутренние изменения. Теперь-то я мог легко видеть такие вещи, особенно если от меня не старались закрыться. А магистр был потрясён настолько, что и не подумал выставить даже минимальные щиты, прячущие эмоции. Удивление, растерянность, страх, недоумение, зависть – этот коктейль обрушился на меня и заставил поморщиться. Захотелось даже перекинуться обратно в драконью форму, но я пришёл говорить, а произносить слова не предназначенной для этого пастью очень неудобно.

– Лиз, когда-нибудь, когда всё закончится, я расскажу тебе эту историю, и, поверь, это будет не хуже тех сказок, что так любят рассказывать менестрели, – пообещал я, понимая, что если мы сейчас начнём разбираться, кто есть кто, как всё это получилось и кто кому что должен, то враг успеет не только подобраться вплотную, но и уничтожить всё, до чего дотянется.

– Что на границах, Келен? – кивнув, спросила Лиз, давая понять, что поняла и приняла мою позицию.

– Плохо на границах, – я не собирался скрывать правду: а смысл? – Север постепенно выстывает, начинает промерзать. Мы, конечно, отлавливаем гольцов, которые зарывают ледяные артефакты, но разведчики выбиваются из сил, особенно живые, которым хотя бы иногда нужно есть и спать. Однако мы держимся, и скажу честно: без подданных Шегрила я не справился бы.

– Гольцов? – нахмурился Даргеро. – Я имел сомнительное удовольствие встречаться с этими существами. Насколько я понял, они боятся только огня и магии дочерей Безмолвной. Те знают какие-то наговоры, которые не совсем понятным мне образом вплетают в заклятья. Дико, порой примитивно, непрофессионально, но очень эффективно, я имел возможность в этом убедиться лично.

– Каспер, а где Минни? – неожиданно тихо спросила Лиз, и во взгляде магистра промелькнуло явное желание прибить разговорчивую родственницу. Интересно, что такого в очередной раз натворил Даргеро, что его так рассердил простой, казалось бы, вопрос?

– Это долгая история, – неохотно ответил он, глядя куда-то в сторону, – нас разделили в тот день, когда мы попали в плен к людям Владыки Севера. Но потом, совсем недавно, я узнал, что она и ещё один наш спутник смогли бежать. Надеюсь, им повезло больше, чем мне, и они смогли избежать сомнительного удовольствия полгода болтаться в глуши, а потом и вовсе путешествовать по самым дальним окраинам мира. Не исключаю, что она нашла приют у своей подруги, настоятельницы Ирманской обители. В любом случае, я не располагаю сведениями о ней, Элизабет.

Я смотрел на магистра и понимал, что в данном конкретном случае он не лжёт, он действительно не знает. Догадывается, предполагает, но не может утверждать наверняка. Он о многом умалчивает, но угрозы я от него не ощущаю. Помогать он будет, но не потому что считает это единственно верным решением, а потому что сейчас ему так выгодно. В этом плане магистр Каспер Даргеро совершенно не изменился.

– Послушай, Реджинальд… или тебя теперь правильнее называть Келеном? – он оценивающе посмотрел на меня, словно мы снова находились в комнате, куда меня привели из камеры. – Армия движется с севера в сторону Франгая. Тревор не собирается идти на империю, его в первую очередь интересует именно Франгай с его источниками силы. Он прекрасно понимает, что среди людей слишком мало магов, чтобы оказать ему достойное сопротивление. Если падёт Франгай, то империя сама свалится ему в руки как переспевшее яблоко. Маги разобщены, Совет будет месяц решать, кого и куда послать, а простых горожан и крестьян он сметёт, даже не заметив. Поэтому он идёт сюда, здесь всё решится. Скажи, у вас достаточно большая армия?

Повисло тяжёлое молчание, которое мне пришлось нарушить, заставив себя говорить исключительно о деле. Но как же мне хотелось выпустить хотя бы капельку своей силы и показать зарвавшемуся аристократу, кто сейчас представляет собой реальную силу. Но я понимал, что буду выглядеть глупо, по-детски, да и какая мне, в сущности, разница, что думает и говорит Каспер Даргеро?

– У нас нет армии в её традиционном понимании, – спокойно сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и уверенно, – нам просто неоткуда её взять в лесу. Странно, что ты этого не понимаешь.

Услышав такое обращение магистр явно хотел что-то сказать, но, к моему удивлению, промолчал. Наверное, решил, что сейчас не это главное, и я не мог с ним не согласиться.

– Мы уже достаточно давно строим ловушки, ликвидируем закопанные гольцами артефакты, используем все ресурсы, чтобы создать на границе Франгая хоть какой-то щит, который позволит нам задержать врага на дальних подступах.

– У Тревора сотни бойцов, который идут за ним не из страха, а потому что он пообещал им исполнение заветных желаний, – заговорил Даргеро, – да, они не профессиональные воины, но их много. Их очень много…

– Сколько среди них магов? – неожиданно вступил в разговор один из демонов. – Каспер сказал, что они боятся огня. Большинство демонов – маги огня, и если Элиж-Бэт попросит своего отца, уверен, что он даст ей десяток воинов, который значительно усилят ваши… наши позиции.

– Думаю, оставим это на крайний случай, – сказал я, – у нас есть те, кто уже не боится смерти, просто потому что они уже мертвы, но Франгай – их дом, поэтому они станут сражаться за него до последнего.

– Чисто психологически это хорошее оружие, – подумав, признал магистр, – в армии Владыки много бывших крестьян, которые пошли за лучшей долей. Эти плебеи суеверны, и против живых мертвецов не пойдут, просто побоятся.

– Наше основное преимущество в том, что враг не ждёт сопротивления, – снова заговорил я, – северная граница леса сейчас представляет собой сплошную череду ловушек. Мне удалось договориться с кайросами, они признали меня и оказывают помощь, переоценить которую почти невозможно.

– На сколько человек может повлиять один кайрос? – быстро спросил магистр.

– Не меньше двух десятков, – ответил я, вспомнив, сколько сил и времени мы убили на то, чтобы понять, на каком предельном расстоянии действует ментальное воздействие кайросов и сколько человек под него подпадает. Но выяснили же!