"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Чагин Павел - Страница 23

Глава 8

Максимилиан

Я с тихой ненавистью смотрел на женщину, сидящую в кресле напротив меня, и пытался разобраться в собственных мыслях и ощущениях. Именно в таком порядке: я с детства усвоил, что любое нарушение привычного хода вещей нужно сначала проанализировать, и уже только потом давать волю чувствам, если, конечно, они возникают.

Сестра… Забавно – никогда не имел никаких родственников кроме матери, поэтому всегда испытывал определённый интерес к тому, что чувствуют другие по отношению к братьям, сёстрам и прочим кровным родичам. И сейчас тщательно анализировал своё состояние, стараясь чётко определить: что я чувствую к ней. Ответ напрашивался совершенно конкретный: ничего кроме необъяснимой неприязни, граничащей с ненавистью.

Нет, как маг, как учёный я испытывал и интерес, и любопытство, и нетерпеливое желание изучить это существо. Вот, наверное, причина – я воспринимал её именно как странное и загадочное существо, а не как человека и уж тем более не как сестру. Нелепо даже думать в таком ключе: я прекрасно существовал все эти годы без родственников и дальше предпочту жить без них. Это гораздо спокойнее и безопаснее, причём для потенциальных родичей в первую очередь.

Впрочем, с такими охранниками, как эти трое… По поводу забравшего продукты толстяка ничего сказать не могу, а эти – старик Освальд, молодой Домиан и тот, которого мы видели в ипостаси змеи, – они не просто сильны, они смертельно опасны даже для меня, каким бы болезненным для моего самолюбия это ни было.

Внутри заворочался и недовольно заворчал демон, который тоже не слишком любил подобные сюрпризы. Но с ним я разберусь позже: к счастью, прямого желания убить новоявленную сестрицу он пока не высказывал. А там посмотрим…

Изобразить заботу и желание как можно ближе познакомиться со старшей сестрой мне не составило труда, и, кажется, она даже поверила в это, в отличие от того же Каспера, недоверчивый взгляд которого я успел заметить.

– Нет, Лиз останется здесь. Это не обсуждается, – спокойный, но категоричный ответ Домиана вызвал в душе жаркую волну гнева, который мне пока удавалось контролировать. Кто он такой, чтобы спорить со мной, чтобы не выполнять мои приказы?! В империи таких безумцев уже практически не осталось.

– Почему? – спросил я, тщательно контролируя интонацию, потому как нет более бессмысленного поступка, чем провокация конфликта с противником, сил которого не знаешь. – Почему я не могу забрать сестру с собой?

Слово «сестра» далось с определённым усилием, но сейчас не до мелочей, в этом противостоянии здесь и сейчас определяется слишком многое.

– Мы должны лучше узнать друг друга, понять, нам столько нужно друг другу рассказать! – продолжил я, придав голосу тщательно дозируемую восторженность, и тут же наткнулся на насмешливый взгляд Домиана. Меня очень неприятно удивило открытие, что, кажется, мои мысли и намерения абсолютно не являются для него секретом. И это при моей мощнейшей защите от ментального проникновения? Да кто же он такой?

– Ты хочешь узнать, кто я? – Домиан даже не пытался скрыть то, что читает меня, словно раскрытую книгу. – А ты уверен, полудемон, что это те знания, которых ты достоин?

– Ты хочешь оскорбить меня? – я почувствовал, как алая пелена бешенства начинает туманить взгляд, как с довольным рычанием ждёт момента временной свободы скованный внутри демон.

– Нет, – вступил в разговор старик с жёлтыми глазами, Освальд, – мы просто хотим, чтобы ты понял один раз и навсегда: Лиз останется здесь, с нами. Это её дом. Мы поклялись защищать и оберегать её, и ничто не заставит нас нарушить данное императрице Элизабет слово. Ты, близкий по крови, можешь приходить. Но она не пойдёт с тобой, и это не предмет обсуждения или торга.

Демон внутри меня взревел и вырвался на свободу, привычно окутав хрупкую человеческую фигуру чёрно-багровым коконом. Я чувствовал, как напряглись мощные, готовые в любой момент распахнуться крылья, как полыхнули алым огнём глаза. Как всегда, я почти застонал от наслаждения, которое испытывал, высвобождая свою вторую сущность, с годами становящуюся всё сильнее и кровожаднее.

Я боковым зрением заметил, как отшатнулся Каспер, прекрасно знающий, что в этой ипостаси я опасен и непредсказуем гораздо больше, чем в человеческой. Замерла в своём кресле Лиз, глядя на меня огромными ярко-голубыми глазами, в которых читалось изумление, смешанное со страхом. И это было правильно.

Неправильной была реакция моей демонической сущности на неё. Мой внутренний демон внезапно принюхался, громко втянув воздух, и тряхнул рогатой головой, словно отгоняя назойливую муху. Затем сложил крылья, убрал хлыст и неожиданно протянул женщине руку…точнее, лапу. С длинными такими чёрными когтями.

Лиз беспомощно посмотрела на своих охранников, но они молчали, а на всегда невозмутимом лице Домиана даже скользнула тень удивления и удовлетворения. И, так как они не продемонстрировали беспокойства, Лиз очень аккуратно положила на мою руку свою ладошку, выглядящую особенно хрупкой по контрасту с огромной демонической конечностью. Острый коготь осторожно кольнул человеческую ладонь, и длинный раздвоенный язык бережно слизнул капельку алой крови. Ничего не произошло, но в моём человеческом сознании сформировалась и укрепилась дикая в своей нелогичности мысль, что мой демон никогда не причинит вреда этой женщине. Ибо он помнит свою страсть, свою пусть извращённую, но любовь к той, что дала ей жизнь. И что он готов её защищать…даже от меня самого.

Я не мог ничего поделать, так как сейчас, в данный конкретный момент, моя вторая тёмная сторона почти полностью вытеснила человеческую составляющую: мир слегка расплылся и воспринимался как сплетение энергетических нитей и пластов, запахи лавиной обрушились со всех сторон, но удивительнее всего было то, как выглядели те, с кем Бесшумный свёл меня.

Обычно люди для моего демона выглядели как силуэты, пронизанные большим или меньшим, в зависимости от силы дара, количеством силовых нитей. Сейчас же привычно выглядел только Каспер, энергетический узор которого мне был давно знаком и понятен.

Домиан и Освальд виделись мне как одинаково бесформенные, лишь отдалённо напоминающие человеческие фигуры бурлящие облака силы, не имеющей ничего общего ни с одной, знакомой мне. Причём сила эта была настолько мощной и…невероятно древней, что я сам себе показался бабочкой-однодневкой, вся жизнь которой – мгновение по сравнению с их бесконечным существованием. Мой демон потянулся к ней и остановился, словно обжёгшись, а затем покорно склонил голову, признавая за этими двумя право сильнейшего. Не понял! Этого не может быть, потому что просто не может быть никогда! Я пытался вызвать столь характерную для моего демона ярость, но она словно заснула. Чёрно-алый кокон вокруг меня побледнел, а затем и вовсе растворился, демон замер внутри, словно потрясённый чем-то.

Как же она раздражала меня, эта внезапно объявившаяся сестрица, причём больше всего тем, что я до сих пор не мог понять, чего от неё ждать. В то, что она никак не попытается использовать наше родство, я не верил ни секунды. Нужно быть совершенно безмозглым существом, чтобы упустить такую возможность. Хотя, возможно, она таковым и является, время покажет.

То, что она остаётся в этом странном месте, тоже после того, как схлынули первые эмоции, стало казаться наиболее удачным вариантом. Ну куда бы я её дел? Привёл во дворец и представил подданным? Даже не смешно. Во-первых, для того, чтобы она хоть немного стала походить на члена императорской семьи, над ней пришлось бы работать и работать. Во-вторых, зачем мне под боком та, кого умные люди, а в наличии таковых в империи я не сомневался, смогут использовать в играх против меня. В-третьих, это возобновит интерес к исчезновению матери, а мне это абсолютно не нужно по миллиону самых разных причин. Нашлось бы и в-четвёртых, и в-пятых, но вполне достаточно уже названного.