"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Чагин Павел - Страница 529

– Хм, я никогда не думала об этом с такой стороны… блин, ты меня только запутал!

– О, кажется, подъезжаем, наконец-то, – поставил я точку в разговоре, да и действительно – за окном уже виднелась Эра.

По прибытии нас уже встречали, хм, уважают, согнали чуть ли не усиленную роту Рыцарей Рун, возглавляемую знакомыми мне капитаном и жабом (хотя на счет последнего я не уверен, все эти амфибии на одно лиц… хотя нет, скорее все-таки морду).

– Маг Сефирот, вы задержаны по подозрению в особо тяжком преступлении, а именно – незаконной практике в магии Жизни и воскрешении. Ваши руки, – последнюю фразу он закончил злорадно, кажется, это все-таки именно тот жаб, или ему рассказали? Протягиваю руки и на них защелкиваются противомагические кандалы… хм, странное ощущение, Перевооружение закрыто точно, а вот все остальное… ослаблено, конечно, но все-таки доступно, интересно, это потому, что исходит от меня, а не от тела, или тут дело в «драгонслеерности»? Или просто мой резерв и мощность вышла на уровень, когда такие кандалы уже не помогают? Хотя последнее вряд ли, думаю, если сильно поискать, то в закромах Совета можно найти такое, что и дракона удержит… хотя бы некоторое время. На всякий случай незаметно попробовал наручники на прочность, что ж, если дело примет совсем хреновый оборот, то просто на голой физике их порву и тогда уже мы поговорим с Советом с другой позиции, думаю, такой трюк их впечатлит.

Тем временем, меня проводили в тюремный магокат, в отличие от прошлого раза, в этот мне был предоставлен настоящий броневик, с толщиной листов наверное сантиметра в два-три, с четырьмя мощными запорами снаружи… м-да, точно уважают, это ж сколько такая дура весит и сколько магии на свое перемещение жрет? На последний вопрос ответ я получил почти сразу – как только повозка тронулась, я ощутил отток сил, не скажу, что слишком большой (во всяком случае, для меня), но чувствительный, а если ехать далеко… В логике Совету не откажешь, зачем истощать охрану и давать шанс заключенному, когда можно сделать с точностью до наоборот? Ур, как свидетельницу (хорошо, хоть не вещественное доказательство, с них бы сталось… хотя нет, инстинкт самосохранения никто ещё не отменял, пусть у местных он и здорово урезан), пригласили в соседний автомобиль, с виду вполне стандартный.

Как и в прошлый раз, Совет не стал медлить, так что с корабля на бал, как говорится, хех, ведь могут реагировать быстро, когда прижмет. Знакомый зал, знакомые все лица… хотя нет, не все, в прошлый раз отряда рыцарей тут не было. Не важно, вот Уртир, на меня ноль внимания, а вот Ур буравят таким взглядом, словно ищут место, куда бы сподручнее воткнуть что-нибудь острое, даже эмоции соответствующие, блин, если бы не знал, что все было устроено заранее, подумал, что Уртир прилагает чудовищные усилия, чтобы не вцепиться в горло матери прямо тут. Ага, мой любимый «Гендальф» (хм, а как его зовут на самом-то деле, а хотя… какая разница?) зачитывает обвинение, не забыв упомянуть, что меня «сдала» моя собственная гильдия, хм ну и чего меня так буравит взглядом, думает, что я огорчусь? Хм, а вот и заклинание Правды – после первого раза я таки выяснил, что это было за воздействие. Плетение просто не дает возможности врать, точнее, все окружающие сразу почувствуют ложь, а вот недоговаривать и слегка «играть» фактами вполне можно. Ладно, пора начать огорчать главного ненавистника фей.

– Спасибо, – доброжелательно ему улыбнуться, – я в курсе, ведь, как никак, сам попросил Мастера доложить об этом инциденте, а то, знаете ли, маги Совета порой реагируют… слишком бурно и могут, конечно же, предосторожности ради, обвинить гильдию в пособничестве и укрывательстве… зачем же допускать такое? – ни слова лжи, но сколько намеков, фактически, я обвинил Совет в трусости и предвзятости, вот только смотрел в тот момент я на конкретного человека и интонации подбирал тщательно, обращался-то я, по сути, только к одному человеку и он это обращение понял правильно…

– Подсудимый, следите за вашими словами, иначе вам ещё будет предъявлено обвинение в неуважении к Совету, – скрип зубов этого старичка я слышал даже отсюда, и почему мне кажется, что именно меня он не любит больше, чем всю гильдию… уж не с его ли счета снимали прошлую компенсацию? – впрочем, – продолжал оратор, – в вашем положении это особой роли не сыграет, – теперь в голосе отчетливо чувствовалось злорадство, – итак, вы признаете себя виновным в использовании запрещенной магии и воскрешении присутствующей здесь женщины, ранее именуемой Ур Милкович? – так, а вот это плохо, на данный момент Ур даже не считают человеком… зря он так, зря, если я прощу, то Уртир то уж точно объяснит старичку, насколько он неправ… если успеет до него добраться раньше Ур.

– Нет, не признаю и требую предоставить доказательства, – так, улыбаться уже хватит, пора вести себя серьёзно… может быть.

– Ты издеваешься, сопляк? Какие ещё нужны доказательства, если мертвая волшебница стоит за твоей спиной? – хм, как бы Гендальфа сердечный приступ не схватил.

– Я бы попросил вас следить за словами, пусть я и обвиняемый, но право вызвать на дуэль все ещё имею. Секретарь! – обращаюсь я к жабу, – пожалуйста, дайте определение понятию «воскрешение».

– Воскрешение есть возвращение к жизни умершего путем вырывания его души из-за Грани и вселения в подходящую оболочку. Как правило, такой ритуал сопровождается человеческими жертвоприношениями, дабы собрать достаточное количество энергии для выдергивания души, а также «открытия тропы» за Грань.

– К чему вы клоните? – задала вопрос пожилая женщина, сидевшая рядом с Оугом, кажется, именно так звали «Гендальфа».

– Сейчас я поясню, но для этого мне вновь потребуется помощь секретаря, – получив кивок от, на этот раз Ямы (кажется, Макарыч опять попал на хавчик, хе-хе), я обратился к секретарю повторно, – пожалуйста, расскажите нам по какому принципу действует «Ледяная Ракушка».

– Маг превращает свое тело в нетающий лед и заключает в нём жертву, тем самым замуровывая себя вместе с ней навечно, – коротко и по существу ответил секретарь.

– То есть, душа мага остается во льду?

– Да, – хех, судя по некоторым ухмылкам магов, к чему я веду, они уже поняли.

– Таким образом, ритуал, что я применил на Ур Милкович не может считаться воскрешением и должно расцениваться как магическое воздействие комплексного вида. В случае, если что-то из моих действий вызвало её неудовольствие, она может обратиться с жалобой в Совет или к главе моей гильдии, и жалоб на мои действия, насколько я знаю, от неё в Совет не поступало, – теперь я точно уловил смешок, кажется, кого-то из рыцарей.

– Как расценивать ваше «воздействие комплексного вида» – решать нам, к тому же, это не отменяет то, что вы пользовались запрещенной магией, да и тело для «вселения души» добыто неизвестным путем, – Оуг уже искрил, м-да, чувствую, он попытается сделать меня козлом отпущения в любом случае, вот только он не глава Совета, так что все опять решит голосование, так, три голоса у меня есть минимум (Джерар очень уж заинтересованно на меня поглядывает, переигрывает планы по использованию тела?), значит, нужно убедить ещё хотя бы двоих…

– Уважаемый секретарь, – начал было я, но был прерван вспышками странного кашля среди Рыцарей Рун, – кхм, м-да, не могли бы вы зачитать точную формулировку закона о запрете применения магии Жизни, а именно, список запрещённых действий, – уже без разрешения совета, жаб послушно начал зачитывать с Архива список запрещенных деяний. Минут на двадцать его растянул и это – нудным канцелярским стилем, готов поклясться, к концу списка я слышал похрапывания! Если же перевести с бюрократического на нормальный фиорский, то запрещалось создавать живые организмы, оживлять организмы неживые, а также смешивать эти самые организмы, придавая им свойства, коих до этого они иметь не могли. Единственным исключением был сам маг – с собой он имел право творить что угодно, но без навыков, наработать которые можно было только запрещенными способами, лезть в свою тушку – это ну очень изощренный способ самоубийства. А, ну ещё полностью было запрещено использовать данный вид магии на разумных.