Банный бизнес попаданки (СИ) - Иконникова Ольга - Страница 18

Дрова для бани я взяла осиновые. От хвойных было слишком много искр, что в таком маленьком деревянном помещении было опасным.

Я сложила дрова костерком, наломала мелко нащипанной лучины, с помощью огнива добыла огонь. Присела было на лавку, дожидаясь, пока разгорятся дрова, но дым одолел, заставил выскочить на улицу.

Я спустилась к реке, смочила щипавшие от едкого дыма глаза, постояла немного на угоре, наслаждаясь прохладой. Потом вернулась в баню, чтобы еще подкинуть дров.

Сходила в дом, выпила горячего травяного чаю – и снова в баню. Разворошила кочергой жаркие, сверкающие алыми бликами угли, потом сходила в лес, наломала мягких, пушистых, ласкающих кожу пихтовых и острых, колючих, словно иголки ежика, сосновых веток. Париться я привыкла березовым веником, но на дворе было уже не лето, и таких веников взять было неоткуда.

Потом я взяла большой металлический противень и выгребла на него угли из печи, а на камни плесканула немного воды. Теперь нужно подождать еще немного, пока воздух в бане не станет совсем комфортным.

Снова пошла в дом, чтобы собрать чистое белье и позвать с собой Дженни. Но девочка вдруг заартачилась.

— Нет, мадемуазель Аннабел, я не пойду туда! — она замотала головой и попятилась от меня к стене. — Там жарко, как в печи!

Оказалось, что пока я ходила в лес за вениками, они с Нинеллой уже успели заглянуть в баню и испугаться того жара, который шел из двери. Много ли надо ребенку, чтобы навоображать себе всяких ужасов?

Летти тоже заявила, что ни в какую баню она не пойдет, лучше вымоется из лоханки в сараюшке. Да, холодно, да, неудобно, зато надежно.

Настаивать я не стала. Была уверена, что они переменят свое мнение, когда увидят результат. А пойти в баню им лучше будет как раз попозже, когда там будет уже не так жарко.

Предбанник был совсем крохотный — только, чтобы было место раздеться. Я сбросила пропахшую дымом одежду и вошла в основное помещение, служившее и моечной, и парилкой. Я переступила через порог и едва не замурлыкала, вдохнув пропитанный запаренной хвоей воздух.

Сначала я просто полежала на полке, а потом с удовольствием похлестала себя пихтовым веником.

Ох, с каким наслаждением я мылась! И пусть у меня не было шампуня и мыла, щелок всё-таки в какой-то степени их заменить. Потом можно будет поискать для этих целей и что-то другое. В качестве шампуня можно использовать простоквашу, отвары трав и даже глину.

Я долго сидела на поставленном в предбаннике топчане, и мои домашние меня уже потеряли. Когда я вышла из бани, и Дженни, и Нинелла, и Летиция стояли на крыльце и смотрели в сторону бани с большой тревогой.

— Ну, что? — рассмеялась я. — Не хотите туда заглянуть?

Глава 24

Они заходили в баню, как в логово огнедышащего змея. И разумеется, я даже не предлагала им париться.

— Вы можете даже не закрывать дверь, тогда там будет совсем не жарко. Но уж поверьте, что мыться там будет куда лучше, чем в холодном сарае.

И Нинелла, и Летти всё еще недоверчиво покачивали головами, но всё-таки согласились попробовать и отправились в дом за чистым бельем и полотенцами. А Дженни я решила помыть уже после них. Когда она увидит, что с ними тоже ничего не случилось, то наверняка захочет пойти туда и сама. Тем более, что такой малышке, как она, там можно будет устроить даже ванну — достаточно будет перенести туда лохань из сарая.

Пока они мылись, я выставила на стол горячий чайник, пироги и малиновое варенье. И когда они пришли из бани — жаркие, раскрасневшиеся, но, кажется, вполне довольные, мы сели пить чай.

Ни та, ни другая еще не готовы были вслух признать, что им понравилось. Наоборот, ворчали, что там мало места и что в такой тесноте недолго ошпариться кипятком или обжечься о горячие камни. Но я понимала, что говорили они так исключительно из упрямства.

После чая я всё-таки уговорила Дженни помыться. Но для того, чтобы заставить ее войти в помывочную, мне пришлось настежь открыть двери в предбанник. А вот теплая вода, мягкий пар и хвойные ароматы быстро сделали свое дело, и вскоре уже в глазах девочки страх сменился тихой радостью.

А утром, едва проснувшись, я услышала разговор под окном. Летти говорила Нинелле, что впервые за долгое время она спала как младенец, и что ее не единожды застуженные колени совсем не ныли.

Это уже была пусть маленькая, но победа. И я была искренне рада тому, что смогла хоть что-то сделать для тех, кто стал сейчас моей семьей.

Разобравшись с этим делом, я решила написать письмо в поместье Арлингтонов. Сообщила, что у нас с Дженни всё хорошо и пожелала всем здоровья. Жаль было, что я не могла указать свой нынешний адрес, потому что не хотела, чтобы старый граф или Патрик вдруг решили вернуть нас домой. Здесь, в лесной усадьбе, мне было куда теплее, чем в огромном и уже чужом доме.

Через пару недель после того, как баня была готова, к нам пожаловал важный гость. Он приехал один и не в карете, а верхом. И когда я увидела его у наших ворот, то не сразу поверила глазам.

— Ваше сиятельство! Как хорошо, что вы приехали!

Я привязала его лошадь к изгороди и предложила ему войти в дом. Летти как раз вот-вот должна была позвать нас к обеду.

— Благодарю вас, мадемуазель Арлингтон, — ответил он, — но я заехал к вам буквально на минуту.

— Лучше называйте меня Анной Донован, — попросила я. — Моя хозяйка тоже решила, что будет лучше, если все станут считать нас с Дженни ее двоюродными племянницами.

— Ну, что же, это правильно, — одобрительно кивнул он. — А теперь, если вы позволите, я хотел бы посмотреть на то сооружение, о котором вы говорили. Джонс сказал мне, что он никогда не видел ничего подобного.

Я с удовольствием повела его в баню и объяснила ее устройство.

— Жаль только, ваше сиятельство, что сегодня не банный день, и я не могу показать вам всё это на практике. Но в любое время, как только вы пожелаете, я истоплю ее именно для вас, и вы сами сможете оценить все ее достоинства. Только сообщите о своем приезде, и вам не придется ждать.

— Какая любопытная затея, — улыбнулся он. — Неужели в ваших краях такое встречается сплошь и рядом?

Если я и смутилась, то совсем чуть-чуть. А потом подтвердила его предположение. Пусть думает, что в поместье Арлингтонов у нас была такая штука.

— Могу ли я нанести вам еще один визит, ваше сиятельство? — спросила я.

Я всё никак не могла выкинуть из головы идею соляного промысла. И теперь, когда я уже почти подружилась с графом Ланже, я уже решилась рассказать ему то, что не осмелилась бы доверить кому-то другому.

— Разумеется, мадемуазель! — поклонился он. — Вы могли бы не спрашивать меня об этом. Буду рад видеть вас у себя!

Пока он отвязывал своего коня, я забежала в дом и сообщила Нинелле о визите графа. Можно было не сомневаться, что она уже увидела гостя из окна, но в силу своего упрямства не пожелала выйти его поприветствовать.

— Ну, так что, — хмыкнула она, — если он прибыл, чтобы посмотреть на твою баню, то он же увидел ее, правда? Значит, мне совсем ни к чему к нему выходить.

Возможно, если бы она знала, что он не взял с нас за лес, что пошел на баню, даже медной монеты, она и отнеслась бы к его приезду по-другому. Но пока я не готова была ей об этом сказать. Сначала мне нужно было обсудить с ним свою новую идею.

До позднего вечера я рисовала на листах бумаги примерные сооружения, которые нам могли понадобиться — соляную шахту и солеварню. Там одним лесом было не обойтись, нам нужны будут и разные металлические конструкции, которые придется привозить издалека или заказывать местным кузнецам.

А на следующий день я снова отправилась в усадьбу графа Ланже. Дженни ранним утром отправилась с Нинеллой на рыбалку, так что я поехала одна. На этот раз я ехала туда уже с хорошим настроением. Но когда я въехала в ворота, настроение быстро переменилось.

У крыльца стояла карета. Кажется, у его сиятельства были гости, а это означало, что мы приехали напрасно. В присутствии посторонних я не готова была заводить нужный мне разговор. Да и отвлекать хозяина от куда более высоких особ мне совсем не хотелось.