Шаловливый король (ЛП) - Валентайн Мишель - Страница 12

— Ты будешь умолять меня, Марго. Я могу это обещать. — Он целует тёплую тропинку вниз по шее, продолжая работать над клитором с дразняще-медленной скоростью. — Я могу продолжать так всю ночь. Как думаешь, сколько пройдёт времени, прежде чем ты сдашься, и я буду трахать тебя без чувств прямо здесь, на этом столе? Хм?

Он вводит внутрь меня свой толстый палец, заставляя меня застонать.

— О, Боже.

— Скажи мне, как сильно тебе нужно, чтобы я тебя трахнул. Умоляй, Марго. Позволь мне владеть тобой.

Он двигает пальцем внутрь и наружу, каждый раз подгибая его в нужном месте, отчего всё моё тело покрывается мурашками. Я запрокидываю голову и стону, потираясь о основание его ладони.

— Какая жадная девочка. — Александр дразняще покусывает моё плечо, прежде чем прошептать — Ты знаешь, что я хочу услышать. Скажи это, и я дам тебе то, чего ты хочешь.

Мой мозг твердит, что я должна бороться с ним — что уступить ему будет проявлением слабости — но моё глупое тело слишком охотно и готово. Я хочу его. Я хочу, чтобы он сделал всё, что обещает. Я хочу, чтобы он заставил меня чувствовать себя хорошо.

Его большой палец щёлкает по клитору, и я всхлипываю.

О. Мой. Бог. Это больше, чем я могу вынести. Как, чёрт возьми, я должна ему сопротивляться, когда он так быстро довёл меня до края?

— Я жду, Марго, — рычит Александр.

Его требовательные слова заставляют меня содрогнуться, и в сочетании с тем, как чертовски хорошо он заставляет меня чувствовать себя рукой, я готова в пылу момента сделать почти всё, что он попросит.

Я распахиваю глаза и кусаю губу.

— Пожалуйста.

— Пожалуйста, что? — допытывается Александр, водя большим пальцем вокруг пульсирующего бугорка.

— Трахни меня, пожалуйста. Дай мне кончить. — Умоляющая интонация моего голоса повергает меня в ужас, но я знаю, что мой мозг полностью позволил телу взять верх здесь. Желание затуманивает меня до такой степени, что я едва могу мыслить здраво, не говоря уже о том, чтобы беспокоиться, насколько мне должно быть стыдно за то, что я умоляю этого мужчину дать мне то, чего хочу.

— Хорошая девочка. — Александр кусает губу, поднимая руки, чтобы обхватить моё лицо и заглянуть глубоко в глаза. — Я хотел попробовать тебя на вкус с того момента, как ты переступила порог моего офиса.

Его слова снова заставляют меня содрогнуться от возбуждения.

Он мягко целует мои губы.

— Я заставлю тебя кончить так сильно, что ты забудешь собственное имя.

Александр отступает и начинает расстёгивать рубашку, и мои пальцы горят желанием помочь сдвинуть её, чтобы увидеть его тело, но запястья остаются в манжетах, ограничивая движение. Если честно, я представляла, как он выглядит голым, раз двести. Я прикусываю губу, когда в поле зрения появляются его идеально очерченные кубики пресса, и он сбрасывает белую сорочку на пол.

Святая Мария, матерь Иосифа! Тело Александра лучше, чем я представляла в самых смелых мечтах. Рельеф его груди превосходит самых «облизываемых» мужчин из журналов, не говоря уже о бицепсах, которые выглядят потрясающе, и сексуальном V-образном изгибе на бёдрах, уходящем в брюки.

Кажется, я сейчас сойду с ума. Может ли этот мужчина быть ещё горячее?

Он усмехается, когда я не отвожу от него глаз.

— Только подумай… ты ещё даже не увидела лучшую часть меня.

Этот мужчина абсолютно порочен и непозволительно сексуален. Он — идеальный пример мужчины, который знает, чем одарён, и не боится быть самоуверенным. Уверенность так возбуждает.

Почти как стриптиз, Александр расстёгивает брюки, а затем сталкивает их вместе с боксёрскими трусами, оставляя кучкой на полу. Мои глаза расширяются при виде его полностью обнажённого тела. Он не шутил, когда говорил, что у него большой член. Я не из тех, кто обычно называет мужское достоинство прекрасным, но именно таков пенис Александра Кинга. Он гордо стоит во всей своей шелковистой красе, и мои пальцы жаждут прикоснуться к нему.

Кинг поворачивается к шкафу, хватает презерватив и открывает упаковку с маленькой серебристой вибро-пулей. Убедившись, что вибратор работает, он направляется ко мне с обоими предметами.

— Там много игрушек. Думаешь, нам стоит попробовать их все?

Мысль о том, что моё тело будет его игровой площадкой достаточно долго, чтобы испытать всё, что есть на этих полках, заставляет меня содрогнуться. Не думаю, что выдержу. Я уже почти готова взорваться, а он едва прикоснулся ко мне. Я бы точно не выжила.

Александр кладёт презерватив и затем прижимает губы к моим.

— Расслабься, Марго. Сегодняшняя ночь вся для тебя. Я не сделаю ничего, чего ты не захочешь. Ты можешь сказать мне остановиться в любой момент.

Мне хочется закричать, чтобы он просто снова прикоснулся ко мне. Никто ещё не держал меня на грани оргазма так долго. Этот мужчина сейчас сведёт меня с ума.

Его язык ищет вход в мой рот, и я таю.

— Раздвинь ноги.

Я делаю именно то, что он просит, и смотрю, как он целует тропинку вниз по моему телу, перекидывая мои ноги через оба плеча, опускаясь на колени. Он хватает меня за задницу, притягивая киску ближе к своему рту.

Его язык, щёлкающий по клитору, посылает через меня электрический разряд, и я шиплю.

— Господи.

— Нет, детка, это всего лишь я, — бормочет он, прежде чем ввести палец внутрь меня и лизнуть мои влажные складки. — Мм-мм. На вкус ты так же восхитительна, как я и ожидал.

Александр продолжает доводить меня до безумия, и желание протянуть руку и схватить горсть его густых волос, чтобы прижать его к себе, сильно, но связанные руки не позволяют этого. Жар его языка на пульсирующем клиторе — это почти больше, чем я могу вынести. Всё, что я могу, — это лежать на этом столе, обнажённая, и ждать его милости. Только он может дать мне то удовольствие, которого я жажду, чтобы утихомирить эту нарастающую внутри боль.

Звук вибратора разносится по комнате. Меня охватывает облегчение, потому что я знаю, что в тот момент, когда он коснётся им моего клитора, я наконец смогу кончить. Я задерживаю дыхание, пока Александр водит им по внешним губам, но он осторожен, избегая того места, где мне больше всего нужны ощущения.

Моя голова падает назад, когда он целует внутреннюю сторону бедра. Мне нужно, чтобы он был во мне, наполнял меня, чтобы исцелить это жгучее желание, сотрясающее меня до глубины души.

— Александр… — его имя вырывается прерывистым шёпотом, когда он вводит вибратор внутрь меня. — Я так близко. Пожалуйста.

— Говорил же, что будешь умолять. — Его серые глаза поднимаются на меня, и я вижу, что он улыбается, но мне невозможно парировать язвительным комментарием. Следующее, что я знаю, он лижет и сосёт мой клитор, будто это его единственная работа в мире, продолжая пользоваться игрушкой.

Моя киска никогда ещё не была так стимулирована, и это уже подталкивает меня к краю.

— О. Мой. Бог. Вот так. Продолжай, — умоляю я.

Обе ноги, лежащие на его плечах, начинают неконтролируемо дрожать, и интенсивное покалывание вспыхивает в моём лоне, а затем распространяется на каждый дюйм тела. Я зажмуриваюсь и клянусь Богом, что вижу фейерверки, когда кончаю сильно, как Алексаедр и обещал. Всё моё тело дёргается, когда я выкрикиваю его имя, но он продолжает, продлевая моё удовольствие до такой степени, что это чувствуется настолько хорошо, что становится почти больно.

Как раз, когда я думаю, что не вынесу ещё секунды, он прекращает своё восхитительное мучение и встаёт, выключая вибратор.

Быстрыми движениями он освобождает оба моих запястья из наручников, прежде чем по одному поднести их к своему рту. Он глубоко вдыхает, будто пытается запечатлеть мой запах в памяти, пока нежно целует мою кожу.

Он смотрит на меня с ухмылкой.

— Мне нравится видеть это удовлетворённое выражение на твоём лице, но не расслабляйся слишком сильно. Мы только начинаем.

О, боже.

Моё сердце трепещет в предвкушении. Если это была лишь закуска, то ужин может меня прикончить.