Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лоухед Стивен Рэй - Страница 168

Квентин не впервые видел такие камни. В Менсандоре они отмечали места поклонения древним божествам. Их ставили там, где, по слухам, боги касались земли. Подобные капища считались местами силы. В священном кругу камней горел костер. На вертелах жарилось мясо. Его провожатый уселся на один из упавших камней, покрытый толстым слоем зеленого мха и лишайника с белыми пятнами. Он тепло улыбнулся и жестом пригласил Квентина сесть. Пока они не обменялись ни единым словом, но Квентин чувствовал себя здесь желанным гостем и не испытывал страха. Он наблюдал, как мужчина поворачивает вертела.

Незнакомец был высок, хорошо сложен, черты лица не грубые. Рисунок челюсти и подбородка выдавал недюжинную внутреннюю силу. Длинные темные волосы незнакомец зачесывал назад и подвязывал ремешком, как было принято у пророков и провидцев. Глаза мужчины были темными, быстрыми и вспыхивали в свете костра, когда он поправлял вертела сильными руками. Огонь потрескивал, отбрасывая гротескные тени на стоячие камни.

У Квентина накопилось множество вопросов, но он молчал. Здесь, в этом таинственном месте слова казались неуместными. Поэтому он сел поближе к огню и ждал. Незнакомец взял кувшин, стоявший рядом с ним, плеснул из него в деревянную чашу и предложил Квентину.

– Ты голоден?

– Да! – ответил Квентин, пораженный тем, что мужчина заговорил.

– Хорошо. Значит, я не ошибся. – Он звучно рассмеялся, и Квентину показалось, что подобный звук могли бы издать земля, лес, холмы и ручьи, несущие воды к морю. Квентин не удержался и тоже рассмеялся. – Я подумал, вдруг ты проголодался и поэтому приготовил поесть, – объяснил таинственный хозяин. – Ты издалека.

– Откуда ты знаешь?

Хозяин этого места ответил с улыбкой:

– Я вообще много о тебе знаю.

Квентин был уверен, что знал его раньше; ему были знакомы и голос, и манеры. Но откуда? Воспоминания ускользали.

– Многие могут так сказать, – Квентин усмехнулся. – Мое имя достаточно известно.

– Это ты хорошо сказал, – улыбнулся человек. В его глазах плясали задорные искорки. – Ты – король-дракон Менсандора, и поистине многим известно твое имя. Но я знаю гораздо больше.

– Тогда продолжай, – кивнул Квентин. Кто же это все-таки?

– Ты благородный человек, у тебя много друзей. Недавно ты потерял очень близкого друга. А теперь рискуешь потерять и другого, который тебе еще дороже. – Незнакомец замолчал.

– Это все?

– На сегодня хватит. Вот, мясо готово. – Он протянул Квентину один из вертелов, второй оставил себе, отпил из своей деревянной чаши.

Квентин тоже выпил и подумал, что вода исключительно свежая и вкусная. Он снял с вертела кусок мяса и съел его, не сводя глаз с незнакомца.

– Как мне называть тебя? – спросил он.

– Называй меня другом, ведь это и в самом деле так.

– Друг? И все?

– А что еще нужно?

Квентин задумчиво жевал мясо. Кто был этот «друг»? И почему он кажется таким знакомым? Он снова отпил воды и спросил:

– Где я? Что это за место?

«Друг» не ответил, а вместо этого задал свой вопрос.

– Ты видишь эти камни? – Квентин кивнул. – Они стоят тут многие сотни лет. Но теперь они лежат заброшенные и низвергнутые. Боги, в честь которых они были воздвигнуты, больше не приходят сюда. Как думаешь, почему?

Квентин подумал и ответил:

– Может быть, старые боги умирают, или их и вовсе никогда не было?

– Говорят, наступила новая эра, пришел новый бог и заявляет о себе. Что ты на это скажешь?

– Я в это верю, – медленно сказал Квентин, тщательно подбирая слова, – верю, что времена меняются, наступает новая эра, что есть только один бог, единый для всех. А старые боги… не могу сказать, были они вообще или нет.

– Странно слышать такое от бывшего послушника, – сказал незнакомец. Улыбка у него была мимолетной и намекала на то, что есть некая большая тайна, о которой он осведомлен. Но Квентина ошеломило другое – прошло слишком много времени с тех пор, как его в последний раз называли послушником. Он почти забыл, что вообще когда-либо служил в храме.

– Я тогда был совсем мальчишкой, – ответил он.

– Времена меняются, но старые обычаи умирают с трудом, не так ли?

Квентин ничего не сказал. Мужчина оглядел кольцо упавших камней.

– Как ты думаешь, почему люди ставят камни, чтобы почтить своих богов?

– Камень долго живет, – сказал Квентин.

– Да, но, как видишь, даже камень в конце концов падает. А ведь может и вовсе в песок рассыпаться?

Учитель Йосеф уже задавал Квентину этот вопрос, когда он был учеником много лет назад. В Декре. Старый Йесеф, давно умер и похоронен.

– Душа остается, – сказал Квентин. Этот ответ искал Йесеф.

– И любовь остается, – просто сказал человек. – Так не разумнее было бы чтить бога любовью, а не каменными храмами?

Король почувствовал себя неуютно, виной тому было осознание вины. Кто же этот человек?

– Квентин, – тихо сказал его собеседник, – не надо бояться.

– Мне нечего бояться, – начал Квентин, вскидывая голову.

Человек поднял руку.

– И впадать в отчаяние тоже не надо. Твои враги стремятся унизить тебя, посмеяться над Богом, которому ты служишь. Верь во Всевышнего, и он тебя не оставит. – Незнакомец встал и опять улыбнулся. – Лодка перевезет тебя обратно.

Квентин вскочил.

– Не уходи! Пожалуйста!

– Я должен. Мое время здесь истекло. Я хотел бы увидеть тебя еще раз и попрощаться.

– Нет! – воскликнул Квентин, бросаясь на колени. – Останься со мной. Я хочу послушать тебя еще!

– Нельзя. Но не бойся, мы снова будем вместе. Я уверен в этом. – Мужчина с нежностью улыбнулся и положил руку на голову Квентина.

Квентин почувствовал, как по всему телу прокатилась волна тепла. Паника, охватившая его, утихла.

– Раньше я не смог попрощаться так, как мне бы хотелось. – Человек поднял Квентина на ноги и обнял его. Через мгновение он отстранил короля на расстоянии вытянутой руки и сказал: – Прощай, мой друг.

– Прощай, – сказал Квентин. Он стоял и смотрел, как человек повернулся и пошел к лесу, пройдя между двумя большими каменными плитами, как через дверь. Туман сгустился, и он исчез.

Глава девятнадцатая

Похоронная процессия отправилась на рассвете и проехала по тихим улицам Аскелона. Тело многими любимого отшельника везли на черном катафалке, запряженном двумя лучшими белыми лошадьми Толи. Процессия направлялась на север, туда, где Пелгринский лес встречался с аскелонской равниной. От замка выбранное место отделяло не больше лиги. День был ясным и теплым, солнце розово-золотистое играло в кронах деревьев, поднимаясь в большую чашу небес, в голубизну, свободную от облаков. Воздух, мягкий и неподвижный, пах полевыми цветами, росшими беспорядочными купами по всему плоскогорью – розовые и желтые солнечные лилии, лютики и голубые колокольчики, крошечные фиолетовые венерины туфельки. Толи ехал верхом на Риве, он сопровождал катафалк; Эсме и Брия следовали за ним, а Алинея ехала в карете с принцессой Брианной по одну сторону от нее и принцессой Еленой по другую. Кортеж составляли более трех десятков лордов и леди, рыцарей, оруженосцев, домашних слуг и горожан – все друзья отшельника, потому что он не делал различия между людьми высокого или низкого происхождения. И хотя их сегодняшнее дело было печальным, день стоял яркий, а ощущение жизни так сильно влияло на людей, что никто из скорбящих не оставался печальным по-настоящему.

– Как странно, – заметила Брия. – Сегодня я чувствую себя словно заново родившейся. Как будто прошедшие дни были печальным сном, развеявшимся с рассветом.

– Да, – кивнула Эсме. – Я чувствую то же самое. И все же это не я изменилась – это весь мир кажется новорожденным.

Они продолжали разговор, а позади них в карете маленькие принцессы донимали бабушку вопросами. Принцесса Елена никогда не была на похоронах, а принцесса Брианна только на одних – на похоронах Йесефа; но ей тогда и года не исполнилось, так что она, конечно, ничего не запомнила.