Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лоухед Стивен Рэй - Страница 193

– Нет! – беспомощно завопил Пим. – Я не могу! – Его пес прижал уши и зарычал. Одна из лошадей топнула ногой и фыркнула.

– Дай-ка сюда! – потребовал лорд Амеронис, протягивая руку к Пиму. Пим прижал свою добычу к груди. Ему очень не хотелось расставаться со своим сокровищем.

– Давайте посмотрим, – сказал лорд Эдфрит.

– Надо же посмотреть! – рассудительно произнес лорд Луполлен. – Ты нам не нужен. Иди себе. А вот твоя ноша меня заинтересовала, и я, пожалуй, доведу дело до конца.

Лорд Эдфрит тронул коня.

– Не желаю заниматься вашими глупостями, – проворчал он через плечо, отъезжая.

– Пожалуйста, сэр. Я же ничего не сделал, – взмолился Пим; пот тек у него по шее и капал на рубашку. – Отпустите нас. Умоляю…

– Заткнись, крестьянин! Закрой рот! – С этими словами Амеронис наклонился с седла и сдернул сверток с плеча Пима. Лорд Амеронис слегка стукнул его по лицу своей латной перчаткой с шипами, высвободил ногу из стремени и пнул лудильщика в живот. Пим упал на землю. Тап залаял и подпрыгнул, надеясь куснуть человека, напавшего на его хозяина.

Лорд Амеронис сорвал тряпки, в которые Пим укутал меч.

– Нет! – вскричал Пим, вскакивая на ноги. – Умоляю вас, не надо! – он оглянулся на других дворян, ища помощи, и увидел холодные, бесстрастные лица. Они были согласны с Амеронисом. – Прошу вас, сэр! Отдайте! – он кинулся к мечу, но не успел. Надменный Амеронис ударил лудильщика сапогом в челюсть и отбросил его назад в пыль.

– Я у тебя в долгу, лудильщик, – воскликнул Амеронис, отбрасывая последние тряпки. – Ты одарил меня щедро! – он высоко поднял меч. – Это Сияющий! За этот дар я тебя награжу, лудильщик, – сказал Амеронис, его глаза с жадностью осматривали меч. – Пим в ужасе уставился на меч в руке узурпатора. – Я дарую тебе твою никчемную жизнь, – сказал Амеронис, смеясь.

Лорды тоже нервно рассмеялись, все еще пораженные тем, какой меч оказался в руках их предводителя.

– Ты же наверняка украл его, лудильщик, – продолжал лорд, помахивая мечом, наслаждаясь его холодной силой в своей руке. Клинок был так искусно выкован, что казался живым. – А ну, встать, подонок! – приказал он.

Пим, слизывая кровь с разбитой губы, поднялся на ноги. Амеронис приставил конец Сияющего к горлу лудильщика.

– Ты ведь никому об этом не расскажешь, лудильщик, а? Уши у меня повсюду, я обязательно услышу, если ты будешь болтать, и насажу твою голову на пику перед воротами моего замка. Смекаешь?

Пим чувствовал холодный острый конец клинка на шее. Он прекрасно понимал, что лорд Амеронис не колеблясь убьет его, и в глубине души горел от ярости и стыда: как он мог позволить им забрать меч короля? Но что теперь поделаешь? Как им помешать?

– Можешь убить меня прямо сейчас, – угрюмо произнес Пим. – Я не буду молчать. – Теперь, когда слова были сказаны, он выпрямился и без страха смотрел на лорда. – Да, мы пойдем к королю и расскажем ему обо всем, что случилось.

– Значит, ты ни во что не ценишь свою жизнь, лудильщик? – прищурившись, спросил лорд Амеронис.

– Мне моя жизнь дорога не меньше, чем тебе. Но я не о ней забочусь. Жизнь короля важнее, – ответил Пим. – Это его меч ты держишь в руке, и ты хорошо это знаешь. Мы шли в Аскелон. Меч был потерян. Я его нашел и собирался вернуть владельцу.

– Я тебя в последний раз предупреждаю, – пригрозил Америнос. Он занес меч для удара. Тап грозно зарычал. Пим стоял на месте, закрыв глаза. Если это последние минуты его жизни... ну что ж, зато он проведет их на службе у короля. Он ждал свиста клинка, но вместо этого услышал издали крик.

– Стойте! – сказал один из лордов. – Кто-то идет! – Действительно, издали слышался стук копыт.

Амеронис выругался и сказал:

– Я все равно прикончу этого холопа!

– Не будь дураком! – сказал лорд Луполлен сдавленным голосом. – Мы получили то, что хотели. Оставим поле чистым.

Пим приоткрыл один глаз и увидел искаженное лицо жестокого лорда, все еще возвышающегося над ним, с мечом в руке. Копыта стучали все ближе, и всадник снова что-то крикнул. Амеронис оглянулся и замер в нерешительности.

– Идем! – звал его Луполлен, поворачивая лошадь.

Остальные тоже повернули коней и двинулись прочь.

– Боги свидетели, – пробормотал Амеронис хрипло, – тебе повезло, лудильщик. Но если я тебя еще раз увижу, ты умрешь. – С этими словами он бросил коня прямо на Пима, едва успевшего отскочить в сторону, но все же успел не до конца. Амеронис ударил его рукоятью меча по голове. Небеса померкли, звезды сошли со своих путей, и Пим рухнул на дорогу.

Глава тридцать девятая

Ренни на гнедом коне принца трусцой ехал по хорошей дороге в Аскелон. Он старался сидеть прямо, притворяясь рыцарем. В мечтах он видел себя возвращающимся в королевство после многих приключений в далеких землях. Он представлял, как вернувшись, узнает, что его имя на устах у всех соотечественников и лордов, его деяния воспеваются в больших и малых залах по всему королевству. Да, быть таким рыцарем, подумал он, было бы мечтой любого человека. Он бы жизнь отдал за один час в доспехах рыцаря в седле настоящего боевого коня.

Тарки легко бежал по дороге, замок Аскелон уже виднелся в тумане над зелеными полями. Мир казался спокойным и ленивым, и Ренни отчаялся найти какие-либо приключения в дороге, потому что с каждым шагом город становился все ближе. Они достигли подножия холма и начали подниматься по склону. Тут им навстречу попался всадник. Незнакомец промчался мимо в мелькании копыт, короткий плащ развевался позади него, хвост коня летел по ветру. Он смотрел только на дорогу и даже не обратил внимания на Ренни.

– Дворянин, наверное, – сказал Ренни коню. – И что-то он там увидел на дороге. А вдруг разбойники!

В его юной голове тотчас возникла сцена встречи с бандой безжалостных грабителей. Разумеется, он, сэр Ренни, прогнал злодеев обратно в Дикие земли, где трусам самое место. Довольный собственным, пусть и воображаемым, героизмом, Ренни слегка подстегнул коня; понятно, что на подъеме лучше скакать побыстрее. Затем, когда они достигли гребня и дорога снова открылась перед ними, Ренни увидел сцену, которую только что вообразил: группа разбойников угрожала беспомощному путнику. Правда, все разбойники были конными, а бедный путник – пешим. Впрочем, разбираться Ренни не стал. Он дико гикнул, ударил пятками Тарки и поскакал на помощь, совершенно не обратив внимания на то, что безоружен. Кстати, случись у него оружие, он все равно не знал бы, как им пользоваться. Ренни помчался в бой, ослепленный видениями славы, затмившими для него все прочее.

Примерно в это же время лорд Амеронис и его друзья услышали приближение молодого спасителя. Ренни увидел поднятый для удара меч и издал еще один боевой клич, подгоняя Тарки, спускавшегося с холма Он скакал, размахивая локтями и стараясь держать спину прямо. В этот момент лорды убедили своего предводителя пощадить лудильщика и отступить, забрав королевский меч. Они развернулись и поскакали навстречу Ренни. Парень опустил голову и бросился на них. В момент, казалось бы, неизбежного столкновения Ренни зажмурился. Его обдало волной воздуха, когда всадники пронеслись мимо, а затем услышал топот копыт позади.

Когда он снова открыл глаза, разбойники умчались прочь и исчезли за холмом. На дороге остался одинокий путник. Ренни резко остановился, спрыгнул с седла и бросился на помощь человеку. Он перевернул его на спину. Кровь текла из рассеченной губы, а из-под пыли выглядывал здоровенный свежий синяк. Тап облизал лицо хозяина, стряхивая пыль и кровь.

Веки Пима слабо дрогнули.

– Ох... – простонал он.

– Вы живы, добрый сэр? – спросил Ренни.

– Ох... моя голова. Ой! Они меня здорово побили, – сказал лудильщик, пытаясь встать.

– Тихонько, тихонько, – приговаривал Ренни, помогая Пиму сесть. – Я вам помогу.

У Пима от боли слезились глаза, он с трудом разглядел своего юного спасителя.