Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лоухед Стивен Рэй - Страница 48

– Я лучше умру, но тебе служить не буду, – холодно ответил Тейдо.

– Конечно, умрешь. Обязательно. – Волшебник захихикал. – Только сначала послушаешь, как будут кричать твои друзья перед смертью. – Обещания так раззадорили некроманта, что слюна полетела с его губ. Он бросил на остальных устрашающий взгляд, развернулся и взлетел обратно по ступеням. Чародей застыл у двери в свете факелов, похожий на призрак из мрака вокруг него. Он помедлил, будто задумался, и повернулся к пленникам. – Я бы сразу начал с тебя, – он жутко ухмыльнулся, – но не будем спешить. Сначала слетаю на коронацию, там будет интересно. А потом… Потом у нас будет достаточно времени на развлечения.

– О какой коронации ты говоришь? – спросил Дарвин.

– А то вы не знаете! А вдруг и в самом деле не знаете? Ну, так я вам скажу. Коронация принца Джаспина, конечно. День летнего солнцестояния. Очень скоро Аскелон обретет нового короля! Ха-ха-ха! Ладно. Мне пора. Передам принцу ваши самые теплые пожелания. А вы, королева Алинея, думаете, я вас не узнал? Принц все ломал голову, куда вы подевались. Я ему расскажу, как вы сбежали, заодно поделюсь своими планами относительно вас. – Нимруд повернулся и исчез в дверном проеме, за ним последовали сутулый человек и солдаты.

Пленники еще долго слышали его хохот в коридорах и переходах замка. Голос колдуна эхом разносился под сводами, как гром погибели.

– Спите спокойно, друзья мои! Приятных снов! Ха! Ха! Ха!

Люди на палубе работали, размещая запасы. Квентин, приложив ухо к стенке бочки, прислушивался, но как ни старался, кроме плеска волн о корпус корабля, ничего не слышал. Иногда однообразные звуки прерывались пронзительным криком морской птицы. Вообще все звуки, доносившиеся до него снаружи тяжелой дубовой бочки, были приглушенными и нечеткими. Он проводил часы на борту корабля, иногда задремывая в темноте своей маленькой тюрьмы и мучаясь от желания размять ноги. Но шевелиться он себе не позволял. Наконец, когда каждый нерв и каждая жилка просто вопили, взывали о помощи, он позволил себе поменять положение. Получилось. Вообще, как выяснилось, двигаться он мог относительно свободно, главное – соблюдать тишину. Другим неудобством стало отсутствие свежего воздуха. В бочке было ужасно душно, так что пришлось время от времени приподнимать крышку. Он прижимался к сырому дереву, выглядывал наружу, но не видел ничего. С одной стороны это было хорошо, потому что выглядывать приходилось довольно часто, с другой – плохо, поскольку так его могли обнаружить скорее, а главное – он не понимал, когда они достигнут места назначения. Так что он все-таки больше полагался на слух. Однако прибытие откровенно проспал. Бочку подняли и снесли на берег. Совершенно новое ощущение не такой качки, как во время плавания, едва не вызвало у него испуганный крик. Он ждал удара, как в прошлый раз, но обошлось без него, видно бочку поставили на песок. Пришлось ждать, пока ворчание людей, разгружавших корабль, не стихнет. Только тогда Квентин решился приподнять крышку и выглянуть. Новый вид понравился ему больше. Бочка стояла рядом с деревянным пандусом, по которому грузы спускали… куда? Наверное, здесь у Нимруда был устроен импровизированный причал. За пандусом он мог видеть часть береговой линии. Прибой ревел где-то вдали, а здесь волны мягко накатывались на песок. Несколько камней отмечали границы пляжа, и Квентин по длинным теням сообразил, что дело идет к закату. Вокруг никого не было, ни моряков, ни стражников. Это порадовало, но все равно надо было дождаться темноты. Квентин закрыл крышку и снова устроился в бочке, и тут рядом раздался звук голосов. Разговаривали двое мужчин. Фыркнула лошадь, колеса зашуршали по песку. Повозка, подумал он, у них с собой повозка.

– Начнем, пожалуй, – сказал один. Квентин чуть приподнял крышку, чтобы лучше слышать.

– Куда спешить? – ответил другой. – Скоро остальные придут, помогут.

– Темнеет. Не охота гнать телегу в темноте. Тут и днем-то черт ногу сломит.

– Ну и заночуем, какая разница? Чего бояться-то?

– Ишь, какой храбрый нашелся! Я здесь подольше твоего, всякого навидался. Тебе такое и не снилось!

– Да ладно! Не хочу я слушать твои страшилки. Клянусь Зоаром! Ты просто слабак.

– А я тебе говорю, что повидал здесь всякого, особенно ночью. Так что мне есть чего бояться.

– Ничего ты не видел такого, чего бы другие не видели. А ночью или при солнце – какая разница! Слышать ничего не хочу!

Другой мужчина что-то забормотал себе под нос. Квентин не мог разобрать слов, но понимал, что думать надо быстро. Оказывается, был выбор: либо дождаться, пока его погрузят в телегу вместе с остальными припасами, либо попытаться сбежать сейчас, пока не вернулись остальные. Он медленно опустил крышку и на мгновение замер в нерешительности: подождать или уйти? Квентин решил подождать. Лучше уж войти в замок, не вызывая подозрений, чем стучать головой в стены снаружи. Больше-то стучать нечем. Но как только он принял это решение, выбор исчез.

– Эй! – крикнул один из мужчин у повозки. – Там что двинулось! Одна из бочек.

– Опять за свое! Замолчи! Я пытаюсь уснуть! – сердито рявкнул другой.

– Говорю тебе, бочка двигается! – отчаянно пытался убедить его первый.

– А я тебе говорю, пасть закрой! Эх, сон согнал! Ладно, я тебе сейчас докажу, что там ничего нет. Про какую бочку ты говоришь?

Квентин услышал шаги по песку, они приближались.

– Вон та, в конце, – подсказал трусливый слуга, держась за спиной храбреца. Осталось не больше трех шагов. Сердце Квентина громко колотилось где-то в ушах. Он почему-то представил, что над пляжем разносится барабанный бой. Он услышал, как человек рядом дышит. Шаги остановились возле его бочки.

– Ничего здесь нет, клянусь Зоаром!

– Но я же видел! Минуту назад.

– Что ты видел? Тень какую-то.

– Нет, не тень. В этих бочках что-то есть, странное... Посмотри, ладно?

– Да нет здесь ничего ко всем чертям! Клянусь богами! Мне что, открывать все бочки, чтобы ты успокоился?

Сердце Квентина сжалось в груди. Он услышал скрежет какого-то инструмента о крышку бочонка. Ее поднимали! Квентин поджал ноги. Крышка поднималась.

– Нет, ты только посмотри! Крышка-то едва держится!

В этот момент Квентин подскочил, швырнул деревянную крышку в лицо мужчине и закричал так громко, как только мог. Выпрыгивая из бочки, он мельком увидел перепуганного слугу, наверное, он хотел бежать, но споткнулся на первом же шаге. Другой, напуганный ничуть не меньше первого странным орущим существом, выскочившим из бочки, повалился на песок, сверху на него свалилась крышка бочки, отскочившая от первого.

– Толи! – заревел Квентин, – Беги! Нас обнаружили!

Толи, прекрасно понимая, что происходит, в одно мгновение выскочил из своей бочки и бросился в лес, черневший недалеко от пристани. Слуга, сидевший среди бочек, пришел в себя уже после того, как беглецы исчезли. Другой съёжился под повозкой, пытаясь зарыться в песок.

– Вот! Охрана! Сейчас твои черти получат! – крикнул первый.

Квентин все еще бежал по пляжу. Оглянувшись на бегу, он увидел дюжину солдат с мечами и копьями, обступивших двух слуг, размахивавших руками и показывавших в их сторону. Он помчался дальше, крича на бегу:

– Толи! В лес! Уводи нас отсюда!

Надо сказать, что Толи понадобилось не больше секунды, чтобы оглядеться, сориентироваться и припустить в заросли не хуже оленя, уходящего от погони. Квентин едва за ним поспевал. Толи оказался в своей стихии. Он легко проскальзывал сквозь густой подлесок, уклоняясь, делая неожиданные вольты, просачиваясь в едва заметные щели, скользя над камнями и стволами упавших деревьев.

Поначалу Квентин спотыкался и падал, но затем, подражая Толи, начал уворачиваться и пригибаться там, где пригибался и уворачивался его друг. Двигаться стало легче. Он забыл о страхе и побежал свободнее. Он слышал позади, как солдаты с грохотом продираются через лес. Они рассредоточились, чтобы лучше видеть дичь, переругивались на ходу, путаясь в колючках и натыкаясь на низкие ветви. Дважды Толи останавливался, чтобы прислушаться. Каждый раз звуки погони звучали все дальше, растворяясь в голосах вечернего леса.