Колыбель Жизни (СИ) - Ровская Екатерина - Страница 16

Приподняв голову, удивлённо, но с любопытством огляделась.

Изящный туалетный столик с обитым бархатом пуфиком в углу — с одной стороны от кровати. Небольшой, но очень уютный с виду диван, расположенный перед широкой прямоугольной панелью на стене — с другой. Что-то вроде кухонного уголка со столом и стульями — с одной стороны от двери и большой встроенный шкаф с распахнутыми настежь створками и изящным напольным зеркалом — с другой.

Вау!

Привыкшую за годы замужества к роскоши меня увиденным трудно было удивить, но… Откуда это всё здесь?! А точнее, где это самое здесь находится? Где это я?

Ни до чего толком додуматься я не успела потому что поняла, что в помещении не одна. Ощутила рядом чужие, но такие знакомые эмоции.

Скарр…

В затемненном, дальнем от входной двери, углу стояло оставшееся мною незамеченным ранее широкое кресло. И в нем я уже без труда разглядела знакомую широкоплечую фигуру. Он сидел, откинув голову на широкую спинку и расставив ноги, руки расслабленно свисали с подлокотников. По вялым, нечетким, затуманенным и каким-то отрывочным эмоциям я поняла, что угроза близлежащих галактик, которой пугали детей … сладко дремала!

Бедняга. Сколько ночей он толком не спал, что уснул сидя и даже не почувствовал сейчас моего пробуждения? А спал ли он вообще? Или только отлеживался, находясь в бессознательном состоянии после того, как в очередной раз слил мне почту всю свою жизненную энергию? Ведь это о нем говорили Глэвиус и кэп, о том, что он после такого сеанса еле в себя пришел.

Тихонько, стараясь не разбудить, я

приподнялась на постели. Приняв полулежачее положение, осмотрела себя. Пригладила свои новые, жутко длинные и неудобные волосы, а затем и тот самый комплект пижамы, что скарр надел на беспомощную меня после очистительных процедур. И улыбнулась мысли — похоже раздевать или переодевать меня спящую он не решился. И молодец. Мне, пожалуй ещё нужно привыкнуть. Привыкнуть… От пришедшей тут же в голову "гениальной" идеи покачала с усмешкой головой.

Интересно, сколько времени я проспала? И какое сейчас вообще суток? Последний вопрос вообще самый интересный, учитывая, что я не знаю сколько на этой конкретной необычной планете эти самые сутки длятся и бывает ли ночи вообще. А что? Ни солнца, ни луны здесь нет и в помине. Лишь это странное сияние, напоминающее северное.

Покрутив головой, прямо над кроватью, над высоким резным изголовьем, обнаружила небольшой прямоугольный иллюминатор, который, похоже, на данный момент являлся здесь единственным источником освещения, и через который в каюту падал переливчатый, но уже привычный, золотистый, с зеленоватыми всполохами, свет.

Ну, судя по виду неба, ничего не изменилось. Будем считать, что сейчас день. А ещё обнаруженный иллюминатор подсказал, где именно я нахожусь. Корабль. Я на корабле. Хотя где я здесь дома, да вообще хоть какие-то здания видела? Я в каюте, которая явно раньше принадлежала женщине. И эта женщина точно не бедствовала…

Взгляд скользнул по всевозможным пузырькам, витиеватым флаконам и пузатым баночкам, которые были в изобилии расставлены на туалетном столике. Судя по виду и дизайну — явно очень дорогие. Некоторые вообще выглядели как отдельные произведения искусства.

Можно было бы предположить, что парфюмерия и косметика также принадлежала бывшей хозяйке этой каюты, если бы не одно но… Все корабли здесь прошли через довольно жёсткую аварийную посадку, да и перед этим их, думаю, прилично поболтать успело. А значит всё это великолепие, если бы находилось в тот момент на туалетном столике, должно было превратиться в груду ароматных осколков. И это наводит на вывод, что вся коллекция была собрана и принесена сюда уже после приземления. И я догадываюсь кто это сделал и для кого. Эту комнату готовили специально для меня. Это то, о чем говорили Глэвиус и кэп. Моего пробуждения действительно ждали. К нему готовились. И сделали всё возможное в этих крайне ограниченных условиях чтобы мне было удобно и уютно.

Взгляд скользнул к распахнутым дверцам шкафа. И я растроганно улыбнулась, чувствуя как в горле образуется ком. Множество вешалок со всевозможной одеждой разных стилей, размеров и расцветок. Платья, костюмы, халаты. Это лишь то, что я точно смогла разглядеть в полумраке. Полки с головными уборами. Отделы с нижним бельем, которые я определила по свесившемуся с одной из них кружевному бюстье.

А ещё там была… обувь! Очень-очень много обуви! И, среди прочего, очень много сапожек, которые, я почему-то была абсолютно уверена, на этот раз точно будут мне в пору. Оооо…

Присмотревшись, разглядела среди очень удобных даже на вид сапожек и полусапожек на удобном и устойчивом каблучке… знакомые убийственные орудия пыток! Быть не может! Но это оказались действительно те самые сапоги! А рядом с ними стояли и те, что подарил мне скарр и которые я презентовала Молди! Мои хрустальные туфельки, которые оказались мне безбожно малы… Та ещё из меня Золушка. Подняв взгляд выше, обомлела.

На вешалке прямо над памятными сапогами и "туфельками", сиротливо висел в стороне от остальной одежды, знакомый наряд, прошедший со мной, можно сказать, и огонь и воду и медные трубы. А рядом с ним рубашка со знакомой вышивкой. Чистая, кажется, даже отглаженная, а еще ее низ больше не "радовал" глаз неровно оборванными краями.

Слов не было. Зато было много противоречивых эмоций. А ещё очень сильно хотелось кое-что сделать.

От всей души поцеловать одного молчуна!

С безразмерной улыбкой я оборачиваюсь в сторону кресла с моим предусмотрительным и чутким грозой галактик и замираю от неожиданности, наткнувшись на горящий взгляд черных глаз из под густых опущенных ресниц. И от этого взгляда сама в мгновение вспыхиваю как пересохшее, облитое бензином полено, поднесенное к пламени. Как давно на меня никто так не смотрел. Отчаянно, полным нежности и любви, а ещё почти болезненного физического голода взглядом.

За всю жизнь на меня так смотрел лишь один мужчина. Тот, кто тайком любил меня с самого детства… Тот, кто невольно разбил сердце моей лучшей подруге и почти сестре, Наде, не сумев ответить на ее искренние чувства… Тот, кто всю жизнь ждал и надеялся… Тот, кто был рядом и защищал меня, рискуя собственной жизнью, от ЕГО гнева… Тот, кого я полюбила слишком поздно и сделать счастливым навсегда потеряла шанс…

И второй шанс на счастье, на счастье с тем, кто способен с такой силой и самоотдачей любить вопреки всему, я не упущу. И пошло оно всё!

На моих губах буквально расцветает улыбка. Чисто женская, предвкушающая, томная. И коварная…

Я отворачиваюсь к распахнутому шкафу и, ощущая как взгляд черных глаз буквально прожигает мою спину, медленно и играючи снимаю через голову кофту. Волосы золотистым водопадом падают на обнаженную спину, вызывая чувственную волну мурашек, а за спиной слышится шумный судорожный выдох.

А ведь он уже видел меня обнаженной. Не далее как сегодня. Правда повод был другой. Совсем не сексуальный…

Небрежно опустив снятое на пол кончиками пальцев, я скольжу руками вниз, оглаживая ладонями свои новые упругие и довольно крутые бедра. Мягкая ткань штанов послушно и плавно скользит вниз, полностью обнажая меня. Дурея от собственной смелости и ощущения полной свободы, которую не ощущала никогда раньше, я перешагиваю через сиротливо лежащую на полу одежду и тянусь к одному из ящиков.

Нежно-сиреневое кружевное белье, больше похожее на клубок ниточек ощущается в ладони лебяжьим пухом. Не самая удобная вещь для потерпевших бедствие на таинственной планете, но я сейчас и не собираюсь эту планету колонизировать. У меня немного другие планы, но не менее глобальные. Колонизация одного конкретного самца. И его безоговорочная капитуляция.

Ох! Это белье изобрели самые настоящие садисты… в хорошем смысле. Тонкие, невероятно нежные нити скользили по телу, рождая в теле чувственную дрожь и желание ощутить на их месте мужские ладони… пальцы… губы…