Колыбель Жизни (СИ) - Ровская Екатерина - Страница 6

И тут я дернулась, чуть не выпадая с рук расслабившегося мужчины прямо на серебристый песок.

Кокон!!! Я почти не чувствую его!!!

— Дочка, да не переживай ты так, успокойся! Сейчас назад вернём как было. Вернем кокон этот твой. Сейчас парни мои притащат. Он тут недалеко. Мы же как лучше с отцом твоим названным хотели! Думали силу он из тебя тянет пока рядом находится, а ты и так едва дышала. Боялись не выкарабкаешься…

Ну, тут кэп с Глэвиусом в своих предположениях не ошиблись. Как и до этого в принципе. Кокон действительно энергетически теперь связан со мной, как и фариал. Но делать то, что сделали они, было нельзя ни в коем случае! Нельзя было разрывать контакт якоря и фариала. Если наша связь с коконом пока лишь на энергетическом уровне, то кокона с фариалом почти физическая. Это все равно, что ребенку в утробе матери раньше времени, задолго до рождения ещё, обрезать пуповину! Я лишь надеюсь, что ещё можно исправить содеянное!

— А вот и они, ребята. И кокон твой. Целехонький и… Ох! А почему он такой?

Нет…

Четверо из команды кэпа тащили кокон. Но узнать его было просто невозможно. Ни того самого завораживающего сияния, что так поразило меня когда увидела его в первый раз. Ни пульсации внутри. Пульсации жизни…

Господи…

Его поднесли и осторожно положили в серебристый песок. Отошли на пару шагов и в глаза мне старались не смотреть. Кэп и Глэвиус взволнованно переглянулись и уставились на меня в напряжённом ожидании. Сжались вокруг меня крепче мужские руки.

Его оболочка теперь напоминала камень. Обычный тусклый, серый, продолговатый камень. Или уснувший, возможно навсегда, фариал. Ни единой искорки силы, ни единого проблеска сияния жизни.

И я ничего от него не чувствовала. Абсолютно ничего.

Но может…?

Дала понять скарру, что хочу приблизиться и он тут же поднес меня ближе. А потом без промедления и опустился вместе со мной на руках прямо в теплый искристый песок. Сидя на его коленях, утопая босыми ступнями в этом самом, оказавшемся очень теплым, песке, я медленно протянула руку к кокону. Замерла, поднеся уже почти вплотную, помедлив мгновение в нерешительности, а затем осторожно коснулась ладонью.

Все окружающие вместе со мной затаили дыхание.

Шершавая пористая поверхность оказалась прохладной и сухой на ощупь. Но лишь на пару первых мгновений. А затем стала медленно, но ощутимо нагреваться и пульсировать под моими пальцами. А затем под пораженный коллективный выдох собравшихся участок под моей ладонью и вокруг вдруг засиял изнутри уже знакомым, правда не таким ярким светом.

Это было прекрасное, абсолютно невероятное зрелище, похожее на настоящее волшебство. Словно я одним касанием рождала сияние на сером тусклом камне! И оно послушно следовало за моей ладонью, стоило чуть сдвинуть руку!

Он живой! Ещё не всё потеряно!

Я осторожно погладила теплую и пульсирующую поверхность "скорлупы" и улыбнулась. Всё будет хорошо. Нам нужно лишь время и энергия. Нам нужно лишь окрепнуть и набраться сил.

И тут я ощутила кокон! Ощутила едва уловимые импульсы, идущие от него. Это было невероятно! И теперь я знала совершенно точно, что внутри кокона живое разумное существо! Искренность… доверчивость… любопытство… открытость миру и окружающему…

Это ребенок!

— Это ведь означает, что не всё потеряно, да? Он всё ещё живой? Мы не успели причинить ему непоправимый вред? — прошептал Глэвиус, завороженно как и остальные наблюдая за сиянием рождающимся под моей ладонью.

— Не… успели… — Я вдохнула глубоко, пытаясь взять под контроль собственную речь. — Но лучше… лучше отнести… его… отнести обратно… Фариал… корабль… он как... материнская утроба…

— А что внутри? — округлив глаза, задаёт интересующий всех и каждого сейчас вопрос кэп.

— Дитя… Я так чувствую…

Тишина становится звенящей. Мужчины вокруг меня пытаются осознать, что по незнанию чуть не убили что-то прекрасное… живое существо… возможно ребенка.

Пространство вокруг меня… ментальное пространство… заполняется чужим чувством вины, сожалением, раскаянием… Желанием исправить нанесенный неумышленно вред.

По решительному кивку кэпа та же самая четверка, также молча как и принесла, уносит кокон в сторону одиноко стоящего на песчаной возвышенности фариала. И в этот раз всё происходит уже не в напряженной, а в почти благоговейной тишине.

Мужчины со своей ценной ношей исчезают в темном проёме и спустя пару мгновений я облегчённо выдыхаю…

Теперь лишь нужно набраться сил и поделиться ими. А ещё понять куда именно мы попали, для чего нас притянуло сюда и чего от меня ждут. А то, что ждут, это точно…

Глава 4

Тишину разорвал бодрый голос кэпа:

— Теперь, думается мне, с коконом этим таинственным всё будет хорошо. А тебе, дочка, не мешает сейчас спуститься в лагерь и с удобствами перекусить. Ты посчитать если всё то время, что без сознания пролежала, уже тринадцать суток ничего не ела.

Тринадцать суток?! Я пробыла без сознания почти две недели?!?

А ведь могла и вообще никогда не проснуться. Если бы не связь, что создал без моего согласия фариал и которая держала меня на плаву, не давая окончательно потонуть в вязком ничто. Если бы не привидевшийся мне Максим…

Что касается слов кэпа… Я заметила, что он, на манер Глэвиуса, стал называть меня дочкой. В принципе, я не была против. Пусть называет если ему так нравится. Всё же он старше меня вдвое.

Постойте! Кэп сказал "спуститься в лагерь"?!

— Что за… лагерь? Где?

— О, сейчас мы тебе покажем! — в голосе кэпа звенит предвкушение. — Ты многое пропустила пока спала. Мы тут уже и обустроиться успели, быт наладили. Подумаешь, аномалия. Жить тут можно получше, чем на той консервной банке, где мы с парнями жили раньше. Освещение тут правда странное, но к нему можно легко привыкнуть, как и к некоторым другим особенностям. Давай, парень, не отставай! — машет он скарру и устремляется вперёд. Туда, откуда принесли кокон те четверо — в низину за песчаной возвышенностью, на которой стоял мой фариал.

— Сейчас ты познакомишься с тем местом куда мы попали. Ты только не паникуй раньше времени, дочка. Хорошо? — Глэвиус осторожно, в ободряющем жесте, касается моего плеча, прежде чем устремиться за неугомонным кэпом.

Это он так хотел меня успокоить? У него не получилось. От подобного предупреждения любой нормальный чело… разумный напрягся бы.

Скарр поднялся с песка и, удобнее разместив меня у себя на руках, направился туда же, куда устремились вслед за кэпом и все остальные. За нами тихо шел Марэк и бесшумной тенью следовали скарры.

Мужчины перед нами, один за одним поднимались на песчаную сопку, а затем скользили по ней куда-то вниз, исчезая из поля зрения.

Мы, а вслед за нами и молчаливый Марэк, тоже поднялись, но скользить вниз не спешили. Мы втроём замерли на самой высокой точке и я пораженно выдохнула. К такому я точно не была готова!

Перед нами простирался глубокий котлован, скорее всего природного происхождения, по размерам напоминающий несколько сложенных вместе футбольных полей. В отличие от возвышенности, на которой мы находились и которая была покрыта настоящими пальмовыми рощами, пространство внизу подобным похвастать не могло. По несколько небольших групп редких пальм то тут, то там. Немногочисленные, странного для жителя с Земли цвета, кустарники.

Всё остальное пространство занимали… многочисленные остовы кораблей! Какие-то ещё чистые и блестящие, другие немного припорошенные песком, третьи покореженные от времени и не только. Я сейчас смотрела на самое настоящее кладбище кораблей! Кладбище, которое судя по разному состоянию кораблей, заполнялось здесь веками!

Что-то мне эта картинка внизу напоминает…

— Я вывела вас… из одной ловушки… чтобы привести…в другую…

— Зря вы так, сэлма. Вас ведь просили не паниковать раньше времени. Так что не делайте поспешных выводов. Ни в какую ловушку вы нас не завели. Это не корабль дарков, а мы больше не обессиленные, измученные пленники. К тому же, как бы не сложилась наша судьба в дальнейшем, вы нас спасли, всех нас. Меня то уж точно. И спасли от участи гораздо хуже смерти. Быть выпитым и съеденным, пойти на корм темным тварям… Это хуже десятка смертей. И я… как и все остальные… ваш вечный должник.