Сложности любви чешуйчатых гадов. Академия для Палача (СИ) - Вельская Мария - Страница 45

Но зачем-то он медлил?!

– Всего лишь имя, моя кусачая полукровочка, – смеётся. Его смех – как шорох опавших осенних листьев, – приятно слышать его из твоих уст.

– Моршерр Декерет. Черная Длань, Палач Владыки тварей. Не знаю, что вы делаете в этом обличье. Не знаю, зачем играете, если уже все поняли. Ведь вы искали нас, чтобы уничтожить, не так ли? – На моих губах улыбка.

Я видела, как подхватился с кресла отец. Как он замер, выплетая сложные чары. Он был готов защитить меня в любой момент. Но как будто совсем не был удивлен моим откровением.

Не нужно, папа. Время схваток прошло.

Я не плакала, не кричала и не боялась. Просто чувствовала себя совершенно опустошенной.

И в этот момент черная ладонь лорда Моршерра, что сейчас больше всего напоминала легендарную Черную Длань, легла на мою щеку.

Я вздрогнула. Бешено застучало сердце. Он совсем рядом. Мой кошмар, от которого я так отчаянно бежала, что даже успела умереть. Тварь-лорд. Тот, чье могущество едва ли не больше, по слухам, чем у Владыки тварей.

Его дыхание совсем человеческое. Отрывистое. Мое ухо улавливает быстрый стук его сердца. От него пахнет кожей, свежестью и незнакомым приятным ароматом с кислинкой.

Рука твари прохладная, но не ледяная. От его прикосновения разбегаются мурашки, а в горле встает ком.

Я всегда считала себя достаточно умной и расчетливой, чтобы не поддаваться чувствам. Возможно, немного стервозной. От чувств слишком много неприятностей.

– Похоже, что я хочу тебя сожрать, Льяна Тархи? – Вкрадчиво поинтересовался бархатный голос "мага". – К счастью для тебя, лесса, у меня пока отбило аппетит. Хотя ты все равно, – его ноздри раздулись, словно вдыхали что-то ему одному ведомое, – вес-сьма вкус-сная...

– Ваше сия... – Отец. Я видела, как подрагивали его пальцы.

И впервые видела, как он... что? Растерян?

– Скажи мне, Льяна, разве мы с тобой не похожи? В своей безрассудной ярости и предубеждении? Разве не виновны маги не меньше других живых существ? Разве вам решать, твоему папаше, помешанному на мести, решать – кому жить, а кому умереть? – Влился в уши ядовитый шепот.

Я не хотела его слушать, но не могла закрыться. Не могла не признать справедливость – болезненную и важную – чужих слов.

И Моршерр Декерет видел это. Знал это. Я понимала по удовлетворённой усмешке. И по тому, как ласково прохладные пальцы поглаживали мою щеку.

– Достаточно. Моя щека чистая, тирлес, – с усилием я отвела в сторону когтистую руку. Только потому, что он мне позволил.

Так и хотелось пожелать этой наглой твари обожраться до несварения желудка!

Но я не могла, увы.

– Ма не обижа-ать! – Раздался громкий, негодующий вопль-урчание.

Недовольный напряжённой атмосферой, дракош бесстрашно пошёл в атаку, бодая гладким лбом бок Моршерра.

Мне стало даже жутко.

– Кусь, сидеть! – Закричала, пытаясь выпутаться из-под одеяла и сделать хоть что-то, но...

Ловкая когтистая длань выловила немаленького зверя – и посадила себе на колени. Острые ногти, больше похожие на когти, ласково почесали пластины дракончику под горлом, отчего тот разомлел, начал бить хвостом и отчаянно урчать.

– Привыкай называть меня дядей, – совершенно невозмутимо заметил Палач.

Бледные губы скривила довольная ухмылка. В глазах – безбрежная сытая синь.

Почему отец так беспомощно молчит? Не пытается вмешаться? Только мрачно наблюдает. Это совсем непохоже на Дайаарта Тхи, но обида во мне все ещё слишком жива, чтобы желать разобраться в ситуации по-настоящему.

– Эльдлагский дракон – прекрасный фамильяр. Очень предан и умен, хотя характер норовистый, – продолжил тварь-лорд, как ни в чем не бывало.

– Что насчёт нашей учебы? – Сухо поинтересовалась.

– Прошло два дня. Вы вернётесь в академию. Ректор осведомлен о пропуске по уважительным причинам. Фамильяр будет проживать в специальном домике. Для волшебных существ есть отдельное здание и уход, я узнавал, – добавил лениво Мориан… Моршерр.

– Ты учишься? – Негромко поинтересовался отец.

– Да, – сухо кивнула.

Хвастаться пока было нечем. "Общники", то есть магия общего пользования, это и есть и "общники".

– В таком случае лучше сообщить всем, что ты перенапряглась на практическом занятии или пыталась самостоятельно тренировать сложные заклинания. Из-за чего твоя магия пошла вразнос и сползла личина. Пообсуждают и забудут, – отец одарил меня задумчивым взглядом, – это проще, чем пытаться сейчас сделать сложную личину тебя же прежней. С твоей нестабильной силой она долго не продержится.

– План неплох, – лорд Моршерр Декерет поднялся с моей постели, – значит, завтра так и поступим. Что же касается тебя, Льяна... – Черные глаза уставились в упор.

И теперь я видела в них высокородную тварь. Опасного, умного, жестокого соперника.

– Ты на свое счастья не успела сделать ничего по-настоящему дурного, Льяна Тархи. Поэтому учись. И я буду учиться тоже.

– Отец... – Да, я упряма.

Мне показалось, что я даже расслышала скорбный вздох.

– Он останется в живых. Если искупит содеянное. Я обещаю быть справедливым и сильно не расстраивать тебя. Твое отчаянье вызывает у меня изжогу, – безмятежно сообщил Палач.

Мориан Кайто. Моршерр Декерет. Синие глаза довольно щурились. Сытый энергат – радость в дом.

Что же. Это больше, чем я надеялась получить. Прости, отец, но каждый выбирает свой путь сам. Я чуть не свернула с верного. И пусть Черная Длань пугал, он говорил правильные вещи. Я сделаю все, чтобы ты смог найти себя настоящего, отец. И оставил дрянное прошлое прошлому.

Вот только всем нам совершенно точно не будет легко.

Нашу разношерстную команду пока связывала лишь зыбкая угроза моря костей. И случайность, что свела врагов в одном прибрежном городе.

Я посмотрела на притихшего Куся, который сучил лапами на постели. На напряжённого как самострел отца. На довольную тварь, у которой не понять, что на душе.

И сказала неожиданно для себя:

– Милорды. У меня есть деловое предложение. Я готова помочь и поработать приманкой. Взамен меня любым образом избавляют от помолвки и жениха. А ты, отец, обещаешь больше не вмешиваться в мою жизнь. Иначе нам всё же придется, – сжала зубы, – стать друг для друга чужими.

Да, может, я позднее пожалею о своей резкости. Я любила отца. Очень любила. Но сейчас было ощущение, как будто он мне кинжал меж ребер воткнул и провернул. Больно и страшно, что эта рана никогда не зарастёт и будет стоять между нами. Я видела, что с отцом что-то происходит, но заставила себя остаться безразличной хотя бы внешне. Сколько можно рвать сердце?

В комнате повисла звенящая тишина.

А потом ее разбил раздраженный вопль. Дверь распахнулась – и что-то мелкое, похожее на лысую крысу или хомячка, метнулось ко мне, беспрестанно повизгивая:

– Я страх, я ужас, я кровавый кошмар-рр! Бойтесь меня, людишки, трепещите перед великой тварью!

– Снова хурдыга обожрался и грезит, – обречённый рык в дверях.

И очень немая сцена.

За некоторое время до пробуждения Льяны.Поместье лорда Тхи

Удар опрокинул фейри наземь. Выбил дух – а после черный сапог припечатал грудь, не давая встать. Длинная палка с тяжёлым набалдашником ударила по руке.

Фейри с багряными волосами не издал ни звука – лишь с ненавистью смотрел в лицо мага. Мага, под личиной которого жила ненавистная тварь. Немыслимо, невозможно, но так и есть! Он чуял это.

Длинные темные ресницы прикрыли раскосые очи.

Несколько волшебных тварей уже обнюхивали место силы, не касаясь, впрочем, ни бывшего хозяина этого места, ни его дочери.

Откуда взялся этот... тварь-лорд?!

Алые волосы кровавым покрывалом расплескалась по полу. Тело выгнуло, пальцы проскребли камень.

– Господин, вы его так убьете, – тихий равнодушный голос.

Сбоку силуэт – маг? На стороне твари?