Альфа-ноль. Все части. Компиляция (СИ) - Каменистый Артем - Страница 207

Уже к осени у нас станут накапливаться излишки, и мы уже сейчас начинаем прощупывать каналы для их сбыта на юг. Также ведется деятельность по привлечению более серьезных мастеров, что позволит производить куда более дорогие изделия. Увы, это не так-то просто организовать, потому что хорошие специалисты предпочитают работать сами на себя. Однако случается всякое. Надо не прекращать искать, и рано или поздно отыщутся те, кому по душе наши замыслы.

К тому же у нас есть чем их завлекать.

Согнув об колено заготовку меча, управляющий повесил ее на шею подмастерью вместо хомута и принялся выговаривать нерадивому работнику по поводу недопустимо низкого качества его изделий. Угрожал, что, если тот срочно не выпрямит руки, бонус, полагающийся в конце каждого месяца, он получит тумаками и прочими ценностями невысокой котировки, а не знаками навыков, как это у нас принято для передовиков производства.

Лишь мое появление избавило бракодела от новой порции унижений. Хоть я и слова не сказал, и даже не приближался, управляющий как-то догадался, что назрело что-то важное, не терпящее отлагательств.

Указал на меня пальцем и строго вопросил:

— А тебя где носило, Гед?!

— Да так… были кое-какие дела…

— Какие такие дела? Опять в деревню к девкам бегал? А ну марш за мной!

Я покорно поплелся за управляющим, который, между прочим, зарплату тоже от меня получает. Плюс процент от доходов с концессии. Увы, речь идет лишь о будущих доходах, потому что сейчас мы тратим больше, чем зарабатываем.

Но и я, и Эш, и прочие посвященные понимают, что это вложение в будущее. Что спустя некоторое время все вернется с прибытком.

К тому же свое тратить никому не приходится.

Если не учитывать меня.

Поднявшись к себе, Эш, едва плюхнувшись в кресло, спросил уже совсем другим тоном, дозволенным меж нами строго без свидетелей:

— С чем вернулся? Что-то с этим твоим пауком не так? Помощь нужна?

— Да нет, с пауком все так, — ответил я. — Он валяется на тропе, которая на косу спускается. Но под конец охоты кое-что случилось. Появились три человека.

— Они видели твоих… гм… помощников? — напрягся Эш. — Что за люди? Из какой деревни?

Я покачал головой:

— Они не наши. Это охотники за головами. Пришли с юга.

Эш не выглядит быстро соображающим человеком, но это впечатление обманчиво. Вот и сейчас не стал ничего уточнять.

Помрачнел и нехорошим голосом сообщил:

— Люди нашли следы, мне сегодня доложили. Похоже на чужаков. Хитрые, след спрятан хорошо, случайно заметили.

— Скорее всего, они наследили, — подтвердил я. — Серьезные охотники. До самой Черноводки добрались и никому на глаза не попались.

— Расскажи подробнее, — попросил управляющий. — Я не понял, что они у нас забыли. И как ты узнал, кто они? Пообщался?

— Можно сказать и так. Они пришли за моей головой.

— Что?! — чуть не подскочил Эш.

— Им нужен был именно я. Они готовились к этому заранее. Даже заслали к нам своего человека. Похоже, он тут все разнюхал и сумел провести их незаметно. Только в одном месте наследили, да и то следы заметили случайно.

— Ты их убил? — резко успокоившись, уточнил управляющий.

— Не всех. Им повезло, я неправильно оценил ситуацию. Подловили меня. Но потом несерьезно отнеслись, сами подставились. Двоих я убил, третий ушел.

— Послать за ним лесовиков? — предложил Эш.

Я кивнул:

— Можно. Но сомневаюсь, что его поймают. Шустрый тип. Но пусть попробуют. Вот только, даже если выследят, проблема не исчезнет.

— Какая именно проблема? — не понял Эш.

— Не знаю, как эти меня нашли, но мы всегда знали, что это вопрос времени. Обсуждали не раз. Раз нашли одни, найдут и другие. И нам еще очень повезло, что это всего лишь охотники за наградой. А это значит, что мне пора уходить.

— Так рано? — нахмурился управляющий. — Может, есть смысл подождать? Если лесовики его поймают, узнаем подробности. И примем меры, чтобы другие не нашли тебя тем же способом.

Я покачал головой:

— А смысл? Мы слишком поздно взялись за это дело. Десятки людей в караване знали, откуда я появился. И здесь, в фактории, они не молчали. Все наши в курсе. Караванщики тоже поболтать любят, и болтают они не только у нас. Плюс некоторые на одну ходку вербуются, а потом ищи их. Но, допустим, мы их найдем. И что дальше? Даже если каждого допросить под пытками, они не вспомнят всех тех, кому успели про меня наговорить. Да и как это возможно? Мало ли где они рассказывали: за общим столом в каком-нибудь притоне или посреди базара случайным знакомым. Где-то информация попала к тем, кто знает, что с ней делать. Мне повезло, что это случилось только сейчас. Охотники даже не спрашивали, кто я и почему за меня награду дают. Они совершенно точно знали, что я ценная добыча, остальное им неинтересно. А это значит, что ждать нельзя. Возможно, прямо сейчас сюда направляются серьезные люди. Пора уходить. Тем более это в моих интересах. Я тут кое-какой план составил. Думал над ним. План хороший, но ради него надо много где побывать. Раз уж все равно уходить приходится, попробую совместить.

Эш чуть помолчал и задал вопрос, на который невозможно ответить:

— Надолго?

Я пожал плечами.

— Откуда мне знать? Мы кое-какую информацию собрали, но все равно непонятно, кому я понадобился. Придется как-то решать вопрос, а это непредсказуемо. У меня есть кое-какие планы, и, если они сработают, возможно, за год успею разобраться. Но лучше рассчитывать минимум на два или даже три. В казне денег пока что хватает. И еще я оставлю карту с обозначением тайника. Там трофеев достаточно, чтобы до середины следующего года финансировать все намеченные проекты. Ну а там, если мы правильно рассчитали, пойдет приличная прибыль. Или я как-нибудь передам еще одну карту с другим тайником.

— А как ты узнаешь, что у нас не хватает денег?

— Оставлю инструкцию. Будете давать определенные объявления по имперским торговым листкам. Постараюсь это отслеживать. Но рассчитывай, что раньше чем через год я их не увижу.

— С тобой как-то иначе можно будет связаться?

Я покачал головой:

— Мы это уже обсуждали и решили, что слишком опасно. Вас всех могут допросить серьезные люди. Я не сомневаюсь, что задавать вопросы они умеют. Как и договаривались, не пытайтесь от них ничего скрыть. Расскажите им все. Мне это не навредит, тут ведь никто не будет знать, куда я пошел и что собираюсь делать. Так надежнее.

Эш посмотрел как-то странно:

— Хотел бы я знать, само собой. Но да, ты прав. Если тебя действительно ищут серьезные люди с юга, им фактория на один зуб. Вот только спешка мне не нравится. Может, все же чуть подождать? Я не прошу задержаться надолго. Мелконог еще не вернулся, а он в этих делах ориентируется лучше всех. Он если не на этой неделе, так на следующей появится, ждать недолго.

— Нет, Гурро тут ничем не поможет. Как вернется, продолжайте делать все по плану. Считайте, что я всегда рядом.

— Без тебя некоторые важные направления зачахнут, — напомнил Эш.

— Понимаю, но с этим ничего не поделаешь. Потом, как решу свои проблемы, будем с ними разбираться. Я уйду прямо сейчас. Имбу расскажешь сам, я заглядывать к нему не стану. А людям можно намекнуть, что я ушел на юг. Если никто за мной не заявится, это нормальное объяснение, мы ведь многих детей и подростков туда на учебу отправили. Ну а если придут новые охотники, объяснения, я так понимаю, не понадобятся.

⠀⠀

Как же много вещей может накопиться у человека, который прибыл неполные два года назад на новое место с ветром в кармане! В небольшой, но уютной комнате на углу второго этажа главного здания фактории я обитал с конца прошлого лета. И успел неплохо обжиться.

Рога мерцающего оленя и засушенная голова рекордной кайты на одной стене, различные карты от разных картографов на другой (включая самолично исполненную, на которую нанес Пятиугольник с ближайшими окрестностями). Полочки с десятками книг, привезенных с юга Мелконогом и прочими нашими агентами. Стойка с оружием. Шкаф с одеждой и всяким барахлом. Еще одна стойка со спиннингами, раскладными удилищами моей конструкции, коробками с блеснами летними и зимними. Письменный стол, собранный собственноручно в рамках освоения плотницкого ремесла. Лампа с хрустальными стеклами, стопка дорогой бумаги, чернильница, выточенная из малахита.