Академия над бездной. Оседлать шторм (СИ) - Скибинских Екатерина Владимировна - Страница 32

Как она? Лиза. Аномалия. Проблема. И та, кто вышел под шквал, не дрогнув. Я сжал кулаки, спрятав движение в складках мантии. Нет. Об этом думать нельзя. Фон Хессы не позволяют эмоциям мешать. Я выпрямился. Поднял подбородок. Маска встала на место — холодная, безупречная, отточенная годами.

— Что вы можете сказать в свое оправдание? — наконец спросил магистр Роух.

— Я не выбирал портал. Мы вошли туда случайно. Он не был закрыт после старшего курса. Это ошибка персонала, — ответил я медленно и четко.

В зале повисло молчание. Раздалось несколько едва слышных презрительных смешков.

— Как удобно, — протянула одна из наставниц. — Обвинять персонал академии в собственной безалаберности.

Я ухмыльнулся, тонко, почти оскорбительно.

— Простите, наставница Лернет, но я не настолько глуп, чтобы добровольно вести первокурсников в симуляцию уровня D-2.

— Однако вы это сделали, — холодно заметил Роух.

Я сжал пальцы в кулак. Вот так всегда. Меня не слушают. Меня не пытаются понять. Меня уже признали виновным — осталось лишь озвучить приговор. Снова, будто вспышка, всплыл голос отца: «Ты позоришь наш род, Мариус. Хоть раз поступи правильно.»

Я слышал эти слова слишком часто, чтобы они уже что-то значили. Но почему-то именно сейчас они резали внутри острее обычного. Мне хотелось рявкнуть, швырнуть правду им в лицо, перевернуть этот демонов стол… но я только выровнял спину.

— Если вы уже приняли решение, — сказал я ровно, — озвучьте его.

Некоторые обменялись взглядами. Слишком довольными. И в этот момент двери распахнулись.

Холод вошел в зал первым. Такой плотный, что я почувствовал его кожей. Слои энергии как волны прошли по комнате, заставив руны на стенах вспыхнуть. Только затем появился он. Кайден Валериан. Лорд-ректор академии.

Совет мгновенно поднялся. Кто-то даже поклонился. Я — нет. Не из дерзости. Потому что не мог пошевелиться. Его присутствие давило, как удар заклинания в грудь.

— Я получил отчет, — сказал он, даже не взглянув на членов Совета. Голос ровный, низкий… и опасный. — Ваш отчет.

Никто не осмелился ответить. Кайден продолжил:

— И мне крайне интересно, каким образом студенты первого курса оказались в симуляции, предназначенной для боевых связок старшекурсников?

Комната замерла. Дракон медленно обвел всех ледяным взглядом.

— Почему портал не был закрыт, как предписано регламентом?

— Почему не был проведен контроль перед допуском следующей группы?

— Почему вы пытаетесь обвинить студента, когда налицо системное нарушение безопасности?

Три удара. Три приговора. И ни одного оправдания. Старшие маги побледнели. Кто-то попытался что-то промямлить. Кайден поднял руку — и наступила тишина.

— Я ознакомился с показаниями очевидцев. И с отчетом магических датчиков. Также выслушал свидетельницу, которая была в команде.

Я вздрогнул. Она? Она осмелилась пойти к нему? Естественно она, кто же еще! Я даже представить не мог этого. Любой другой студент дрожал бы от страха. Ректор был легендой. Единственный дракон, обучающий другие расы. Генерал, на счету которого сотни побед. А она… Боги. Сердце глухо стукнуло, сбиваясь с ритма.

— Вина фон Хесса не подтверждена, — произнес ректор. — Ответственность лежит на персонале, не обеспечившем закрытие портала. Совет распускается.

Он развернулся и вышел, не дав никому ни слова вставить. Даже не взглянул на меня. Не счел нужным. И… это было неприятнее, чем обвинения.

Совет быстро начал расходиться, бормоча что-то о необходимости перепроверить регламент, о будущем разбирательстве, о собственных шкурах, которые нужно спасать. Меня отпустили. Просто так. Сухо. Молча. Будто я ничего не значащая бумажка.

И только оказавшись в пустом коридоре, я дал волю эмоциям. Они накатили волной. Злость — тяжелая, плотная. Смятение — как ветер, сбивающий дыхание. Обида — старая, знакомая, вязкая.

Я провел рукой по лицу. Внутри все еще кипело. Она… поговорила с Кайденом. С ректором. С драконом, которого боятся даже преподаватели. Маленькая, упрямая, непредсказуемая девчонка…

Я вспомнил, как она стояла под обстрелом энергии. Как приняла весь удар на себя. Как держалась, пока у меня было время для последнего удара. И как ее лицо побледнело перед тем, как она рухнула на каменный пол.

В груди что-то сжалось. Неожиданно. Слишком резко. Слишком нежелательно. Я выдохнул, пытаясь стряхнуть ощущение.

Она просто команда. Команда, которую я едва не потерял. Команда, которая едва не погибла из-за моей… — я стиснул зубы — … невнимательности.

Но мысль все равно вернулась. Она сделала это ради меня. Ради справедливости. Ради правды. И, боги свидетель, — никто и никогда в моей жизни так за меня не заступался. Я почувствовал, как уголки губ сами собой поднялись. Легко, почти неосознанно.

— Безумная девчонка, — прошептал я. — Абсолютно безрассудная.

И почему-то от этих слов в груди стало теплей. Так тепло, что я на секунду даже задержал дыхание. Мне больше не хотелось злиться. Не хотелось сталью защищаться от мира.

Хотелось лишь одного. Поговорить с ней. Убедиться, что она жива. Что она снова сможет глупо улыбнуться. Что она… вообще сможет смотреть мне в глаза.

И когда это желание стало таким сильным, что вытеснило все остальное, я понял: я влип. Серьезно. Безвозвратно. И, похоже, совершенно не вовремя.

Глава 7

Через несколько дней меня официально выписали. С ограничениями, разумеется. Никаких перегрузок, никаких «героических порывов», никакого «я еще чуть-чуть потяну». Я кивала так искренне, что сама себе почти поверила. И жизнь потекла своим чередом.

Мы столкнулись случайно. По-настоящему случайно, без драматических пауз и эпичной музыки. Я выскочила из-за поворота, на ходу просматривая расписание, и почти врезалась в чью-то грудь.

— Осторожно, — прозвучал чей-то знакомый возмущенный голос.

Я подняла голову. Мариус фон Хесс. Все еще идеально собранный, все еще прямой, все еще с тем самым выражением лица «я тут просто стою, а мир мне мешает». Но что-то было не так. Как будто броня сидела чуть неровно.

Мы замерли. Секунда. Вторая.

— Ты… — начал он одновременно со мной.

— Говори ты, — сказала я.

Он поморщился, но оспаривать не стал.

— Я… — он отвел взгляд, посмотрел куда-то мне за плечо. — Совет… был закрыт. Это… — пауза. — Не твоя заслуга.

— Я и не претендую, — честно ответила я. — Я просто сказала правду.

— В любом случае, — продолжил он сухо, — если бы не ты… — пауза стала слишком длинной. — Команда бы не вышла.

Это было сказано так, будто он отчитывался перед внутренним бухгалтером чести. Я моргнула.

— Это что сейчас было? — уточнила я. — Благодарность? Комплимент?

— Не преувеличивай, — резко ответил эльф, сверкнув глазами.

— Ну ладно. В любом случае мне приятно, — улыбнулась я.

Парень снова нахмурился. Я видела, как он ищет слова и не находит. Это было… неожиданно. И по-своему мило.

— Ты… — он снова запнулся. — На учениях… ты действовала правильно. Хладнокровно. И… эффективно.

Я приподняла брови.

— Мариус фон Хесс только что признал, что я была крута?

— Не привыкай, — буркнул он.

— Поздно, — я пожала плечами. — Кстати. Ты тоже.

Он застыл.

— Что?

— Ты был хорошим командиром, — продолжила я спокойно. — Не идеальным, упрямым, иногда бесящим. Но в критический момент ты не дрогнул и прикрыл нас всех. Это важно.

Я увидела, как у него дернулась челюсть. Эльф резко вдохнул, явно не ожидая от меня подобных слов.

— Ты не обязана… — начал он.

— Я знаю, — перебила я. — Я просто сказала.

Он выглядел так, будто ему срочно нужно было вспомнить, как дышать. Это было чертовски странно и интригующе. Впервые я видела этого пижона таким. Но у меня сегодня первая после выписки встреча с Кайденом.

— Мне пора. У меня занятие.

— С ректором? — автоматически спросил Мариус.