Песня вечных дождей - Меллоу Э. Дж. - Страница 75

Сохраняя молчание, путники накренили лодку и выбрались из нее, в любой момент ожидая появления легендарных существ, которые, как говорили, обитали здесь. Поднимаясь по лестнице, они выглядели карликами по сравнению с гигантским резным отверстием, чернота внутри которого казалась непроницаемой. Ларкира тихо загудела, и свет ее камня стал ярче, а затем все двинулись вперед в туннель.

Сердце Дариуса учащенно забилось, когда воздух с каждым шагом становился все более душистым. Растения, покрывавшие стены, проснулись, цветы засветились. Лепестки, казалось, покачивались в том направлении, в котором двигались люди, их свет окутывал странников зелено-голубой дымкой.

Ларкира погасила камень.

– Полуночные орхидеи, – шепотом объяснила Арабесса. – Они осветят нам путь, но также объявят о нашем приближении.

– И мы почти пришли. – Ларкира сдвинулась, открывая полоску света вдалеке.

Все разом остановились, звук скользящих тел и взмахов крыльев приближался к ним.

Тахопка.

Пульс Дариуса бешено забился, когда Ларкира взглянула на каждого из них.

«Приготовьтесь», – казалось, говорила она.

После того как сестры убрали свои маски, Арабесса тихо отстегнула скрипку, в то время как Ния наклонила голову, разминая шею. Ларкира слегка улыбнулась Дариусу, когда он вставил затычки в уши.

Все замерло, кроме звуков его учащенного дыхания и быстро бьющегося сердца.

Мусаи ждали его.

«Я готов», – кивнул он.

«Идите медленно», – одними губами произнесла Арабесса.

Подняв свой инструмент, она успокаивающим движением провела смычком по струнам, но какие бы завораживающие ноты ни вылетали из-под ее рук, Дариус, к счастью, не мог их слышать. Воздух вокруг них, однако, казалось, устремился вверх, полуночные орхидеи, все как одна, загорелись ярче; а странники направились к свету в конце коридора.

Дариус шел позади сестер, Ния возглавляла группу. Она двигалась так, словно ее тело имело форму змеи, накидка скользила вокруг нее, и Дариус с усилием отвел взгляд. Даже без музыки ее плавные движения обладали огромной силой.

Ларкира шла на шаг позади Арабессы, ее рот был открыт, как будто она подражала тому, что играла ее старшая сестра, и Дариусу вдруг отчаянно захотелось услышать, что она поет, ее голос стал эликсиром для его души.

Нет.

Он покачал головой, избавляясь от овладевающего им искушения. Силы моря Обаси, этих сестер действительно стоило бояться.

Остановившись у входа в туннель, Мусаи продолжили свое представление, пока осматривали внушительный зал.

Это была сокровищница магии и богатств.

Пещеру освещал сине-зеленый пульсирующий свет от гигантских светящихся кристаллов, расположенных вдоль пола и стен. Сотканные из серебряной пряжи ковры доходили до покрытых мхом дорожек, которые вели к неглубоким светящимся бассейнам, в то время как маленькие лавандовые и бирюзовые цветы цвели в разных уголках, их пыльца свободно парила в воздухе. Повсюду были расставлены шелковые гамаки, как будто это пространство предназначалось для отдыха и встреч, своего рода купальня. Но в центре всего этого красовался предмет, из-за которого по коже Дариуса пробежали мурашки.

Высокое, толстое дерево росло на вершине небольшого склона, его ствол закручивался, извиваясь до самой верхушки, где масса колышущихся цветов испускала яркое бело-голубое свечение. Основной источник света в пещере и то, что должны были забрать пришедшие сюда.

Точнее, что должен был забрать Дариус.

Оренда.

«Всего один стебель», – сказали Ачак.

Хотя сцена казалась безмятежной и мирной, угроза таилась на каждом шагу.

Словно застывшие, дюжина или более тахопок лениво развалились в бассейнах, повисли в воздухе, ползли или были готовы вот-вот повернуться, и все они смотрели прямо на пришедших сюда.

Дариус стоял неподвижно, по его коже бежали холодные мурашки, а кровь отхлынула от лица при виде такой картины.

Зрелище было поистине ужасающим.

Он никогда не видел подобных существ. От живота и выше они были женщинами, их бледно-зеленая кожа казалась нежной, и все было выставлено напоказ. Ниже талии это были змеи, каждая с гигантским, покрытым чешуей хвостом различных зеленых оттенков. Их крылья были перепончатыми, как у летучих мышей, но с густыми перьями по краям, в то время как темные волосы были зачесаны назад и заплетены в косы.

Дариус готов был любоваться ими вечно, если бы Мусаи не двинулись дальше в пещеру, выстраиваясь в ряд возле лестницы, которая вела вниз в логово существ.

Ларкира бросила быстрый взгляд в его сторону, ее губы пели что-то отличное от того, что говорили глаза.

Иди.

Проглотив все страхи и варианты страшных последствий, которые крутились в голове, Дариус спустился в змеиное логово.

Они не заметили мужчину, идущего среди людей, тихо ступающего через большой хвост к цели, находившейся в центре. Вся пещера была очарована тремя женщинами, Ния плавно двигалась, петляя между своими сестрами, которые пели и играли. Все в комнате, казалось, тянулось в их сторону, вся невидимая энергия жаждала этого представления.

Поднявшись на небольшой, покрытый мхом холм, Дариус сделал глубокий вдох, оглядываясь через плечо.

Пристальный взгляд Ларкиры был прикован к нему, и, слегка кивнув, он вернулся к своей задаче.

Дариус медленно взобрался по извилистому стволу дерева на полог раскачивающейся оренды. Обхватив ногами ветку, он двинулся к цветам, практически ослепляющим своей яркостью.

Открыв висевший на груди мешок, Дариус потянулся к длинному стеблю, его лепестки казались пышными и мягкими, волшебными угольками в огне.

С тихим щелчком сорвав растение, Дариус замер.

Когда ничего не изменилось, он вздохнул с облегчением, но вдруг каждый цветок на дереве вздрогнул, словно испугавшись, что их ждет та же участь, и все, как один, спрятались в свои стручки.

Пещера погрузилась во тьму, если не считать тусклого свечения бассейнов и окружающих пространство кристаллов.

Шипящий вопль сотряс стены и вторгся в мозг Дариуса.

Заклинание, под которым находилась тахопка, было разрушено; каждая из них повернулась лицом к тому, кто лишил их света.

Дариусу.

Что за алчная тварь потревожила наше святилище? – взвизгнул голос у него в голове.

Дариус отполз назад на ветку, когда самое большое из существ скользнуло в его направлении, ее желтые глаза вспыхнули.

Мужчина, – выплюнула она. – Сегодня вечером ты хорошо накормишь меня и моих сестер.

– Э-э, но я не взял с собой еду. – Дариус ударился о ствол.

Ты наша пища, мерзкое создание.

– Но если я такой мерзкий, – возразил Дариус, отчаянно желая выиграть немного времени, – почему ты хочешь съесть меня?

Ответом стало еще одно шипение, прозвучавшее в его голове, когда существо быстро скользнуло вперед.

– Зараза, – выругался Дариус, соскальзывая с извилистого дерева, прежде чем отпрыгнуть от приближающейся королевы и направиться к выходу.

Больше ты не сможешь украсть, ибо умрешь, – прокричал в его голове другой голос находившейся ближе тахопки, когда она ударила его своим толстым хвостом. Дариус подпрыгнул, с грохотом ударившись о землю. Существо набросилось на него, намереваясь ударить снова, и у Дариуса не осталось иного выбора, кроме как нырнуть в один из подсвеченных бассейнов.

Вода показалась ему теплой, и, быстро моргая, Дариус открыл глаза. Дно было покрыто тысячами извивающихся, светящихся жуков, водяных червей, как назвала их Ларкира, отдававших этой подводной пещере свой блестящий свет. Развернувшись, Дариус задержал дыхание. Бассейны были соединены друг с другом, их круглые очертания виднелись вверху.

Хвала потерянным богам.

Изо всех сил двигая ногами, Дариус поплыл к открытому отверстию вдалеке, которое, как он полагал, находилось ближе всего к выходу.

Волна подтолкнула его вперед, и он оглянулся через плечо; поджав крылья, три тахопки плыли за ним, хвосты помогали им набирать скорость.