Красивый. Грешный. Безжалостный (СИ) - Кузьмина Виктория Александровна "Darkcat" - Страница 58

Он не раз проходился по мне ремнём в детстве и подростковом возрасте, бил. Унижал, и я научилась терпеть боль. А вот от того, что он конкретно задумал, от того плана, который он вынашивал и в который пытался втянуть меня, было гораздо страшнее.

Мне это всё ужасно, до тошноты не нравилось. Это было что-то настолько плохое и опасное, что он целенаправленно подбивал меня на преступление.

Подумать только, он пытался заставить меня выкрасть документы, доказывающие, что официальная передача опеки состоялась и что теперь я юридически принадлежу Каину.

Хотя, если честно подумать и взвесить все за и против, то лучше во всех смыслах принадлежать ему, чем оставаться под властью родителей, которые явно задумали что-то опасное и готовы были использовать меня в своих целях.

— О, ты тоже пришла помочь? — я резко подняла голову, вздрогнув от неожиданности, и увидела Аргона. Парень стоял передо мной с огромным мешком в руках, набитым доверху всяким мусором, и из него даже торчали наружу длинные палки с ржавыми, погнутыми гвоздями.

— Да, конечно, пришла помочь, как обещала, — выдавила, пряча телефон обратно в карман и стараясь взять себя в руки, выровнять дыхание.

— А может быть, не стоило тебе приходить сегодня? — он посмотрел на меня, нахмурив брови. — У тебя наверняка ещё нога толком не зажила после вчерашнего, рано тебе нагружать её?

— Нет, это сущие пустяки, не переживай, — я попыталась улыбнуться, хоть и получилось неубедительно. — Я её тщательно обработала антисептиком и пью таблетки от аллергии по расписанию. Спасибо тебе ещё раз, кстати. Если бы ты не помог мне так быстро, то аллергическая реакция разошлась бы гораздо сильнее и хуже.

— А как у тебя вообще появилась эта странная аллергия на растворитель? Она довольна редкая. — Оттаскивая тяжеленный мешок к огромной куче других таких же, что стояли у стены. Видимо, я всё-таки прилично задержалась из-за звонка и разговора, и они уже вовсю работали, убирались без меня. Не дожидаясь.

— У нас она передаётся по наследству, — пожала я плечами, доставая наконец из рюкзака бутылку с водой. — У отца сильная аллергия на растворитель и на некоторые агрессивные виды бытовой химии, такие как концентрированная хлорка, отбеливатели. Ещё вроде на что-то было, но я уже сейчас точно не припомню, если честно. У меня проявляется только на растворитель, остальное нормально переношу.

Я сунула телефон глубже в сумку и быстро поставила его на полностью беззвучный режим, потому что краем глаза уже увидела на высветившемся экране, что отец опять настойчиво пытается дозвониться, его имя мигало на дисплее. Входящий звонок я молча сбросила, даже не раздумывая, и достала наконец-то из недр рюкзака злосчастную бутылку с прохладной водой. Откручиваю крышку дрожащими пальцами и жадно выпиваю несколько больших глотков залпом, чувствуя, как влага смачивает пересохшее горло.

— Понятно, генетика, — отстранённо, задумчиво проговорил парень, вытирая грязные руки о джинсы. — Ладно, пойдём со мной тогда, раз уж ты всё-таки пришла. Мне очень нужна твоя помощь. С тобой будет в разы проще и быстрее справиться, потому что из девчонок-волонтёров больше вообще никто сегодня не появился, все отказались или заняты. А нам надо домыть окна.

Я кивнула, убрала бутылку обратно в сумку, быстро зашагала следом за ним по грязному, заваленному строительным мусором коридору. Действительно, работа здесь шла во всю, полным ходом, и достаточно много бездомных людей было подключено к уборке. Они таскали мешки, разбирали завалы, мели полы. Из волонтёров сегодня пришло всего человек пять, может чуть больше, но всё равно даже эта небольшая помощь была очень ценной и нужной. Объём работы предстоял просто колоссальный.

Здесь скопилась невероятная куча разнообразного мусора. В том числе кое-где частично обвалилась часть потолка и стен, оставив после себя горы обломков. Весь этот хлам нужно было аккуратно собрать по мешкам и вытащить на улицу, чтобы его потом вывезли на свалку.

Окна в здании были по большей части целые, не разбитые, но кое-где стёкла были растрескавшиеся, словно покрытые паутиной. Целые и неповреждённые окна нам необходимо было тщательно вымыть, а там, где стёкла растрескались, их скорее всего будут полностью заменять на новые при ремонте, поэтому особого смысла их мыть сейчас не было.

Аргон уже заранее приготовил для нас большое пластиковое ведро с мутной водой и несколько чистых тряпок, сложенных стопкой.

— Я думаю, начать логичнее всего нужно будет с самых верхних секций окон, — сказал он, оценивающе глядя на высокие оконные проёмы.

Я внимательно посмотрела на высокого парня, потом перевела взгляд на огромные грязные стёкла и отстранённо, с сомнением произнесла:

— Мне кажется, я физически не дотянусь до самого верха даже на цыпочках, слишком высоко. Может быть, ты будешь мыть верхнюю часть, а я займусь нижней половиной?

— Не преувеличивай, — усмехнулся он, почесав затылок. — Я, если честно, тоже туда не дотянусь нормально, слишком высокие окна тут. Я вообще думал вот о чём: если ты, конечно, не против и не боишься, я бы мог осторожно посадить тебя к себе на плечи, и тогда нашего суммарного роста вполне хватило бы, чтобы спокойно дотянуться и качественно промыть самый верх.

Я ещё раз критически посмотрела на парня, оценивая его рост, потом посмотрела на высоченные запылённые стёкла, прикинула в уме расстояние и молча кивнула, соглашаясь на его план.

Мы принялись мыть огромные окна одно за другим и параллельно много о чём разговаривали, болтали обо всём подряд, чтобы скоротать время. Аргон между делом рассказал мне, что ту загадочную штуку, которой он занимался последнее время в свободные часы, он наконец-то полностью доделал, закончил все работы, и в следующий раз, когда мы встретимся снова, он обещал показать мне результат. Он назвал её Гемотранслятор. Для меня стало настоящей неожиданностью, что парень вроде Аргона увлекается медициной. Смастерить такую сложную и не похожую на другие вещ в подвале от и до своими руками… Он был невероятно талантливым. Я видела Гемотронсляторы которые использовались в ветклиниках, они предназначались для людей и были похожи на большую коробку. А эта штучка помещалась в руке…

Когда мы уже домывали самое последнее, крайнее окно в длинном ряду, я изо всех сил потянулась выше, стараясь достать до самого верхнего угла, где осталось грязное пятно, опираясь для равновесия ему на твёрдую голову свободной рукой, чтобы не упасть. И именно в этот момент я внезапно почувствовала, как меня резко, грубо хватают за тонкую ткань кофты сзади на спине и одним мощным рывком сдёргивают вниз с плеч Аргона.

От неожиданности и испуга я пронзительно заверещала во весь голос, инстинктивно зажмурившись и готовясь к болезненному падению на жёсткий пол, но не рухнула вниз, не ударилась, потому что меня подхватили чьи-то сильные руки. Подняли в воздух, а потом достаточно быстро и не слишком аккуратно поставили обратно на пол.

Так что я, не удержав равновесие, крутанулась на полу, споткнулась о мусор, валяющийся прямо под ногами, и чуть не упала.

Подняв наконец глаза, я с ужасом увидела, как Каин со всей своей нечеловеческой силы впечатывает, вдавливает Аргона в грубую бетонную стену, придавливая его своим телом, но тот молниеносно перехватывает его за запястье железной хваткой и крепко держит, не давая приблизиться.

Между двумя альфами мгновенно повисла густая, почти осязаемая волна противостояния, открытой агрессии и взаимной ненависти, и всё огромное помещение буквально пропиталось, наполнилось до краёв мощнейшей, животной жаждой крови. Желанием разорвать противника.

Удивительно и даже пугающе было то, что они яростно боролись друг с другом и при этом были практически на равных по силе, хотя Аргон всё же слегка, совсем чуть-чуть уступал ему в этой первобытной жажде доминирования и крови.

Я словно физически видела перед своими глазами, как две мощные природные стихии столкнулись лицом к лицу в смертельной схватке.