Князь Медведев. Дилогия (СИ) - Уточкин Вячеслав - Страница 119

Принц в пруду пустил пузыри и погрузился на дно.

Мазнув рукой по разбитой губе, я смочил кровью печать Кали.

Воздух уплотнился, явив фигуру игрока.

И так недовольное лицо некроманта скривилось ещё больше.

Кали огляделась и, приподняв бровь, уставилась на меня.

– Злостное нарушение правил, – поторопился я дать объяснение.

Очень уж мне не понравился её вид. В одной руке – чудной меч, в другой – голова циклопа.

– Фигуру в моем лице атаковал игрок, – и я ткнул пальцем в Де‑Сау.

Кали перевела взгляд на него. Было заметно, что хоть они оба игроки, связываться с ней некромант не горел желанием. Похоже, о Кали слышали все. Такой же отморозок, как Арзамасская.

– Ложное обвинение.

Он указал на всё ещё пускающего пузыри принца.

– Союзная мне фигура пригласила его на переговоры. Опасаясь нападения и неадекватного поведения, пригласила меня. Как видите, это и произошло. С моей стороны – чистая самооборона.

Кали, отбросив отрубленную голову циклопа, прошла к пруду, выловила принца и смыла с себя кровь.

Этот нехороший японец, исторгнув из себя принудительно выпитую воду, очень быстро сориентировался. На вопрос Кали: «Чё надо?» сразу выдвинул претензию ко мне:

– Моё имя Такэхико. Я принц страны восходящего солнца и жених принцессы Российской Империи Годуновой. Я обвиняю князя Медведева в вероломном нападении его фамильяров на мою невесту. Мне удалось ликвидировать угрозу. Князь Медведев был приглашён на встречу, дабы решить все разногласия дипломатическим путём. Вместо этого он коварно убил моих слуг и чуть не убил меня.

Де‑Сау с уважением взглянул на принца.

Кали с ехидной улыбочкой предложила:

– А давайте вызовем гроссмейстера, и он накажет зарвавшуюся фигуру.

– Ну зачем беспокоить столь занятую сущность, – забеспокоился Де‑Сау. – Мы спокойно решим это мелкое недоразумение в приватной обстановке с помощью поединка.

Принц мгновенно подхватил поданную некромантом мысль:

– Князь Медведев, я вызываю вас на дуэль! Здесь и сейчас.

Дуэльный кодекс во всех мирах примерно одинаковый. Но кажется мне, сейчас мы ориентируемся не на кодекс Российской Империи, где смерть одного из участников влечёт тяжёлые последствия. Тем не менее, в базе всё похоже: выбор оружия и граничных условий поражения за мной. Прежде чем их озвучить, я потребовал освободить фамильяров.

– Нет! – гордо вскинув голову, со злорадством заявил принц. – Они будут страдать и погибнут.

Де‑Сау, заметив недовольство Кали, дал пояснения:

– Ловушка, в которую попались зверьки, одноразовая и неразрушимая. Даже для игроков.

Память подсказала, что в похожей клетке сидел Кузя, которого туда запихнул наёмник‑игрок. В то время я был с выжжеными магоканалами и сразу потерял сознание, стоило убрать часть клетки в инвентарь. Выжил тогда каким‑то чудом.

– А что будет, если её просто убрать в инвентарь? – поинтересовался я у окружающих.

– Выжжет все магоканалы. Даже игрок инвалидом останется. Готов к такой жертве ради фамильяров?

Учитывая, что я это уже делал… да и терять мне только двадцать процентов… в общем, можно попытаться.

– То есть вы не против, если я разрушу клетку? – с усмешкой спросил я противников.

– Можешь попытаться, – оживился Де‑Сау. – Это будет интересно. И закончит все наши проблемы.

– Добро, – сказал я. – Подождите и не мешайте. Я это сделаю. Кали, подстрахуешь?

Она кивнула. В глазах любопытство смешалось с беспокойством. Любопытство явно побеждало.

Я ушел в глубокую медитацию. Задействовал неизвестный в этом мире навык перенастройки каналов. Будучи ректором, я лично разработал эту методику. Благодаря ей и создал чип, который здесь стал Словом. Было довольно‑таки больно мысленно перенаправлять магоканалы.

Четыре процента закрепил в каменных шариках в инвентаре. Десять направил в нож, надеясь, что это оружие, прошедшее через все невзгоды, готово принять такой поток энергии. Шесть оставшихся процентов направил на когти химеры.

Выскочившая надпись чуть не сбила мне концентрацию:

Сила духа увеличена на два балла. Сила мысли увеличена на четыре балла

Смахнув надпись и пот со лба, пожелал получить одну из стенок клетки в свой инвентарь.

Ожидание сильнейшей боли себя оправдало. Хотя в этот раз сознание меня не покинуло. Я даже сумел отследить, как фрагмент клетки вспыхнул сверхновой звездой. Поток энергии, устремившейся к моему источнику, пошёл по перенастроенным магоканалам.

Вынырнув из своего внутреннего мира, я очень недобро взглянул на принца и Де‑Сау. Они в это время, уронив челюсти, пялились на вскрытую клетку, из которой Кали извлекала моих фамильяров.

Её руки засияли зелёным светом. Первой пришла в себя дракоша. Заметив принца, зашипела и плюнула в него маленьким фаерболом.

Тот от неожиданности выставил щит, настолько напитанный энергией, словно Такэхико не фигура, а игрок.

Похоже, флакон фиолетового тумана из другой вселенной нашел своего клиента.

– Этот гад нас обманул! – взвизгнула драконесса. – Порву на мелкие кусочки!

Пришедший в себя принц взмахом руки отправил в дракошу дротик, светящийся от вложенной в него силы.

Дракоша юркнула за Кали, которая в это время приводила в порядок Потапыча. Дротик был самонаводящийся.

Сменив направление, он воткнулся в широкую преграду.

Кали махать руками не стала.

На месте принца возник кровавый блин с вкраплениями перемолотых костей.

Пыхнувший злобой Де‑Сау заключил в шар грязно‑коричневого цвета Кали и моих зверушек. Они судорожно пытались вырваться из сжимающейся сферы.

Я вложил в каменные шарики по два балла Силы Мысли и метнул в некроманта все четыре одновременно. Они, как спутники, закружились вокруг его головы.

Нехороший некромант обратил свой холодный взгляд на меня.

В этот момент энергия от клетки и энергия Силы Мысли вызвали бурную реакцию. Беззвучная вспышка временно лишила меня зрения. Полоска регенерации упала до нуля.

Проморгавшись, первым делом я увидел безголовое тело Де‑Сау. Горбун, который дважды пытался вскрыть меня на операционном столе, натравливал убийц,только что грозился уничтожить моих фамильяров, – лежал в луже собственной грязно‑бурой крови. Мёртвый. Окончательно.

Я выдохнул. Кажется, впервые за всё время боя. Радости не было, но определённое облегчение – однозначно. Словно занозу вытащили из‑под ногтя.

– Вот ты и допрыгался, – тихо сказал я, ни к кому не обращаясь. – И стоило оно того, спрашивается.

Кали ругалась, стряхивая с себя ошмётки коричневой сферы. Потапыч, подгоревший, но живой, отряхивался. Довольная дракоша выглядывала из пруда, явно гордясь своей ролью в произошедшем хаосе.

Безо всяких спецэффектов появился знакомый гроссмейстер.

– Медведев, ты начал меня утомлять. – Он огляделся и поправил пенсне. – Постарайся удивить. И тогда у вас у всех появится шанс прожить чуть дольше.

Достав из инвентаря свиток телепортации, я чётко представил свой домик в Выборге. Появилась белая арка.

Вежливо пропустил вперёд гроссмейстера и Кали. Дракошу и Потапыча отправил на отдых. Шагнул в портал, жалея о малом количестве приобретенных свитков.

Решил – как только сниму проклятие с источника, займусь разработкой стационарных порталов. Тем более, техномагическую составляющую знаю неплохо.

Во дворе меня встретили грустные разоружённые гвардейцы. Стоявшая рядом с ними Кали держала за шкирку Рысева.

Я впервые увидел способность игроков к изменению своего тела.

Подросшая в три раза Кали встряхивала Рысева, как нашкодившего котёнка, и вела задушевную беседу:

– Ты, болван, на кого напал? Прежде чем стрелять, хоть узнай, в кого стреляешь.

Гроссмейстер с интересом наблюдал за этой картиной, сидя на призванном кресле.

Я легонько покашлял, привлекая внимание.