Князь Медведев. Дилогия (СИ) - Уточкин Вячеслав - Страница 27

Если бы не тревожная ситуация с замком Арзамасских, было бы забавно понаблюдать за тем, как одна эмоция Кузи сменяет другую. Про таких говорят — у него всё на лице написано.

Я доел булочку, подошел к карте и начал плавно уменьшать масштаб.

И, хоть на улице и царствовала ночь, мы хорошо видели как замок, так и прилегающую к нему территорию. Кузя завороженно наблюдал за моими манипуляциями до тех пор, пока мы не увидели блокпост.

— Самка собаки!!! — взревел Кузя, тыча в замершую у блокпоста зелёную точку. — Повар-отравитель!

Я, не дожидаясь просьбы Кузи, дал максимальное приближение.

Повар стоял у закрытых дверей и переминался с ноги на ногу. Явно кого-то ждал.

— Смотри! — крикнул Кузя, впившись взглядом в подъезжающий к блокпосту бронированный микроавтобус.

Повар, не дожидаясь, когда микроавтобус остановится, бросился к нему. Отъехала боковая дверь, и ему навстречу выскочили два вооружённых бойца.

Они мимоходом прописали предателю пару ударов и, оставив его корчиться на земле, рванули к блокпосту. Через минуту один из них вернулся к автобусу и, лениво пнув пытающегося подняться на ноги повара, что-то сказал в сторону открытой двери.

Оттуда неспешно вылез давний знакомец, которого я видел во сне, — Мазепов Пётр Кириллович. Контур его тела светился зелёным, так же, как и у бойцов.

Следом за ним появилась непонятная троица. Двое были одеты в балахоны с накинутыми на лица глубокими капюшонам. Третьей оказалась молодая красивая девушка, которую почему-то вели на цепи.

Причём если фигуры «балахонов» почему-то подсвечивались оранжевым, то от девушки так и фонило чернильной тьмой.

— Сын самки собаки!!! — прорычал Кузя, явно имея в виду или повара, или Мазепова, затем, ткнув пальцем в фигурку девушки, добавил:

— Это дочь повара. Он безумно её любит, больше у него родни нет.

Мазепов тем временем подошел к валяющемуся на земле повару и присел рядом с ним. Что-то сказал, поднялся на ноги и, усмехнувшись, махнул рукой.

Державший цепь «балахон» отстегнул карабин и указал длинным пальцем на повара. Девушка, упав на четвереньки, совершила длинный прыжок и приземлилась своему отцу на грудь.

— Это что за дичь? — опешил я.

Смотреть на то, как она по-звериному рвёт повара на куски, было противно и мерзко. Через несколько секунд зелёный контур повара мигнул и исчез.

— Самки собаки дети!!! — словно ненормальный, заорал Кузя. — Это чучельники!

— Что за чучельники? — уточнил я, продолжая следить за непрошенными гостями.

— Секта садистов, запрещенная в Российской империи. Они в Англии обосновались. Там у них штаб-квартира, — зачастил Кузя. — Я с этим порождением тьмы не справлюсь.

— Сильная?

— Очень, — заверил меня Кузя. — Она одна сотню человек загрызть сможет. Не пожалели на девчонку ингредиентов… Призвали в её тело какого-то демона.

— Интересно, зачем…

— Фирменный стиль чучельников, — скривился Кузя. — Их награда за предательство — самые страшные страдания, которые только может ощутить человек.

Пока он меня просвещал, враги посадили девушку обратно на цепь. Сами вчетвером, оставив бойцов возле машины, двинулись в сторону замка. Я постепенно уменьшал масштаб карты, пока не увидел то, что было нужно.

Знания, вбитые во сне, подсказали идеальное место для засады — возвышающийся у дороги дуб-великан, который раскинул свою крону, закрывая свет луны.

— Тут их и встретим, — протянул я, сворачивая карту.

Кузя согласно кивнул, и мы сорвались с места. Спустившись на первый этаж, выскочили на улицу.

— За мной! — бросил он.

Слуга рода видел в ночи, как кошка, и вёл меня наикратчайшей дорогой. Не прошло и нескольких минут, как мы оказались около дуба.

Вот только стоило мне подбежать к нему, как я почувствовал, что в моё тело вливается странная сила. На помощь пришло Слово:

Обнаружена природная область с повышенной энергетикой.

Рекомендуется находиться в этой области в течение девяноста девяти часов.

Это позволит восстановить энергию до пятидесяти процентов

Отмахнувшись от предложения, я взлетел на нижнюю ветку. Кузя остался у подножия.

Знания, полученные в хрустальной капсуле, позволяли провести точный выстрел где-то на четыреста метров. Но ночь резала это расстояние в два раза.

Приникнув к прицелу, я занял удобное положение.

Враги появились через несколько минут. Прицел с встроенным тепловизором отлично высветил две фигуры из четырёх, хотя до них было ещё полкилометра. Это были Мазепов и ковыляющая на цепи девушка.

Двое балахонников не излучали тепла, и в то же время чуйка просто орала — их надо убирать в первую очередь!

Стрелять я начал, когда незваные гости пересекли рубеж в триста метров.

Сделал четыре выстрела, уложившись в три секунды. Двое в балахонах упали, как подрубленные, а вот вокруг Мазепова вспыхнул ярко-белый кокон. Что до девушки, то она и вовсе не заметила выстрела.

Мазепов, не будь дураком, упал на землю и откатился за ближайшее дерево, а дочь повара рванула в мою сторону.

Двигаясь, как собака, на всех четырёх конечностях, она то и дело размазывалась в воздухе, стремительно приближаясь к дубу.

Я успел попасть по ней ещё три раза, но всё было без толку.

Отложив винтовку, я потянулся было за пистолетом, но тут на моих глазах Кузя перекинулся в здоровенную белую обезьяну.

Его одежда клочьями разлетелась в разные стороны, и он рванул навстречу девчонке. Дочь повара, захрипев, прыгнула на Кузю, но он ловко перехватил её в полёте и с усилием оторвал ей голову.

Вот только одержимое демоном тело не собиралось так просто умирать.

Под светом луны было хорошо видно, как покатившаяся по земле голова не сводит с Кузи чёрных, как мазут, глаз и агрессивно клацает удлинившимися челюстями. Подыхать она явно не собиралась.

Тело, оставшись без головы, изогнулось под неестественным углом и принялось рвать Кузю. Причём когти у этой безголовой дамочки были размером с боевой кинжал!

Не тратя времени даром, я выпустил по голове обойму из ПСП, но, несмотря на снесенные полчерепа, то, что осталось от головы, продолжало отбивать зубами чечётку.

— Миша!

На моих глазах в Кузю ударил перламутровый луч света. Тварь, с которой он боролся, рассыпалась в прах, а сам он ничком упал на землю, приняв свой первоначальный вид.

Я скрипнул зубами и схватился за снайперку.

Вот знал же, что знания не являются силой без практики! Знал, что нельзя забывать о Мазепове, и всё-таки допустил эту ошибку.

Выдохнув, я поймал в прицел удирающую фигуру Петра.

Данг! Данг! Данг!

Более скоростной стрельбы я не показывал даже во сне. Но световой кокон лишь замедлил его бег.

Память тела подсказала, что в обойме остался последний патрон. Ещё немного, и Мазепов убежит! Гнев захлестнул меня с головой.

Не сдержавшись, я крикнул:

— Слово! Всю энергию в патрон!

И нажал на спусковой крючок.

Светящийся росчерк пули разбил световой купол Мазепова на сотни осколков, а сам Пётр рухнул на землю. В прицел было хорошо видно, как он пытается ползти на руках.

Живучий, гад!

Оставив бесполезную уже винтовку, я спрыгнул на землю и, вооружившись пистолетом, побежал к Петру.

Мазепов встретил меня безумной улыбкой.

Дырка в животе затягивалась на глазах. Его левая рука была сжата в кулак и направлена в мою сторону. На запястье висела круглая бляха со светящимся барельефом крысы и цифрой восемь.

Где-то я уже видел подобную штуку…

Стрелять я начал, как только вышел на дистанцию поражения. Вот только рука Мазепова, изгибаясь под немыслимым углом, отбила все мои выстрелы.

Остановившись в пяти шагах, я поменял обойму и вновь открыл огонь.

Но чёртов ублюдок раз за разом отбивал все мои выстрелы.

Не знаю, сколько продолжалось это противостояние, но в какой-то момент у меня закончились патроны.