Князь Медведев. Дилогия (СИ) - Уточкин Вячеслав - Страница 48

Его аура власти давила просто невыносимо. Чтобы хоть как-то абстрагироваться от ситуации, я дал себе установку воспринимать его как неодушевлённый предмет — скажем, мангал.

Давление мгновенно ослабло, а Гроссмейстер усмехнулся:

— Оригинально. Ещё ни разу не чувствовал себя мангалом. — В его взгляде мелькнуло любопытство. — А почему именно мангал?

— Мимо завтрака пролетел, попал на… праздничные игры — отшутился я, одновременно с этим осознавая, что влип по полной. — Вокруг… интересная компания. Клетка опять же, кхм, уют создаёт.

Существо напротив поморщилось:

— Я плохо воспринимаю чужой юмор. А мои шутки окружающие почему-то не любят.

Его хриплый голос, казалось, вымораживал душу.

— Будем считать, проверку прошёл. Через час — первый бой. Источник временно доступен. Встроенный фрагмент игрового поля отключён. Разрешено использовать нож из инвентаря. Возможны призыв и отзыв фамильяра. В случае его гибели на арене он стирается из этого мира. Способности, приобретённые в прошлой жизни, блокированы. Желаю успехов.

С этими словами он исчез вместе с креслом. На столике рядом с папкой появились чашка кофе и круассан.

Ну вот, а говорит — юмора не понимает…

Я прикрыл глаза, попытался взглянуть на Источник и чуть было не ослеп. Ограждающая его стена исчезла, магоканалы были полностью восстановлены.

Пользоваться Источником по принципам прошлой жизни было нельзя, но выученные у Кузи бытовые мудры срабатывали просто «на ура».

Уничтожив лёгкий завтрак — спасибо гроссмейстеру — я погрузился в медитацию.

Получилось так легко и свободно, что я и не заметил, как пролетел час.

Так, в позе лотоса, я и очнулся, — вот только вместо тёплого пола оказался на холодном камне. От моего появления столбом взметнулась коричнево-серая пыль, которая тут же закрыла мне обзор.

Попытавшись встать, я понял, что сила тяжести здесь намного меньше привычной мне. Вставая, совершил незапланированный прыжок.

— Воу-воу! — вырвалось у меня, а сам я замер, привыкая к слабой гравитации.

Но больше всего мешала вездесущая пыль. Применив мудру очищения от пыли, я получил десяток спрессованных шариков и наконец смог оглядеться.

Я находился в кратере, оставшемся от мощного взрыва. Поднявшись на гребень, увидел серую равнину и быстро приближающуюся ко мне точку. Оставляя за собой клубы пыли, она стремительно превращалась в… мифическую нагу — женщину со змеиным хвостом вместо ног.

В её четырёх руках хищно поблёскивали клинки из прозрачного стекла.

Нага, сблизившись, стремительно атаковала магией. С клинков сорвались ледяная сосулька, сюрикены-снежинки, водяное копьё и рой мелких водяных капель, похожих на насекомых.

Успев заметить, что все плетения были созданы на основе Воды, я применил бытовую мудру прочистки воздуховодов.

Взметнувшаяся пыль скрыла обзор, одновременно с этим связывая водную стихию. Большинство заклинаний превратились в грязь, и лишь одна грязная сосулька, взлохматив мне волосы, пролетела в сантиметре от головы.

Доверившись инстинктам, я отпрыгнул в сторону, и вовремя! На то место, где я только что стоял, рухнул огромный кусок льда, визуально напомнивший мне молот одноглазого спарринг-партнёра из виртуальных тренировок.

А эта нага сильна! Куда мне с ней тягаться с одними лишь бытовыми мудрами! Выход один — брать хитростью.

Я распластался у ледяной глыбы и, использовав мудру воздушной уборки, присыпал тело осколками. Затем использовал мудру зарядки бытовых артефактов и направил энергию в спрессованные шарики пыли, которые до сих пор валялись на земле.

Они, как голодные мальки, жадно впитали в себя силу из моего Источника. Почти опустошив его до конца, я сложил мудру мухобойки — тонкий луч энергии для поражения насекомых. С помощью второй мудры — бытовой левитации мелких предметов — выстроил шарики вдоль этого луча.

От чудовищного расхода энергии сознание поплыло, а сам я чуть было не отключился.

Нага тем временем обогнула ледяную глыбу и, оценив моё состояние, взмахнула всеми четырьмя клинками:

— С-с-слабак…

Я не стал дожидаться, когда она приблизится на расстояние удара, и активировал мухобойку. Шарики, как разрывные пули, влетели в голову нехорошей змеюки. Первые пара штук снесла её защиту, а остальные разнесли череп.

Убедившись, что победил, я ослабил контроль воли, и сознание провалилось в небытиё.

Очнулся я в знакомом кресле, всё в той же клетке. На столике ждал комплексный обед: наваристая солянка, пюре с отварной курицей и взвар из трав необычного вкуса. Проверил Источник — он был полон.

К концу трапезы появился гроссмейстер. Усевшись напротив, достал из воздуха бокал вина и задумчиво спросил:

— С какой стати курирующий тебя игрок делает ставки против тебя?

Выходит, Люций поставил против меня? Вот он… нехороший тип.

— Не знаю, — буркнул я. — Мне он не докладывает.

Гроссмейстер, отследив мою реакцию, утвердительно заключил:

— Значит, сговора нет.

Допив вино, произнёс:

— Завтра полуфинал. Постарайся меня не разочаровать.

После чего исчез, словно его и не было. Примерно через час после его ухода к клетке подошли Краух и Амагук. Я их почему-то не слышал, но зато отлично видел.

Глядя на их гримасы, мне сразу же вспомнилось посещение зоопарка: школьники корчили рожицы рыжему примату за стеклом. Обезьяна снисходительно наблюдала, и в её глазах читалась одна-единственная мысль:

«Хорошо, что стекло защищает от этих ненормальных».

Сама собой вспомнилась интересная мудра, которую Алёна показала татуированному качку.

Я сжал руку в кулак и демонстративно поднял средний палец.

Подействовало. Оба взбесились не на шутку.

Я же, усмехнувшись, улёгся на деревянный пол и провалился в сон.

В комнате, украшенной гирляндами экзотических цветов, сидели двое: Люций в образе старика-громовержца и синекожая девушка топлесс.

Засмотревшись на неё, я чуть было не пропустил начало разговора.

— Значит, говоришь, фигура в начале пути? — оскалилась синекожая. — Как там ты сказал? «Проблем не будет! Он даже ни одной мудры не знает!»

Она взмахнула рукой, и горло Люция обвила шёлковая удавка.

— Кали, остынь! — поморщился Люций, и электрические разряды испепелили удавку. — Я сам в шоке! Клянусь если бы гроссмейстер не изолировал его, я бы сам его прихлопнул!

— На жалость не дави, — скривилась девушка. — И как мы теперь будем решать вопрос с возникшей на моей территории Стелой?

— Не парься, — отмахнулся Люций. — Завтра у него бой с чучельником, у которого фамильяр — тысячелетний баньян.

— Так он же неповоротливый. И медленный. Ни в жизнь твоего живчика не догонит.

— А ему и не надо, — усмехнулся Люций. — Чучельник будет в сфере Абсолюта, и Медведев сам к нему придёт.

Проснулся я в отвратительном настроении. Ненавижу работать с иудами — скользкие и подлые типы.

Так, спокойно! Нельзя перед боем поддаваться эмоциям!

Чтобы успокоить разум, принял «алмазную позу» — встал на колени и опустился пятой точкой на пятки. Не прошло и минуты, как хаос мыслей покинул голову, а взамен сформировался примерный план действий.

Так и сидел до начала второго боя, раз за разом прокручивая в голове свой план.

В какой момент очнулся на огромном пне — сам не понял.

Воздух был влажный и тяжёлый, словно я находился в Индии. Вокруг ровными рядами росли гигантские деревья, напоминая… ухоженные джунгли. Радовало лишь отсутствие насекомых и прочей кусачей живности.

Из сна я помнил, что чучельник устроит засаду. Мелькнула было мысль призвать Потапыча, но я её тут же откинул. Мой фамильяр ещё слишком слаб.

Взвесив все «за» и «против», я осторожно двинулся вперед.