"Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Ангел Илья - Страница 1142

Короткая схватка закончилась быстрее, чем началась. Музыкальная комната погрузилась в символично гробовую тишину. Неожиданно на потолке пожелала пробудиться хрустальная люстра, и помещение залил яркий свет.

– Очень вовремя, – буркнула я.

Осторожно, стараясь не делать резких движений, как нас учили на тренировках, приблизилась к телу. Посреди лба на пергаментной коже, туго обтянувшей череп, исходила дымком фигурная усыпляющая метка.

– Фердинанд! – завопил Нестор.

Я поспешно отскочила от зомби, словно маньяк, пойманный боевыми магами на месте преступления. С другого конца зала галопом несся некромант с перекошенной физиономией. От стремительного движения за его спиной развевались полы длинного черного плаща.

– Подвинься! – заставляя меня еще чуточку отступить, он бухнулся на колени возле усыпленного питомца… друга… ну, или кем там Нестор считал умертвие.

Лихорадочным движением трясущейся руки он плюхнул ладонь на помеченный лоб зомби. Из-под пальцев пошел черный дымок. Темное заклятие такого толка я видела впервые, поэтому с любопытством вытягивала шею, стараясь не пропустить ни одной детали. Секунды утекали, дым крепчал, становился гуще и начал клубами уходить к потолку. В люстре обиженно погас пяток свечей. Нестор убрал руку и сгорбился в скорбной позе.

– Что именно? – вдруг грозно произнес он.

– В смысле? – искренне не поняла я.

Некромант резко повернул голову и бросил над плечом яростный взгляд.

– Что ты сделала с Фердинандом? Упокоила?! – возвысил он голос.

– Успокоила, – сдержанно поправила я.

– Ты его убила!

– Усыпила.

– Он мертв!

– Конечно, он мертв! Но, будем откровенны, он умер задолго до того, как заснул! – возмутилась я, не понимая, почему должна чувствовать неловкость, что не позволила озверевшему от голода зомби отъесть кусок руки или вообще отгрызть нос. Не то чтобы мне хотелось поджарить лучшего друга некроманта, но, право слово, не дать же себя сожрать.

Нестор медленно поднялся, упер руки в бока и опустил голову, что-то с напряжением разглядывая под ботинками. На всякий случай покосилась под ноги – вдруг паркет обуглился от сильных магических чар? – однако дощечки выглядели чистенькими, словно с утра навощенными.

– Разбуди. – Он полоснул тяжелым взглядом из-под бровей.

– Выспится – сам воскреснет.

Некромант сделал ко мне шаг. Учитывая заметную разницу в росте, я оказалась в невыгодном положении человека, которого пытались смять за счет физического превосходства. Руки чесались приложить ведьмака каким-нибудь легким заклятием дремы и уложить рядом с лучшим другом. Пусть тоже хорошенько выспится, а то чересчур дерганый.

– Разбуди! – повторил Нестор. – Сейчас же!

– Не могу, – развела я руками. – Печать невозвратная, должна сама растаять.

– Какая любопытная магия, – нехорошо усмехнулся он уголком рта.

– Бытовая, – немедленно нашлась я. – Всегда на тараканах использую. Усыпишь, потом сметешь в совочек…

– Тараканов по одиночке вылавливаешь? – не поверил он.

– Сгоняю в кучу и ставлю коллективную печать. Еще действует на мышей, на бешеных собак и гулящих мужей, – вдохновенно врала я. – На зомби – вон – отлично сработала. Хочешь научу?

– Светлой магии, весноватая? – тихим угрожающим голосом уточнил он.

Весноватая?! Я вдруг почувствовала себя страшно оскорбленной. Это что, ироничный каламбур от «бесноватой» и «веснушчатой»? Нет, в детстве меня дразнили по-разному – у соседских мальчишек инстинкт самосохранения сильно запаздывал в развитии, а фантазии имелось предостаточно. Но чтобы весноватой? Никогда!

– У тебя проблемы со светлой магией, лысый?

– Я лысый?! – рявкнул Нестор.

– Ты в зеркало, что ли, давно не смотрелся?! Или забыл снять лысый парик?! – ткнула трясущимся от ярости пальцем в сторону гладко выбритой башки.

В споре возникла натужная пауза. На лице ведьмака появилось странное выражение, как у сильно обиженного ребенка. Пожевав губами, видимо, в поисках колкого или хотя бы грубого ответа, он молча отвел мою руку и отступил. Некоторое время в скорбном молчании мы разглядывали умертвие. В смысле, Нестор разглядывал, очевидно, ища подтверждения, что старый друг оживет, а я любовалась печатью. Ну, отличная же вышла, как по учебному гримуару!

– Если он не встанет…

– Что ты со скорбной миной его хоронишь? Никуда не денется твой Ферди из запертого склепа! Встанет как миленький, еще упокоить захочешь! – перебила я и добавила ради справедливости: – Не завтра, конечно, но когда-нибудь неизбежно воскреснет. Если совсем соскучишься, то оживишь еще одного.

– Полагаешь, у меня много хороших друзей? – пробурчал он.

Чего?!

– Постой, – не поверила я. – Ты что же, превратил в зомби лучшего друга?

Нестор упрямо сжал губы и шмыгнул носом.

– Серьезно?! – охнула я. – Ты запросил разрешение поднять из могилы собственного друга?

– Он позволил на словах! Еще при жизни.

– То есть ты даже официального разрешения не получал? Втихую оживил мертвеца и сделал вид, что он сам вылез из могилы?

– Ты кто? Дознаватель? – рассердился Нестор. – Чтобы ты знала, мы с Ферди вместе учились! Он тоже был некромантом и желал бы посмертной жизни!

– Но наверняка ты не знаешь, а он сказать не может по объективным причинам… И верь после этого в дружбу с темными! – ошарашенно протянула я. – Слушай, если вдруг решишь подружиться со мной, то предупреди заранее. Я получше спрячусь.

– Никогда не любил чародеев!

– Взаимно.

– От вас одни проблемы!

– Сказал некромант, превративший однокурсника в умертвие, – не преминула наступить на больную мозоль.

Нестор одарил меня по-волчьи мрачным взглядом, скрипнул зубами и попытался взвалить бывшего друга на закорки. Но в перевалке что-то пошло не по плану. Некромант замер в полуприседе, небритое лицо странно вытянулось, а в глазах появилась тоска страдальца, до шоковой боли потянувшего поясницу. Обретя дар речи, он очень по-мужски, то есть совершенно нелогично, сорвался на единственной чародейке, по роковой случайности оказавшейся рядом:

– Так ты поможешь или будешь смотреть, как я подыхаю, весноватая?!

– А где «пожалуйста», лысый?

– Прикончу! – сквозь зубы процедил он, не в силах ни сбросить лучшего мертвого друга, ни подняться вместе с ним. – Пожалуйста…

– Кого из вас перемещать в склеп? – деловито поинтересовалась я, и на секунду почудилось, что у Нестора появилась голубая мечта превратить меня в зомби. Взамен усыпленного.

Под действием несложных чар, между прочим, из обязательного курса бытовой магии, Фердинанд поднялся над паркетом. Руки обвисли плетьми, широкий плащ разошелся, демонстрируя замусоленную рубашку и старые штаны.

– Обожди, – попросил некромант. – Подними повыше.

Я выразительно изогнула брови.

– Пожалуйста, – с недовольной рожей буркнул он, расщедрившись на краюшку вежливости.

Когда просьба была исполнена и Ферди подлетел на высоту пояса, травмированный ведьмак, кряхтя и кривясь от боли, стянул с него черное одеяние. Кое-как и не с первой попытки сложил крестом лапы с умильно подпиленными когтями. Плащ опустился сверху, как покрывало, окутав висящую в воздухе фигуру.

– Нестор, дай его плащ погреться, – окончательно задубев, попросила я.

Он глянул на меня, как на врага всего потустороннего мира.

– Тебе жалко, что ли? Он все равно холода не чувствует, – проворчала я.

– Конечно! Ты же его усыпила.

– Нет, просто он мертв. Если ты не в курсе: мертвецы не способны ощущать холод.

– Ты наглая, как уличная торговка! – не найдя других аргументов, банально выругался он, явно не желая делиться священным плащом с идейным врагом.

– По-моему, лучше быть согретой торговкой, чем замерзшей до посинения интеллигенткой. Не считаешь? – ничуть не обиделась я.

– Не считаю!

– Это потому, что ты плотно одет.

Некромант скрипнул зубами, поиграл желваками, но сдался: раздраженно сдернул с зомби покров и швырнул мне в лицо. Мол, подавись. Демонстрировать гордость я не собиралась и шустренько скользнула в широкий плащ, игнорируя весьма специфичный запах, исходящий от ткани. При желании в одежду зомби можно было завернуться два раза, как в покрывало. Рукава-трубы, доставшие до колен, пришлось подогнуть.